Купить систему ГАРАНТ Получить демо-доступ Узнать стоимость Информационный банк Подобрать комплект Семинары

Постановление президиума Суда по интеллектуальным правам от 8 октября 2019 г. N С01-908/2019 по делу N СИП-102/2019 Суд оставил без изменения вынесенное ранее решение суда первой инстанции о признании недействительным решения Роспатента об отказе в удовлетворении возражения против предоставления им правовой охраны товарному знаку, поскольку Роспатентом не дана надлежащая оценка документам, представленным обществом в обоснование известности, узнаваемости противопоставленных друг другу товарных знаков и не учтено наличие у общества серии товарных знаков, объединенных одним словесным элементом (документ отменен)

Постановление президиума Суда по интеллектуальным правам от 8 октября 2019 г. N С01-908/2019 по делу N СИП-102/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 3 октября 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 8 октября 2019 года.

 

Президиум Суда по интеллектуальным правам в составе: председательствующего - председателя Суда по интеллектуальным правам Новоселовой Л.А.;

членов президиума: Химичева В.А., Рассомагиной Н.Л. -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы индивидуального предпринимателя Ларина Максима Владиславовича (Тверская обл., ОГРНИП 312695214900120) и Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Бережковская наб., д. 30, корп. 1, Москва, 123995, ОГРН 1047730015200) на решение Суда по интеллектуальным правам от 10.06.2019 по делу N СИП-102/2019

по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Объединенные Пивоварни Хейнекен" (ул. Тельмана, д. 24, литер А, Санкт-Петербург, 193230, ОГРН 1027801527467) о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 30.10.2018 об отказе в удовлетворении возражения против предоставления правовой охраны товарному знаку по свидетельству Российской Федерации N 638846.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен индивидуальный предприниматель Ларин Максим Владиславович.

В судебном заседании приняли участие представители:

от общества с ограниченной ответственностью "Объединенные Пивоварни Хейнекен" - Ендресяк А.А. (по доверенности от 22.01.2019 N С-1000);

от Федеральной службы по интеллектуальной собственности - Халявин С.Л. (по доверенности от 26.04.2019 N 01/32-348/41);

от индивидуального предпринимателя Ларина Максима Владиславовича - Жарова Р.Ф. (по доверенности от 30.04.2019).

Президиум Суда по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "Объединенные Пивоварни Хейнекен" (далее - общество) обратилось в Суд по интеллектуальным правам с заявлением о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатента) от 30.10.2018 об отказе в удовлетворении возражения против предоставления правовой охраны товарному знаку по свидетельству Российской Федерации N 638846 и о признании действий индивидуального предпринимателя Ларина Максима Владиславовича злоупотреблением правом и актом недобросовестной конкуренции.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен индивидуальный предприниматель Ларин Максим Владиславович.

Определением Суда по интеллектуальным правам от 04.06.2019 требования общества о признании действий Ларина М.В. по приобретению и использованию товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 638846 злоупотреблением правом и актом недобросовестной конкуренции выделены в отдельное производство. В связи с этим судом рассматривалось только требование общества о признании недействительным решения Роспатента от 30.10.2018 об отказе в удовлетворении возражения против предоставления правовой охраны товарному знаку по свидетельству Российской Федерации N 638846.

Решением Суда по интеллектуальным правам от 10.06.2019 названное требование общества удовлетворено: решение Роспатента от 30.10.2018 об отказе в удовлетворении возражения против предоставления правовой охраны товарному знаку по свидетельству Российской Федерации N 638846 признано недействительным как не соответствующее подпункту 2 пункта 6 статьи 1483 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Суд обязал Роспатент повторно рассмотреть возражение общества.

В кассационных жалобах, поданных в президиум Суда по интеллектуальным правам, Роспатент и Ларин М.В., ссылаясь на несоответствие выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, а также на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права, просят отменить решение суда первой инстанции, направить дело на новое рассмотрение.

Обществом представлены отзывы на кассационные жалобы, в которых оно не согласилось с изложенными в них доводами, просило оставить обжалуемое решение суда первой инстанции без изменения как законное и обоснованное.

В судебное заседание президиума Суда по интеллектуальным правам явились представители общества, Роспатента и Ларина М.В.

В судебном заседании представители Роспатента и Ларина М.В. поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах, просили их удовлетворить.

Представитель общества возражал против удовлетворения кассационных жалоб, считая оспариваемое решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Законность обжалуемого судебного акта проверена президиумом Суда по интеллектуальным правам в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационных жалобах и отзывах на них, а также на предмет наличия безусловных оснований для отмены обжалуемого судебного акта, предусмотренных частью 4 статьи 288 названного Кодекса.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 638846 зарегистрирован в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (далее - Государственный реестр товарных знаков) 12.12.2017 с датой приоритета 14.10.2016 в отношении широкого перечня товаров 16, 29, 30, 31, 32, 33-го классов и услуг 35-го, 39-го классов Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ) на имя Ларина М.В.

В Роспатент 09.06.2018 обществом подано возражение против предоставления правовой охраны указанному товарному знаку, мотивированное несоответствием его регистрации требованиям, установленным пунктом 3 и подпунктом 2 пункта 6 статьи 1483 ГК РФ.

В своем возражении общество отмечало, что спорный товарный знак зарегистрирован для товаров, однородных товарам, в отношении которых правовая охрана предоставлена товарным знакам подателя возражения.

Доводы указанного возражения сводились к тому, что, по мнению общества, товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 638846 сходен до степени смешения с серией товарных знаков, правообладателем которых является податель возражения, а именно:

по свидетельству Российской Федерации N 183777/1;

по свидетельству Российской Федерации N 415349;

по свидетельству Российской Федерации N 327221;

по свидетельству Российской Федерации N 627064;

по свидетельству Российской Федерации N 616408;

по свидетельству Российской Федерации N 610434;

по свидетельству Российской Федерации N 458377;

по свидетельству Российской Федерации N 467830.

Кроме того, общество указывало, что, осуществляя действия, направленные на регистрацию спорного товарного знака, Ларин М.В. пытался обойти судебные акты, которыми использование подконтрольным ему юридическим лицом обозначения "Охота нашего" признано нарушением прав общества. При таких обстоятельствах общество полагало возможным применение подпункта 2 пункта 3 статьи 1483 ГК РФ.

Решением Роспатента от 30.10.2018 в удовлетворении возражения общества отказано.

В обоснование принятого решения административный орган указал, что спорный товарный знак и противопоставленные товарные знаки не являются сходными в целом.

Так, Роспатент отметил отсутствие сходства указанных обозначений по фонетическому критерию, поскольку они содержат разное количество слов, слогов, букв и звуков, имеют разный состав согласных и гласных звуков; ударение в спорном знаке падает на слова "Афанасий", "нашего" и "Россию" в отличие от товарных знаков "Охота", принадлежащих обществу.

Кроме того административный орган пришел к выводу о том, что вхождение слова "Охота" в товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 638846 не оказывает существенного влияния на фонетическое различие сравниваемых товарных знаков, поскольку наиболее сильную позицию в указанном товарном знаке занимает слово "Афанасий", расположенное в начальной области обозначения: именно с него начинается восприятие обозначения потребителем и на него падает логическое ударение в знаке. Совпадающее же слово "Охота" расположено в середине товарного знака и не акцентирует на себе внимание потребителя.

Роспатентом отклонен довод возражения о том, что слово "Охота" является сильным и выполняющим основную индивидуализирующую функцию элементом спорного товарного знака по изложенным выше основаниям. Кроме того, по мнению административного органа, спорный товарный знак представляет собой законченную неделимую фразу "Афанасий - охота нашего!", в которой элемент "охота нашего!" связан семантически и грамматически со словом "Афанасий".

В оспариваемом решении Роспатент также констатировал отсутствие семантического сходства обозначений "Афанасий - охота нашего! Выбирай Россию!" и "Охота". Так, административный орган отметил, что словесный элемент спорного товарного знака информирует потребителя о том, что продукция, маркированная данным товарным знаком, производится российским производителем для тех, кому хочется (охота) нашего, отечественного товара. Таким образом, в товарном знаке по свидетельству Российской Федерации N 638846 слово "Охота" воспринимается в значении "хотеть, желать", тогда как в противопоставленных товарных знаках данное слово воспринимается однозначно как деятельность по выслеживанию и добыче диких животных и птицы с учетом изображений мужчины с ружьем в товарных знаках и на товарах подателя возражения.

В отношении графического сходства сравниваемых обозначений административный орган пришел к выводу о том, что эти обозначения производят различное зрительное впечатление на потребителя ввиду наличия в спорном товарном знаке большого количества слов, помимо слова "Охота", имеющих разное выполнение, разную длину, а также наличия в товарных знаках общества других словесных (Сибирская, крепкое, мужчины понимают) и изобразительных элементов.

Роспатентом признаны однородными товары, для индивидуализации которых зарегистрирован спорный товарный знак, и товары, в отношении которых предоставлена правовая охрана противопоставленным товарным знакам. Вместе с тем в связи с отсутствием сходства спорного и противопоставленных товарных знаков однородность товаров административным органом не принята во внимание.

При таких обстоятельствах Роспатент пришел к выводу об отсутствии оснований для признания предоставления правовой охраны спорному товарному знаку не соответствующей требованиям пункта 6 статьи 1483 ГК РФ.

Роспатент также указал на то, что приведенные обществом в возражении обстоятельства не свидетельствуют о том, что правовая охрана спорному товарному знаку предоставлена с нарушением норм подпункта 2 пункта 3 статьи 1483 ГК РФ.

Несогласие общества с названным решением Роспатента послужило основанием для обращения в Суд по интеллектуальным правам с настоящим заявлением.

Дело рассмотрено судом первой инстанции по правилам главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей проверку полномочий органа, принявшего оспариваемый ненормативный правовой акт, установление соответствия оспариваемого акта требованиям закона и иных нормативных актов, а также нарушения этим актом прав и законных интересов заявителя (часть 1 статьи 198, часть 4 статьи 200 названного Кодекса).

Судом первой инстанции установлено, что Роспатент, принимая оспариваемый ненормативный акт, действовал в рамках предоставленных ему полномочий.

Суд первой инстанции не согласился с выводом Роспатента об отсутствии фонетического, графического и семантического сходства сравниваемых обозначений.

Так, в обжалуемом решении суд отметил, что для российских потребителей не может быть признано полное отсутствие семантического сходства обозначений при наличии одного полностью совпадающего словесного элемента - "Охота".

В отношении фонетического сходства сравниваемых обозначений суд первой инстанции пришел к выводу о том, что они содержат одно и то же слово "Охота", то есть имеется полное вхождение противопоставленных товарных знаков либо доминирующего словесного элемента этих знаков в товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 638846.

Суд первой инстанции счел, что нельзя констатировать полное отсутствие сходства сравниваемых обозначений по графическому критерию в ситуации, когда в них имеется одинаковый словесный элемент.

Учитывая то, что наличие в сравниваемых товарных знаках одинаковых элементов не позволяет сделать вывод о полном отсутствии их сходства, суд первой инстанции не согласился с выводом Роспатента об обратном.

Указав, что однородность товаров не учитывается только при полном отсутствии сходства сравниваемых обозначений, в то время как наличие в сравниваемых обозначениях тождественного элемента в любом случае определяет некоторую степень их сходства (которая Роспатентом не определялась), суд первой инстанции признал не соответствующим требованиям пункта 6 статьи 1483 ГК РФ вывод Роспатента о том, что в настоящем случае однородность товаров значения не имеет.

Суд первой инстанции, ссылаясь на правовую позицию, изложенную в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 N 2979/06 и от 18.07.2006 N 3691/06, отметил, что вероятность смешения товарных знаков зависит не только от степени сходства обозначений и однородности товаров, но и, в частности, от степени известности товарного знака, степени его различительной способности, узнаваемости в глазах потребителей, от длительности использования этого знака, от ценовой категории товаров, от наличия у правообладателя серии товарных знаков, чем-либо объединенных.

Кроме того, суд первой инстанции, ссылаясь на разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), указал, что при определении вероятности смешения товарного знака и спорного обозначения оцениваются и иные обстоятельства, в том числе наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Вместе с тем судом первой инстанции установлено, что из оспариваемого решения Роспатента не следует, что названным органом в соответствии с приведенными алгоритмом и критериями проводилось установление вероятности смешения спорного товарного знака с противопоставленными.

Суд также отметил, что Роспатент не дал надлежащую оценку документам, представленным обществом в обоснование высокой степени узнаваемости противопоставленных товарных знаков.

При таких обстоятельствах решение Роспатента было признано не соответствующим нормам подпункта 2 пункта 6 статьи 1483 ГК РФ.

Суд первой инстанции отклонил ссылку общества на несоответствие оспариваемого решения Роспатента требованиям пункта 3 статьи 1483 ГК РФ, указав, что приведенные обществом доводы не свидетельствуют о несоответствии регистрации спорного товарного знака указанной норме права.

С целью восстановления нарушенных прав общества суд первой инстанции признал необходимым обязать Роспатент повторно рассмотреть возражение общества.

Данный вывод суд мотивировал тем, что Роспатентом не исследованы все необходимые обстоятельства, которые подлежат учету для целей определения вероятности смешения сравниваемых обозначений.

При рассмотрении дела в порядке кассационного производства президиумом Суда по интеллектуальным правам на основании части 2 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверено соблюдение судом первой инстанции норм процессуального права, нарушение которых является в соответствии с частью 4 статьи 288 названного Кодекса основанием для отмены судебного акта в любом случае, и таких нарушений не выявлено.

Исследовав доводы, содержащиеся в кассационных жалобах, президиум Суда по интеллектуальным правам установил, что их заявителями не оспариваются выводы суда первой инстанции о наличии у Роспатента полномочий по рассмотрению возражений против предоставления правовой охраны товарным знакам и по принятию решений по результатам такого рассмотрения, о применимых нормах материального права, об отсутствии оснований для признания регистрации спорного товарного знака не соответствующей подпункту 2 пункта 3 статьи 1483 ГК РФ.

Поскольку в силу части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, решение суда первой инстанции в отношении вышеназванных выводов суда первой инстанции не проверяется.

В своей кассационной жалобе Роспатент указал, что суд первой инстанции, вопреки требованиям пункта 44 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), проигнорировал то обстоятельство, что словесный элемент "Афанасий" является доминирующим в спорном товарном знаке.

Роспатент отметил, что, поскольку элементы, на которые падает логическое ударение в спорном и противопоставленных товарных знаках, не совпадают, сравниваемые обозначения не являются сходными по семантическому признаку.

Кроме того, административный орган указал на то, что вывод суда первой инстанции о наличии фонетического сходства сравниваемых обозначений, обусловленного полным вхождением противопоставленных товарных знаков "Охота" в спорный товарный знак, сделан без учета положений абзаца шестого пункта 42 Правил N 482, согласно которому признаки, перечисленные в подпунктах 1-3 данного пункта Правил, могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Таким образом, по мнению заявителя кассационной жалобы, судом первой инстанции не было учтено данное обстоятельство и, следовательно, не было проверено оспариваемое решение в части анализа фонетического различия спорного и противопоставленных товарных знаков.

Роспатент также полагает, что при принятии обжалуемого решения суд неправильно применил подпункт 2 пункта 42 Правил N 482 при проверке выводов о графическом сходстве сравниваемых обозначений.

Так, суд первой инстанции не принял во внимание и не оценил вывод оспариваемого решения о том, что сравниваемые товарные знаки не производят похожее зрительное впечатление, поскольку содержат различные словесные и изобразительные элементы, характеризуются различным цветовым исполнением.

По мнению административного органа, неправильное истолкование судом первой инстанции пункта 42 и неприменение пункта 44 Правил N 482 привело к неправомерному выводу о сходстве сравниваемых товарных знаков и, как следствие, к неправильному применению положений пункта 6 статьи 1483 ГК РФ.

Роспатент не согласился с выводом суда первой инстанции о необходимости установления степени сходства сравниваемых обозначений, поскольку пункт 6 статьи 1483 ГК РФ, а также пункт 42 Правил N 482 не содержат положений, предусматривающих необходимость определения такой степени.

В кассационной жалобе Роспатент настаивает на том, что сравниваемые обозначения в целом сходными не являются.

Роспатент также отметил, что отсутствие сходства сравниваемых товарных знаков обуславливает вывод о том, что данные знаки не ассоциируются друг с другом и, соответственно, отсутствует принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности однородных товаров 16, 29, 30, 31, 32, 33-го классов и услуг 35-го, 39-го классов МКТУ, маркированных сравниваемыми обозначениями, одному производителю.

При таких обстоятельствах, по мнению Роспатента, однородность товаров не влияет на отсутствие вероятности смешения товарных знаков, а необходимость в установлении степени однородности товаров отсутствовала.

Административный орган не согласился и с выводом суда первой инстанции об отсутствии в оспариваемом решении оценки степени известности противопоставленных товарных знаков, узнаваемости в глазах потребителей, длительности использования, считает, что, поскольку сравниваемые обозначения не являются сходными, угроза их смешения в глазах потребителей отсутствует.

В связи с изложенным заявитель кассационной жалобы полагает, что установленные судом первой инстанции обстоятельства не могут свидетельствовать о несоответствии решения Роспатента требованиям подпункта 2 пункта 6 статьи 1483 ГК РФ.

Кроме того, административный орган отметил, что различительная способность обозначения подлежит оценке в рамках применения не пункта 6 статьи 1483, а пункта 1 статьи 1483 ГК РФ, в то время как возражение общества не было мотивировано несоответствием регистрации товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 638846 требованиям пункта 1 статьи 1483 Кодекса.

Таким образом, по мнению Роспатента, при принятии решения суд первой инстанции применил положения законодательства, не подлежащие применению в настоящем деле.

Ларин М.В. в своей кассационной жалобе обратил внимание на пропуск обществом срока на обжалование решения Роспатента.

Кроме того, по мнению заявителя кассационной жалобы, в обжалуемом решении суда первой инстанции нет информации или выводов о том, какие права и охраняемые законом интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности были нарушены регистрацией товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 638846 во всех классах МКТУ, для которых он зарегистрирован.

Ларин М.В. также указал на то, что в обжалуемом решении суд дал оценку различительной способности товарных знаков, тогда как был не вправе предопределять выводы Роспатента.

По мнению Ларина М.В., судом первой инстанции не учтены представленные в материалы дела отзыв и письменные пояснения третьего лица.

Заявитель кассационной жалобы также полагает, что у суда отсутствовали основания для вывода о возможности возникновения у потребителей ассоциативных связей между спорным и противопоставленными товарными знаками, поскольку какие-либо документы, подтверждающие ассоциацию обозначения "Афанасий - охота нашего! Выбирай Россию!" с товарами общества, в материалах дела отсутствуют.

Широкое использование слова "Охота" в словосочетаниях, которые зарегистрированы в качестве товарных знаков, подтверждает, по мнению Ларина М.В., отсутствие уникальности в отдельном слове "Охота".

Ларин М.В. считает, что выводы суда первой инстанции фактически направлены на переоценку выводов Роспатента и предопределяют результат рассмотрения возражения.

Рассмотрев доводы, приведенные в кассационных жалобах, президиум Суда по интеллектуальным правам приходит к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Частью 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

В отношении довода Ларина М.В. о пропуске обществом срока на обжалование решения Роспатента президиум Суда по интеллектуальным правам отмечает, что такой довод не был заявлен третьим лицом при рассмотрении настоящего дела в суде первой инстанции.

Кроме того, как следует из материалов дела, оспариваемое решение принято административным органом 30.10.2018, следовательно, срок на его оспаривание истек 30.01.2019. Заявление об оспаривании названного решения Роспатента подано в Суд по интеллектуальным правам 30.01.2019, о чем свидетельствует соответствующая отметка на почтовом конверте (т. 2, л.д. 14).

В соответствии с частью 6 статьи 114 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если заявление, жалоба, другие документы либо денежные суммы были сданы на почту, переданы или заявлены в орган либо уполномоченному их принять лицу до двадцати четырех часов последнего дня процессуального срока, срок не считается пропущенным.

Таким образом, довод Ларина М.В. о пропуске обществом срока на оспаривание ненормативного правового акта не может быть признан состоятельным.

В отношении довода Ларина М.В. об отсутствии в решении суда первой инстанции выводов о том, какие права и законные интересы общества нарушены оспариваемым решением Роспатента, президиум Суда по интеллектуальным правам отмечает, что довод об отсутствии заинтересованности общества в подаче возражения не был заявлен ни при рассмотрении возражения административным органом, ни при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции, в связи с чем такой довод не может быть рассмотрен судом кассационной инстанции в силу положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, президиум Суда по интеллектуальным правам не может не принять во внимание то, что общество является правообладателем противопоставленных товарных знаков, подателем возражения и участником административного разбирательства.

По результатам рассмотрения иных доводов, заявленных в кассационных жалобах Роспатента и Ларина М.В., президиум Суда по интеллектуальным правам приходит к следующим выводам.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 6 статьи 1483 ГК РФ не могут быть зарегистрированы в качестве товарных знаков обозначения, тождественные или сходные до степени смешения с товарными знаками других лиц, охраняемыми в Российской Федерации, в том числе в соответствии с международным договором Российской Федерации, в отношении однородных товаров и имеющими более ранний приоритет.

Согласно пункту 42 Правил N 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно: 1) звуковое сходство определяется на основании наличия близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близости звуков, составляющих обозначения; расположения близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличия совпадающих слогов и их расположения; числа слогов в обозначениях; места совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близости состава гласных; близости состава согласных; характера совпадающих частей обозначений; вхождения одного обозначения в другое; ударения; 2) графическое сходство определяется на основании общего зрительного впечатления; вида шрифта; графического написания с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположения букв по отношению друг к другу; алфавита, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; 3) смысловое сходство определяется на основании подобия заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадения одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположности заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, приведенные в пункте 42 Правил N 482, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

В пункте 162 Постановления N 10 указано, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Президиум Суда по интеллектуальным правам соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что при наличии тождественного словесного элемента "Охота" в сравниваемых товарных знаках нельзя говорить о полном отсутствии их сходства.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что Роспатенту при принятии оспариваемого решения следовало установить степень сходства сравниваемых обозначений.

При этом президиум Суда по интеллектуальным правам не усматривает в приведенных выводах нарушение судом первой инстанции указанных Роспатентом пунктов Правил N 482.

Президиум Суда по интеллектуальным правам соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что однородность товаров не имеет значения только в том случае, если установлено полное отсутствие сходства, а иной подход, примененный Роспатентом в оспариваемом ненормативном правовом акте, не соответствует положениям пункта 6 статьи 1483 ГК РФ.

При таких обстоятельствах признается правомерным и содержащийся в обжалуемом решении вывод о том, что административным органом в нарушение требований законодательства и разъяснений суда высшей инстанции не дана оценка степени однородности товаров, для индивидуализации которых зарегистрированы спорный и противопоставленные товарные знаки.

Судом первой инстанции верно отмечено, что вероятность смешения товарных знаков зависит не только от степени сходства обозначений и однородности товаров, но и, в частности, от степени известности старшего товарного знака, степени его узнаваемости в глазах потребителей (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 N 2979/06), от длительности использования этого знака, от ценовой категории товаров, от наличия у правообладателя серии товарных знаков, чем-либо объединенных (совпадение с серийным элементом повышает вероятность смешения) (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 N 3691/06).

В пункте 162 Постановления N 10 указано, что, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оцениваются и иные обстоятельства, в том числе наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Таким образом, президиум Суда по интеллектуальным правам признает обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что Роспатентом не дана надлежащая оценка документам, представленным обществом в обоснование известности, узнаваемости противопоставленных товарных знаков, не учтено наличие у общества серии товарных знаков, объединенных словесным элементов "Охота", что противоречит приведенным выше разъяснениям судов высших инстанций.

Президиум Суда по интеллектуальным правам, изучив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационных жалобах и в отзывах на них, заслушав явившихся в судебное заседание представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке, предусмотренном статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационных жалоб.

Судебные расходы, понесенные предпринимателем в связи с уплатой государственной пошлины при подаче кассационной жалобы, в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на ее заявителя.

Излишне уплаченная Лариным М.В. государственная пошлина при подаче кассационной жалобы подлежит возврату из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Суда по интеллектуальным правам

ПОСТАНОВИЛ:

решение Суда по интеллектуальным правам от 10.06.2019 по делу N СИП-102/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы индивидуального предпринимателя Ларина Максима Владиславовича и Федеральной службы по интеллектуальной собственности - без удовлетворения.

Возвратить индивидуальному предпринимателю Ларину Максиму Владиславовичу из федерального бюджета государственную пошлину в размере 2 850 (две тысячи восемьсот пятьдесят) рублей, излишне уплаченную по платежному поручению от 22.07.2019 N 239.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

 

Председательствующий

Л.А. Новоселова

 

Члены президиума

В.А. Химичев

 

 

Н.Л. Рассомагина

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.


Постановление президиума Суда по интеллектуальным правам от 8 октября 2019 г. N С01-908/2019 по делу N СИП-102/2019


Текст постановления опубликован не был


Определением СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 17 марта 2020 г. N 300-ЭС19-26515 по делу N СИП-102/2019 настоящее постановление отменено