|
17 ноября 2017 г.
|
Дело N А60-3496/2016
|
Резолютивная часть постановления объявлена 13 ноября 2017 г.
Постановление изготовлено в полном объеме 17 ноября 2017 г.
Арбитражный суд Уральского округа в составе:
председательствующего Шершон Н.В.,
судей Сердитовой Е.Н., Новиковой О.Н.
рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Лапкиной Татьяны Ивановны на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2017 по делу N А60-3496/2016 Арбитражного суда Свердловской области.
Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.
В судебном заседании приняли участие представитель Покасовой В.А. - Крылова В.А. (доверенность от 30.03.2016 на общество с ограниченной ответственностью "Центр юридической защиты "Крыловы и Партнеры", доверенность от 15.02.2017 данного общества); Савина Е.Н. (лично); финансовый управляющий Фогилева Ф.С. (лично).
Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.04.2016 Покасова Вера Алексеевна (далее - должник) признана банкротом, в отношении имущества должника введена процедура его реализации, финансовым управляющим утверждена Фогилева Флюра Сагмановна.
Публикация о признании гражданина банкротом и введении процедуры реализация его имущества размещена в газете "КоммерсантЪ" от 30.04.2016 N 76, а также 22.04.2016 на официальном сайте Единого государственного реестра сведений о банкротстве.
В Арбитражный суд Свердловской области поступило 12.10.2016 заявление финансового управляющего Фогилевой Ф.С. о признании недействительным брачного договора от 16.03.2013 66 АА 1598748 (далее - Брачный договор), заключенного между Покасовой В.А. и Покасовым Альбертом Валерьевичем, применении последствий недействительности сделки в виде возврата сторон в первоначальное положение с определением законного режима совместной собственности супругов.
Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.06.2017 (судья Кириченко А.В.) требования финансового управляющего удовлетворены частично: п. 3 (в части, распространяющей свое действие на имущество, приобретенное в течение брака), 4 и 8 Брачного договора признаны недействительными. В удовлетворении требований в остальной части отказано.
Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2017 (судьи Данилова И.П., Романов В.А., Мартемьянов В.И.) определение суда первой инстанции от 09.06.2017 отменено, в удовлетворении заявленных финансовым управляющим Фогилевой Ф.С. требований отказано.
В кассационной жалобе конкурсный кредитор должника - Лапкина Т.И. просит постановление суда апелляционной инстанции от 22.08.2017 отменить, признать недействительными п. 3, 4, 7, 8 Брачного договора. По мнению заявителя, выводы апелляционного суда о том, что имущество, зарегистрированное за Покасовым А.В., было приобретено за счет его личных средств и не являлось совместной собственностью с Покасовой В.А., мотивированное наличием у Покасова А.В. на протяжении 2005-2016 годов постоянного дохода, а также о том, что стороны Брачного договора не передавали друг другу никакого имущества, а лишь закрепили права того, кто приобрел данное имущество, являются необоснованными, противоречат положениям п. 2, 3 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации, определяющим режим совместной собственности супругов. Как указывает заявитель, в результате заключения оспариваемого Брачного договора результатом совершения оспариваемого договора явилось не закрепление прав супругов в отношении имущества, а изменение режима совместной собственности супругов, вследствие чего должник лишилась каких-либо прав на имущество, которое формально было зарегистрировано за Покасовым А.В., однако являлось совместной собственностью супругов, что, очевидно, ухудшило материальное положение Покасовой В.А. Ссылаясь на то, что на момент заключения Брачного договора размер обязательств должника составлял более 20 млн. руб., а какое-либо имущество, за счет которого могли быть исполнены обязательства, у должника отсутствовало, заявитель считает необоснованным вывод апелляционного суда о том, что формальное отсутствие просроченной задолженности свидетельствует о добросовестности действий супругов, заключивших Брачный договор; заявитель отмечает, что на момент заключения сделки должник отвечала признакам недостаточности имущества (ст. 2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве)), о чем супруг, являясь заинтересованным по отношению к должнику лицом (ст. 19 названного Закона), должен был знать. Заявитель обращает внимание на то, что договор займа от 27.03.2013 N 3Ф-38, заключенный между должником и Лапкиной Т.И., фактически представляет собой перезаём, так как ему предшествовал договор займа от 11.07.2007 N 3Ф-25, что подтверждается дополнительным соглашением от 26.09.2010 N 17; данные обстоятельства свидетельствуют о длительных договорных отношениях между должником и Лапкиной Т.И., а также о том, что должник, зная о приближении срока исполнения обязательств перед Лапкиной Т.И., намеренно заключила Брачный договор с целью обезопасить имущество семьи, зарегистрированное на супруга, от обращения на него взыскания. Кроме того, заявитель отмечает, что дополнительным свидетельством недобросовестности сторон оспариваемой сделки является то, что брак между ними зарегистрирован в 1984 года, а оспариваемый договор заключен только в 2013 году. Кроме того, указывая на то, что стороны оспариваемого договора при его заключении не известили своих кредиторов о факте его совершения, заявитель считает, что судом апелляционной инстанции не применена ст. 46 Семейного кодекса Российской Федерации. Заявитель считает, что в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований отказано необоснованно, поскольку действия сторон при заключении Брачного договора отвечали признакам недобросовестности, что нарушает требования ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и является основанием для признания сделки недействительной.
В своих отзывах на кассационную жалобу, идентичных по своему содержанию, финансовый управляющий Фогилева Ф.С. и кредитор Савина Е.Н. доводы кассационной жалобы поддерживают, просят обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции от 22.08.2017 отменить, Брачный договор, заключенный между должником и ее супругом, признать недействительным, применив последствия недействительности сделки.
В силу ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.
Как следует из материалов дела, 16.03.2013 между Покасовым А.В. и Покасовой В.А. заключен Брачный договор, которым супруги определили имущественные права и обязанности в браке и в случае его расторжения.
В частности, Брачный договор содержит следующие условия:
Согласно п. 3 данного договора все недвижимое и иное имущество, в соответствии с действующим законодательством подлежащее регистрации, а также ценные бумаги, паи и доли в капитале предприятий, имущественные права, приобретенные сторонами до брака, а также в течение брака до заключения Брачного договора, являются приобретенными на личные средства каждого из супругов. Такое имущество будет являться собственностью того супруга, на имя которого оно приобретено и зарегистрировано. В отношении такого имущества будет действовать режим раздельной собственности, супруги вправе владеть, пользоваться и распоряжаться этим имуществом без согласия друг друга.
Исполнение кредитных и иных обязательств, подлежащих возврату и возмещению, возникших до брака, а также в течение брака до заключения Брачного договора, являются обязанностью того из супругов, кем на себя такие обязательства приняты.
В соответствии с п. 4 Брачного договора все недвижимое и иное имущество, в соответствии с действующим законодательством подлежащее регистрации, а также ценные бумаги, паи и доли в капитале предприятий, имущественные права, в том числе кредитные обязательства, будут приобретаться супругами в течение брака на личные средства каждого из них. Такое имущество будет являться собственностью того супруга, на имя которого оно будет приобретено и зарегистрировано. В отношении такого имущества будет действовать режим раздельной собственности, супруги вправе владеть, пользоваться и распоряжаться этим имуществом без согласия друг друга.
Исполнение кредитных и иных обязательств, подлежащих возврату и возмещению, возникших после заключения Брачного договора, будут являться обязанностью того из супругов, кем на себя такие обязательства приняты.
Доходы, полученные от любых видов трудовой деятельности, в период брака, с момента заключения Брачного договора, будут являться собственностью каждого из супругов. В отношении такого имущества будет действовать режим раздельной собственности, супруги вправе владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом без согласия друг друга (п. 7).
Согласно п. 8 Брачного договора все недвижимое и иное имущество, в соответствии с действующим законодательством подлежащее регистрации, а также ценные бумаги, паи и доли в капитале предприятий, имущественные права, приобретенные супругами в течение брака в долевую собственность, до заключения данного договора, будут являться долей в праве каждого из супругов, на имя которого указанное имущество приобретено и зарегистрировано. В отношении такого имущества, на долю в праве каждого из супругов, будет действовать режим раздельной собственности, супруги вправе владеть, пользоваться и распоряжаться этим имуществом без согласия друг друга. В отношении вышеперечисленного имущества, которое будет приобретаться супругами после заключения Брачного договора в долевую собственность, будет также действовать режим раздельной собственности супругов на долю в вправе каждого из супругов.
Финансовый управляющий имуществом должника Фогилева Ф.С., полагая, что Брачный договор является подозрительной сделкой и сделкой с осуществлением гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также заведомо недобросовестным осуществлением гражданских прав (злоупотребление правом), обратилась в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.
В обоснование своей позиции (с учетом уточнения заявленных требований применительно к п. 7 оспариваемого Брачного договора) финансовый управляющий указала на то, что оспариваемая сделка заключена в период подозрительности, установленный ст. 61.2 Закона о банкротстве, при наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, а также многочисленных неисполненных обязательств перед кредиторами (в том числе принятых незадолго после его заключения), о чем Покасов А.В., являясь заинтересованным по отношению к должнику лицом (супругом) не мог не знать, вследствие чего действия сторон с учетом вышеуказанных обстоятельств свидетельствуют о их стремлении вывести свое совместно нажитое имущество из-под угрозы возможного обращения на него взыскания, что свидетельствует о наличии в действиях супругов Покасовых при заключении оспариваемой сделки признаков злоупотребления правом. Финансовый управляющий обращала внимание на то, что результатом заключения оспариваемой сделки явилось изменение режима собственности имущества супругов, что повлекло существенное уменьшение стоимости имущества должника, непосредственно повлияло на размер формируемой конкурсной массы и вероятность погашения требований кредиторов, сумма которых в реестре составляет более 20 млн. руб., при этом после совершения Брачного договора должник продолжал осуществлять пользование и владение спорным имуществом, нести бремя его содержания, а также отметила, что оспариваемый договор заключен спустя тридцать лет после заключения брака (брак зарегистрирован 07.09.1984) и именно в тот период, когда должник стала отвечать признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, что дополнительно свидетельствует о злоупотреблении правом при заключении оспариваемого договора. Кроме того, финансовый управляющий отмечала, что должником при заключении Брачного договора не было исполнено требование ст. 46 Семейного кодекса Российской Федерации об уведомлении своих кредиторов о его заключении, что свидетельствует о намерении должника избежать гражданско-правовой ответственности за неисполнение обязательств и направленности действий на причинение ущерба кредиторам должника, что нарушает требования ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Возражая против заявленных требований, должник указала на невозможность применения к оспариваемой сделке положений ст. 61.2 Закона о банкротстве ввиду ее заключения до 2015 года; ссылалась на то, что до 2015 года заемные обязательства в части уплаты процентов ею исполнялись; по оспариваемому договору стороны не передавали друг другу конкретное имущество, а лишь установили режим раздельной собственности, воспользовавшись правом, предоставленным семейным законодательством, вместе с тем, финансовый управляющий, действуя в защиту кредиторов, может признать незаконной передачу конкретных вещей в собственность супруга должника, если докажет, что данное имущество приобретено за счет должника; конкретных обстоятельств нарушения прав кредиторов условиями Брачного договора, согласно которым имущество принадлежит супругу, который за счет своих личных средств его приобрел, финансовым управляющим не приведено, в связи с чем признание оспариваемой сделки, заключенной до возникновения задолженности перед кредиторами, недействительной неправомерно, нарушает права как должника, так и ее супруга, действующих в рамках семейного законодательства. Должник дополнительно пояснила, что с 2009 года является учредителем обществ с ограниченной ответственностью "Веал" (далее - общество "Веал"), а также "Аверс-Инвест"; основным видом деятельности организации является финансовая аренда (лизинг) техники и автотранспортных средств, в связи с чем для приобретения данной техники компании необходимы были оборотные денежные средства, ранее получаемые в кредитных организациях, но в связи с постоянным ростом процентных ставок это являлось невыгодным, что и послужило основанием для заключением должником от своего имени в интересах предприятия договоров займа с физическими лицами на взаимовыгодных условиях: общество получало оборотные средства по более низкому проценту, а граждане дают заем должнику под более высокий процент, чем в кредитных организациях; деньги были вложены в бизнес; должник рассчитывала гасить задолженность за счет возврата обществом "Веал" денежных средств по договорам займа, заключаемым с должником; целью заключения Брачного договора являлось разграничение имущества супругов в связи с осуществлением должником предпринимательской деятельности, все семейное имущество приобреталось за счет собственных средств Покасова А.В.
Аналогичные пояснения относительно обстоятельств и целей заключения Брачного договора в своих возражениях привел и Покасов А.В.
Суд первой инстанции, признавая Брачный договор недействительным в части пунктов 3 (в части, распространяющей свое действие на имущество, приобретенное в течение брака), 4 и 8, руководствовался положениями п. 1 ст. 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ), п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из того, что оспариваемая сделка заключена в период подозрительности, установленный ст. 61.2 в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве, при наличии у должника признаков неплатежеспособности - наличии многочисленных неисполненных обязательств перед кредиторами, в частности, Савиным А.В., Савиной Е.Н., кредитными организациями (ПАО "Промсвязьбанк", ОАО "Вуз-Банк", ОАО "Росбанк", ОАО "Сбербанк"), в преддверие заключения еще ряда договоров займа и кредитных договоров, в частности с Лапкиной Т.И., Савиным А.В., Хариной М.С., Трегубовой С.Е., обществами "Промсвязьбанк", "Ханты-Мансийский банк "Открытие", на основании чего признал, что на момент заключения Брачного договора у должника не имелось достаточных денежных средств для обслуживания ранее взятых кредитов, а его заключение обусловлено стремлением вывести свое совместно нажитое имущество от угрозы возможного взыскания, иных целей его заключения супруги Покасовы не обосновали, что свидетельствует о наличии в их действиях по заключению Брачного договора злоупотребления правом. При этом суд первой инстанции не усмотрел оснований для выводов о нарушении прав кредиторов пунктами 3 (в части имущества, приобретенного до брака), 5, 7, 10 Брачного договора.
Отменяя определение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований, апелляционный суд руководствовался п. 1 ст. 213.32 Закона о Банкротстве, п. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ, ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 10 упомянутого постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32, а также учел положения ст. 42 Семейного кодекса Российской Федерации, исходил из того, что оспариваемой сделкой определен раздельный режим имущества супругов, при этом объекты недвижимого имущества, которые находятся в собственности Покасова А.В., приобретены задолго до заключения Брачного договора; суд принял во внимание представленные в материалы дела справки формы 2-НДФЛ, подтверждающие наличие у Покасова А.В. в период с 2005 по 2016 год постоянного дохода, указав, что доказательств приобретения имущества за счет средств должника не имеется. Апелляционный суд указал на то, что наличие у должника на момент заключения Брачного договора вышеуказанных обязательств не свидетельствует о злоупотреблении правом при его заключении, поскольку его стороны договора не передавали какое-либо имущество, а лишь закрепили права того, кто приобрел данное имущество; суд отметил, что на момент заключения Брачного договора у должника отсутствовали просроченные денежные обязательства, финансовым управляющим надлежащих доказательств неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки, не представлено, в связи с чем апелляционный суд пришел к выводу о недоказанности финансовым управляющим недобросовестности поведения сторон сделки, ее заключения в целях причинения вреда кредиторам должника.
Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность судебных актов с учетом положений ст.286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа полагает, что состоявшиеся по спору судебные акты подлежат отмене ввиду следующего.
Судом апелляционной инстанции верно отмечено, что Брачный договор от 16.03.2013 не может быть оспорен по специальным правилам, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве, так как он заключен до 01.10.2015 (п. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ).
Между тем, оценивая действия сторон сделки на предмет наличия признаков злоупотребления правом, судом апелляционной инстанции не было учтено следующее.
По общему правилу, установленному гражданским законодательством, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (ст. 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации).
При этом супругам предоставлена возможность заключения соглашения по поводу юридической судьбы приобретенного ими имущества.
В частности, в соответствии со ст. 42 Семейного кодекса Российской Федерации брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности, установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.
Брачный договор может быть заключен как до государственной регистрации заключения брака, так и в любое время в период брака, как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов.
Вместе с тем, в силу ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
Обращаясь с настоящим заявлением, финансовый управляющий в обоснование довода о направленности действий сторон Брачного договора на причинение вреда конкурсным кредиторам, указывала, что договор имел своей целью сокрытие имущества должника от обращения на него взыскания кредиторами. Подобные действия по смыслу п. 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" содержат в себе признаки злоупотребления правом и являются недопустимыми.
При сокрытии имущества от обращения на него взыскания оно остается в имущественной массе и в сфере контроля самого должника, искусственно приобретая черты исполнительского иммунитета.
Финансовый управляющим приведены доводы и доказательства тому, что брачный договор заключен супругами Покасовыми (состоящими в браке с 1984 года), в марте 2013 года после возникновения у должника в период 2009 - 2012 гг. заемных обязательств перед физическими лицами и кредитными
