Обзор судебной практики применения законодательства о юридических лицах (Глава 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) (утв. Президиумом Арбитражного суда Северо-Кавказского округа 6 июля 2018 г.)

Обзор судебной практики применения законодательства о юридических лицах (Глава 4 Гражданского кодекса Российской Федерации)
(утв. Президиумом Арбитражного суда Северо-Кавказского округа 6 июля 2018 г.)

 

1. Непредставление потребительским кооперативом отчетности налоговому органу и отсутствие операций по банковскому счету не является поводом для принятия регистрирующим органом решения об исключении юридического лица из ЕГРЮЛ, если имеются основания полагать, что такое лицо не прекращало свою деятельность.

Председатель ПГСК N 22 "Автолюбитель" (далее - кооператив) Шишков В.Я. обратился в арбитражный суд с заявлением к МИФНС России N 7 по Краснодарскому краю (далее - инспекция) о признании недействительными решения о предстоящем исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ и записи об исключении из ЕГРЮЛ, о возложении обязанности на инспекцию восстановить запись о кооперативе как о действующем юридическом лице.

Решением суда, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Отменяя судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, окружной суд указал следующее.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон N 129-ФЗ) юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством

Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность. Такое юридическое лицо может быть исключено из реестра в порядке, предусмотренном данным Законом. При наличии одновременно всех указанных признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из реестра.

В силу пункта 7 статьи 22 Закона N 129-ФЗ, если в течение срока, предусмотренного пунктом 4 статьи 21.1 данного Закона, заявления кредиторов и иных заинтересованных лиц о несогласии с исключением юридического лица из ЕГРЮЛ не направлены в регистрирующий орган, то он исключает это юридическое лицо из ЕГРЮЛ путем внесения в него соответствующей записи.

В порядке с пункта 8 статьи 22 Закона N 129-ФЗ исключение недействующего юридического лица из реестра может быть обжаловано кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из реестра, в течение года со дня, когда они узнали или должны были узнать о нарушении своих прав.

Суды первой и апелляционной инстанций, установив факт соблюдения инспекцией требований статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ при осуществлении процедуры исключения из ЕГРЮЛ кооператива как недействующего юридического лица, отказали в удовлетворении заявленных требований.

Между тем суды не учли следующего.

Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях (постановления от 06.12.2011 N 26-П и от 18.05.2015 N 10-П, определения Конституционный Суд Российской Федерации от 17.01.2012 N 143-О-О, от 17.06.2013 N 994-О) указал, что правовое регулирование, установленное статьей 21.1 Закона N 129-ФЗ, направлено на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ (в том числе о прекращении деятельности юридического лица), доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц, предотвращение недобросовестного использования фактически недействующих юридических лиц и тем самым - на обеспечение стабильности гражданского оборота.

Таким образом, юридическое лицо надлежит исключить из ЕГРЮЛ в порядке статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ только в случае фактического прекращения своей деятельности.

Пункт 1 статьи 123.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определяет, что потребительским кооперативом признается основанное на членстве добровольное объединение граждан или граждан и юридических лиц в целях удовлетворения их материальных и иных потребностей, осуществляемое путем объединения его членами имущественных паевых взносов.

Из устава кооператива следует, что кооператив является некоммерческой организацией, созданной в целях удовлетворения потребностей его членов в эксплуатации гаражей. Уставом предусмотрено, что имущество кооператива формируется за счет вступительных, членских, паевых взносов, взносов на содержание и эксплуатацию крытой стоянки и прочих поступлений.

В соответствии с представленными в материалы дела доказательствами, в частности, протоколами от 13.11.2013, 05.05.2014 и 01.12.2015, кооператив проводил общие собрания его членов и осуществлял хозяйственную деятельность.

Согласно сведениям, содержащимся в справке от 28.04.2014, на указанную в ней дату, предшествующую принятию инспекцией решения о предстоящем исключении кооператива из ЕГРЮЛ, у него отсутствовали открытые банковские счета.

Вместе с тем суды первой и апелляционной инстанций названные обстоятельства не оценили.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 06.12.2011 N 26-П, следует, что критерии признания юридического лица фактически прекратившим свою деятельность (недействующим юридическим лицом), в полной мере применимые в отношении коммерческих организаций, не могут с достаточной степенью вероятности свидетельствовать о фактическом прекращении некоммерческой организацией своей деятельности.

Вынося оспариваемое решение, налоговый орган не учел, что по смыслу пункта 3 статьи 3 Федерального закона от 12.01.1996 N 7-ФЗ "О некоммерческих организациях" открытие банковского счета является правом, а не обязанностью юридического лица, за исключением случаев, установленных названным Федеральным законом, и, кроме того, не указал в оспариваемом решении, какую именно отчетность в соответствии с законодательством о налогах и сборах должен сдавать кооператив, являющийся некоммерческой организацией (деятельность кооператива носит некоммерческий характер и основными видами хозяйствования являются эксплуатация, обслуживание, содержание кооперативных гаражей).

Подобный правовой подход соответствует сложившейся судебной практике (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.10.2017 N 306-КГ17-7238).

Непредставление юридическим лицом отчетности может свидетельствовать о нарушении им требований налогового законодательства, однако не всегда может быть признано правомерной причиной для исключения этого юридического лица из ЕГРЮЛ. Непредставление отчетности и отсутствие операций по банковскому счету само по себе не является безусловным основанием для принятия решения о внесении в ЕГРЮЛ записи об исключении юридического лица.

При таких обстоятельствах суды, признавая действия налогового органа обоснованными, не учли, что инспекция установила лишь наличие формальных признаков недействующего юридического лица у кооператива. Доказательства принятия инспекцией действий по установлению фактов действительного осуществления (прекращения) кооперативом уставной деятельности с учетом отсутствия у него банковского счета в материалах дела отсутствуют (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.03.2018 по делу N А32-508/2017).

 

2. В случае предъявления участником общества с ограниченной ответственностью требования о представлении документов корпорации заявление ответчика об уничтожении истребуемых документов не является основанием для отказа в иске, если такие документы могут быть им восстановлены.

Суббота Е.Д. обратился в арбитражный суд с иском к ООО "Стройэлектросевкавмонтаж" (далее - общество) о представлении документов общества.

Решением суда, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, иск удовлетворен. Суды обязали общество передать Субботе Е.Д. надлежащим образом заверенные копии платежных документов, подтверждающих выдачу или получение займов с 2013 по 2015 годы.

Отклоняя кассационную жалобу, окружной суд указал следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т. п.) вправе в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом и учредительным документом корпорации, получать информацию о деятельности корпорации и знакомиться с ее бухгалтерской и иной документацией.

Данное право участника общества с ограниченной ответственностью также закреплено пунктом 1 статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ).

Согласно пункту 4 статьи 50 Закона N 14-ФЗ общество по требованию участника обязано обеспечить ему доступ к документам о деятельности общества, предусмотренным в пунктах 1, 3 данной статьи. В течение трех дней со дня предъявления соответствующего требования участником указанные документы должны быть представлены обществом для ознакомления в помещении его исполнительного органа. Общество по требованию участника общества также обязано представить ему копии указанных документов.

Общество обязано представить участнику по его требованию те документы, которые у общества имеются в наличии либо которые общество обязано иметь в силу закона.

Суды правомерно отклонили доводы общества о невозможности представления истцу документов в связи с тем, что Суббота Е.Д. не доказал их наличие в обществе, а также уничтожение документов в связи с истечением срока хранения, поскольку при первоначальном рассмотрении дела суды установили, что из карточки счета 76.05 видно движение денежных средств по договорам займа. Данное обстоятельство признано судом кассационной инстанции установленным верно, поэтому требование о представлении договоров займа признано обоснованным. Таким образом, судами выявлено, что у общества должны находиться платежные документы, касающиеся договоров займа. Кроме того, ответчик обязан хранить данные документы, а при их утрате - восстановить. Действия общества по уничтожению документов при наличии спора с участником об их представлении нельзя признать добросовестными, поскольку они свидетельствуют о воспрепятствовании истцу в законном праве знакомиться с документами общества (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 09.11.2017 по делу N А32-32977/2015).

 

3. Решение налогового органа, принятое в связи с государственной регистрацией юридических лиц при их создании, реорганизации и ликвидации, при внесении изменений в их учредительные документы, основанное на недостоверных сведениях, не может быть признано законным.

Калашников В.Н. обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения налоговой инспекции о прекращении деятельности ООО "Правша" и исключении из ЕГРЮЛ соответствующей записи.

Решением суда в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением апелляционного суда решение отменено, заявление удовлетворено.

Отклоняя кассационную жалобу, окружной суд указал следующее.

Калашников В.Н. являлся генеральным директором и единственным участником ООО "Правша". В ноябре 2015 года заявителю стало известно, что ООО "Правша" уже не существует - организация прекратила деятельность в результате реорганизации путем присоединения к ООО "Альянс". Инспекцией ФНС России вынесено решение, на основании которого внесена соответствующая запись в ЕГРЮЛ о прекращении деятельности ООО "Правша" в связи с присоединением к ООО "Альянс".

Павлов А.М., назвав себя участником ООО "Правша", принял решение о присоединении ООО "Правша" к ООО "Альянс".

В соответствии с договором ООО "Правша" реорганизовывалось путем присоединения к ООО "Альянс". От имени ООО "Правша" этот договор также был подписан Павловым А.М.

Калашников В.Н., полагая, что он как единственный участник ООО "Правша" не принимал решения о передаче доли в размере 100% уставного капитала Павлову А.М., а Павлов А.М. не принимал решения о присоединении ООО "Правша" к ООО "Альянс", не подписывал договор о присоединении ООО "Правша" к ООО "Альянс", обратился в суд.

В силу с пункта 3 статьи 17 Закона N 129-ФЗ при реорганизации юридического лица в форме присоединения к нему другого юридического лица в регистрирующий орган по месту нахождения юридического лица, к которому осуществляется присоединение, представляются заявление о внесении записи о прекращении деятельности присоединенного юридического лица по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, договор о присоединении и передаточный акт. Перечень документов, представляемых при государственной регистрации реорганизации юридического лица в форме присоединения к другому юридическому лицу, приведенный в статье 17 Закона N 129-ФЗ, является исчерпывающим.

В порядке пункта 2 статьи 17 Закона N 129-ФЗ сведения, вносимые в ЕГРЮЛ, должны быть достоверными и соответствовать установленным законодательством требованиям. Это означает, что в случае внесения в ЕГРЮЛ недостоверной информации лицо, право которого нарушено регистрацией таких сведений, имеет право на судебную защиту на основании статьи 12 ГК РФ.

Как отражено в решении Арбитражного суда Вологодской области от 29.01.2015 по делу N А13-14868/2014 по иску ООО "Альянс" к ООО "Рика", Павлов А.М. никогда не был участником, а также генеральным директором ООО "Правша", заявления в налоговый орган о реорганизации ООО "Правша" и о присоединении его к ООО "Альянс" не подавал и не подписывал; не подписывал и не принимал решения от 22.10.2012 о реорганизации ООО "Правша" путем его присоединения к ООО "Альянс", не подписывал договор о присоединении ООО "Правша" к ООО "Альянс".

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Самарской области от 01.07.2016 по делу N А55-31693/2015 признаны недействительными решение единственного участника ООО "Правша" от 15.01.2012 N 3/2012, в соответствии с которым в состав участников ООО "Правша" принят Павлов А.М., решение единственного участника ООО "Правша" от 13.08.2012 N 4/2012, согласно которому Калашников В.Н. выведен из состава участников ООО "Правша" с перераспределением его доли в уставном капитале общества в пользу Павлова А.М. и согласно которому Калашников В.Н. освобожден от должности генерального директора ООО "Правша" и на эту должность назначен Павлов А.М., решение единственного участника ООО "Правша" от 22.10.2012 о реорганизации ООО "Правша" путем его присоединения к ООО "Альянс", договор от 23.10.2012 о присоединении ООО "Правша" к ООО "Альянс".

Таким образом, с учетом названных судебных актов апелляционный суд установил, что оспоренные истцом решения налоговой инспекции приняты на основании документов, содержащих недостоверные сведения. В связи с этим апелляционный суд пришел к верному выводу о том, что решение инспекции о государственной регистрации прекращения деятельности ООО "Правша", принятое на основании решения от 22.10.2012 и договора от 23.10.2012, признанных вступившими в законную силу судебными актами по делу N А55-31693/2015 недействительными, также является недействительным и нарушает права и законные интересы Калашникова В.Н. (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.03.2017 по делу N А22-1323/2016).

 

4. Направление в регистрирующий орган уведомления о принятии решения о ликвидации юридического лица с пропуском установленного срока само по себе не является основанием для отказа в государственной регистрации ликвидации этого лица.

ООО "Челметалл" (далее - общество) оспорило в арбитражном суде отказ налоговой инспекции в государственной регистрации ликвидации юридического лица.

Решением суда, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, заявленное требование удовлетворено.

Отклоняя кассационную жалобу, окружной суд указал следующее.

Из материалов дела видно и судами установлено, что единственный участник общества принял решение о ликвидации общества, назначен ликвидатор; налоговая инспекция уведомлена о ликвидации юридического лица, общество представило в налоговую инспекцию соответствующие документы. Сообщение о ликвидации общества, о порядке и сроке заявления кредиторами своих требований опубликовано в журнале "Вестник государственной регистрации".

В силу пункта 1 статьи 21 Закона N 129-ФЗ для государственной регистрации в связи с ликвидацией юридического лица в регистрирующий орган представляются следующие документы: а) подписанное заявителем заявление о государственной регистрации по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти. В заявлении подтверждается, что соблюден установленный федеральным законом порядок ликвидации юридического лица, расчеты с его кредиторами завершены и вопросы ликвидации юридического лица согласованы с соответствующими государственными органами и (или) муниципальными органами в установленных федеральным законом случаях; б) ликвидационный баланс; в) документ об уплате государственной пошлины; г) документ, подтверждающий представление в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации сведений в соответствии с подпунктами 1 - 8 пункта 2 статьи 6 и пунктом 2 статьи 11 Федерального закона от 01.04.1996 N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" и в соответствии с частью 4 статьи 9 Федерального закона от 30.04.2008 N 56-ФЗ "О дополнительных страховых взносах на накопительную часть трудовой пенсии и государственной поддержке формирования пенсионных накоплений".

Согласно пункту 4 статьи 9 Закона N 129-ФЗ регистрирующий орган не вправе требовать представление других документов, кроме документов, установленных данным Законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 23 Закона N 129-ФЗ отказ в государственной регистрации допускается в случае непредставления определенных названным Законом необходимых для государственной регистрации документов; представления документов в ненадлежащий регистрирующий орган либо в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 20 или пунктом 4 статьи 22.1 данного Закона.

Общество для государственной регистрации ликвидации представило полный пакет документов, предусмотренный действующим законодательством.

Довод налоговой инспекции о том, что общество нарушило срок уведомления налогового органа о принятии решения о ликвидации юридического лица,предусмотренный пунктом 1 статьи 20 Закона N 129-ФЗ, суд не принимает во внимание, поскольку направление соответствующего уведомления с пропуском срока не может служить основанием для признания отказа налогового органа в государственной регистрации ликвидации юридического лица законным (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 01.04.2015 по делу N А32-17159/2014).

 

5. Само по себе наличие корпоративного конфликта и недостижение участниками акционерного общества соглашения по определению порядка управления принадлежащим ему имуществом, а также наличие убытков не является достаточным основанием для удовлетворения иска о его ликвидации.

Чумаков Г.Л. обратился в арбитражный суд к ОАО "Голубая Нива" (далее - общество) с требованием ликвидировать общество на основании подпункта 5 пункта 3 статьи 61 ГК РФ, ссылаясь на то, что вследствие корпоративного конфликта дальнейшее нормальное функционирование общества невозможно Решением суда, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в иске отказано.

Отклоняя кассационную жалобу, окружной суд указал следующее.

В соответствии с подпунктом 5 пункта 3 статьи 61 ГК РФ юридическое лицо ликвидируется по решению суда по иску учредителя (участника) юридического лица в случае невозможности достижения целей, ради которых оно создано, в том числе в случае, если осуществление деятельности юридического лица становится невозможным или существенно затрудняется.

В пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что указанное требование может быть удовлетворено, если иные учредители (участники) юридического лица уклоняются от участия в нем, делая невозможным принятие решений в связи с отсутствием кворума, в результате чего становится невозможным достижение целей, ради которых создано юридическое лицо, в том числе если осуществление деятельности юридического лица становится невозможным или существенно затрудняется, в частности ввиду длительной невозможности сформировать органы юридического лица.

Равным образом удовлетворение названного требования возможно в случае длительного корпоративного конфликта, в ходе которого существенные злоупотребления допускались всеми участниками хозяйственного товарищества или общества, вследствие чего существенно затрудняется его деятельность.

Ликвидация юридического лица в качестве способа разрешения корпоративного конфликта возможна только в том случае, когда все иные меры для разрешения корпоративного конфликта и устранения препятствий для продолжения деятельности юридического лица (исключение участника юридического лица, добровольный выход участника из состава участников юридического лица, избрание нового лица, осуществляющего полномочия единоличного исполнительного органа и т. д.) исчерпаны или их применение невозможно.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 08.10.2014 N 306-ЭС14-14, корпоративный конфликт является ситуацией в хозяйственном обществе, при которой уровень недоверия между участниками общества, владеющими равными долями, достигает критической, с их точки зрения, отметки, при этом позиция ни одного из них не является заведомо неправомерной. При данной ситуации целесообразно рассмотреть вопрос о возможности продолжения корпоративных отношений, результатом чего может стать принятие участниками решения о ликвидации общества либо принятие одним из участников решения о выходе из него с соответствующими правовыми последствиями, предусмотренными действующим законодательством и учредительными документами.

Суды установили, что в обществе имеется корпоративный конфликт но, несмотря на указанное обстоятельство, общество обеспечивает привлечение денежных средств и оплату текущих расходов предприятия в процессе преодоления негативных последствий корпоративного конфликта, в том числе по возврату имущества общества. Экономическая нецелесообразность деятельности общества, на которую фактически ссылается истец, не может быть предметом оценки арбитражного суда. Само по себе наличие корпоративного конфликта и недостижение участниками общества соглашения по определению порядка управления принадлежащим ему имуществом не является достаточным основанием для удовлетворения иска о его ликвидации. Наличие убытков у общества само по себе не является основанием для удовлетворения заявленного иска о ликвидации общества, поскольку заявитель не лишен права воспользоваться иными установленными законом способами защиты прав, которые он полагает нарушенными.

На основании изложенного, приняв во внимание отсутствие в материалах дела доказательств того, что стороны приняли все меры для разрешения корпоративного конфликта, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для принудительной ликвидации общества в порядке статьи 61 ГК РФ (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 06.02.2018 по делу N А32-16671/2017).

 

6. После внесения в ЕГРЮЛ сведений о прекращении деятельности юридического лица как недействующего его учредитель не вправе получить оставшееся имущество до завершения расчетов с кредиторами этого лица.

Воронов И.С. обратился в арбитражный суд с заявлением о замене в порядке статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) стороны по делу ООО "Виктор и Я" (далее - общество) на правопреемника - Воронова И.С., являющегося единственным учредителем общества.

Воронов И.С. полагает, что является универсальным правопреемником общества, поскольку на момент ликвидации был его единственным участником, и в соответствии с пунктом 8 статьи 63 ГК РФ имеет право получить имущество, ранее принадлежавшее исключенному из реестра юридическому лицу.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды руководствовались следующим.

На основании части 1 статьи 48 АПК РФ в случае выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина или другие случаи перемены лиц в обязательстве) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Перечень оснований, приведенных в части 1 статьи 48 АПК РФ, не является исчерпывающим, так как названной нормой предусмотрено, что процессуальное правопреемство возможно и в других случаях перемены лиц в гражданско-правовых обязательствах. Необходимым условием процессуального правопреемства должна являться замена стороны в материальном правоотношении, то есть процессуальное правопреемство означает переход процессуальных прав и обязанностей от одного субъекта соответствующего материального правоотношения к другому, что влечет занятие правопреемником процессуального статуса правопредшественника.

Согласно пункту 1 статьи 61 ГК РФ ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом.

В силу с пункта 1 статьи 57 Закона N 14-ФЗ ликвидация общества влечет за собой его прекращение без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам.

Факт исключения юридического лица из реестра юридических лиц не предусмотрен Гражданским кодексом Российской Федерации в качестве основания возникновения у учредителей юридического лица права собственности на принадлежавшее исключенному юридическому лицу имущество.

Из положений статьи 63 ГК РФ не следует, что участники общества автоматически наделяются имуществом общества, исключенного из ЕГРЮЛ. Доказательства получения имущества в результате осуществления каких-либо процедур, связанных с прекращением деятельности юридического лица, Воронов И.С. не представил.

Кроме того, процедура исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа является специальным основанием прекращения юридического лица. В случае исключения недействующего юридического лица из реестра не применяется порядок, установленный для случая ликвидации юридического лица и направленный на выявление кредиторов и завершение расчетов с ними.

Воронов И.С. не представил доказательств того, что об исключении общества из реестра ему не было известно, что он оспаривал данное обстоятельство.

Общество не исполнило свои обязательства по договору купли-продажи муниципального имущества в части оплаты стоимости нежилых помещений.

Таким образом, на момент исключения из реестра у общества имелся кредитор (учреждение), кредиторская задолженность составляла 917 392 рубля 19 копеек.

При проведении ликвидационных процедур, предусмотренных статьей 63 ГК РФ, учредителю передается только то имущество, которое осталось после удовлетворения требований кредиторов общества (пункт 8 статьи 63 ГК РФ, статья 58 Закона N 14-ФЗ).

В той же очередности проводятся расчеты при применении процедуры, предусмотренной пунктом 5.2 статьи 64 ГК РФ.

Поскольку Воронов И.С. не представил доказательств того, что расчеты в полном объеме с учреждением (достоверно известным кредитором общества) произведены, основания для перехода к нему как к учредителю общества каких-либо прав на спорное имущество отсутствуют. До полного расчета с кредиторами (в данном случае с учреждением) у Воронова И.С. не может возникнуть прав на это имущество (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.12.2017 по делу N А63-1925/2016).

 

7. Решение единственного акционера непубличного акционерного общества о внесении изменений в учредительные документы юридического лица,подаваемое налоговому органу для соответствующей государственной регистрации и внесения записи в ЕГРЮЛ, не требуется удостоверять нотариально или лицом, осуществляющим ведение реестра акционеров такого общества.

НАО "Дорожно-строительное управление N 1" (далее - общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения МИФНС России N 16 по Краснодарскому краю (далее - инспекция) об отказе в государственной регистрации изменений в учредительные документы общества.

Решением суда, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, требование общества удовлетворено.

Отклоняя кассационную жалобу, окружной суд указал следующее.

Порядок государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, регламентируется главой 6 Закона N 129-ФЗ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 17 Закона N 129-ФЗ для государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, в регистрирующий орган, в частности, представляются:

а) подписанное заявителем заявление о государственной регистрации по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти. В заявлении подтверждается, что изменения, вносимые в учредительные документы юридического лица, соответствуют установленным законодательством Российской Федерации требованиям, что сведения, содержащиеся в этих учредительных документах и в заявлении, достоверны и соблюден установленный федеральным законом порядок принятия решения о внесении изменений в учредительные документы юридического лица;

б) решение о внесении изменений в учредительные документы юридического лица либо иное решение и (или) документы, являющиеся в соответствии с федеральным законом основанием для внесения данных изменений;

в) изменения, вносимые в учредительные документы юридического лица, или учредительные документы юридического лица в новой редакции;

г) документ об уплате государственной пошлины. Регистрирующий орган не вправе требовать представление других документов, кроме документов, установленных пунктом 4 статьи 9 Закона N 129-ФЗ.

Отказ в государственной регистрации допускается в случае непредставления определенных Законом N 129-ФЗ необходимых для государственной регистрации документов (подпункт "а" пункта 1 статьи 23 Закона N 129-ФЗ).

Судами установлено и подтверждается материалами дела, что для государственной регистрации изменений в уставе общество представило в инспекцию полный пакет документов.

Отказ в регистрации изменений, вносимых в ЕГРЮЛ, обоснован регистрирующим органом необходимостью удостоверения решения единственного акционера лицом, осуществляющим ведение реестра акционеров такого общества и выполняющим функции счетной комиссии.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 3 статьи 67.1 ГК РФ принятие общим собранием участников хозяйственного общества решения и состав участников общества, присутствовавших при его принятии, подтверждаются в отношении непубличного акционерного общества путем нотариального удостоверения или удостоверения лицом, осуществляющим ведение реестра акционеров такого общества и выполняющим функции счетной комиссии.

Согласно пункту 6 статьи 98 ГК РФ акционерное общество может быть создано одним лицом или состоять из одного лица в случае приобретения одним акционером всех акций общества. Сведения об этом подлежат внесению в единый государственный реестр юридических лиц.

В силу пункта 3 статьи 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - Закон N 208-ФЗ) в обществе, все голосующие акции которого принадлежат одному акционеру, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания акционеров, принимаются этим акционером единолично и оформляются письменно. При этом положения главы VI Закона N 129-ФЗ, определяющие порядок и сроки подготовки, созыва и проведения общего собрания акционеров, не применяются, за исключением положений, касающихся сроков проведения годового общего собрания акционеров.

Суды пришли к верному выводу о том, что с учетом соблюдения обществом требований по представлению полного пакета документов для регистрации изменений в учредительных документах у регистрирующего органа отсутствовали правовые основания для отказа в государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, и правомерно удовлетворили заявленные требования в части.

При этом суды учли, что принятие решения по вопросам, отнесенным к компетенции общего собрания, в хозяйственных обществах, состоящих из одного участника (акционера), осуществляется не в форме и по процедуре общего собрания, а в форме единоличного решения. Из буквального толкования положений пункта 3 статьи 67.1 ГК РФ следует, что данная норма определяет порядок подтверждения принятия общим собранием участников хозяйственного общества решения и состав участников (акционеров) общества, присутствующих при его принятии. Нотариус или лицо, осуществляющее ведение реестра акционеров такого общества, присутствующее на общем собрании хозяйственного общества, должно подтвердить наличие одновременно двух обстоятельств: количество присутствующих на собрании участников (акционеров) и принятие этим же количеством участников (акционеров) решения. Следовательно, в хозяйственном обществе, состоящем из одного участника (акционера), отсутствуют юридически значимые обстоятельства, которые должны подтверждаться специальным способом удостоверения решения общего собрания участников (акционеров) хозяйственного общества согласно пункту 3 статьи 67.1 ГК РФ (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.02.2018 по делу N А32-25965/2017).

 

8. В случае реорганизации юридического лица путем присоединения оно вправе после подписания передаточного акта, но до внесения в ЮГРЮЛ записи о прекращении своей деятельности, уступить право требования, отраженное в передаточном акте.

ОАО "Азовский завод стройматериалов" (далее - завод) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО "ССС", ООО "Каракка" (далее - общество) о признании недействительным (ничтожным) договора уступки права требования, заключенного ООО "Промремстрой" и ООО "ССС" (далее - новый кредитор).

Завод ссылался на то, что спорный договор заключен в нарушение положений Гражданского кодекса Российской Федерации о правопреемстве при реорганизации, а именно: новый кредитор не является действительным правопреемником ООО "Промремстрой"по уступаемому требованию, поскольку к моменту заключения спорного договора цессии ООО "Промремстрой" уже передало все свои права и обязанности своему правопреемнику по реорганизации в форме присоединения - обществу.

Решением суда, оставленным без изменения апелляционным постановлением, в иске отказано.

Отклоняя кассационную жалобу, окружной суд указал следующее.

Согласно статье 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования); для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Пунктом 3 статьи 49 ГК РФ установлено, что правоспособность юридического лица возникает с момента внесения ЕГРЮЛ сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Абзацем 2 пункта 4 статьи 57 ГК РФ определено, что при реорганизации юридического лица в форме присоединения к нему другого юридического лица первое из них считается реорганизованным с момента внесения в ЕГРЮЛ записи о прекращении деятельности присоединенного юридического лица.

Разрешая спор, руководствуясь положениями названных статей, суды установили, что спорный договор цессии заключен до внесения записи в ЕГРЮЛ о прекращении деятельности ООО "Промремстрой" в качестве юридического лица при реорганизации в форме присоединения, в силу чего ООО "Промремстрой" обладало правоспособностью для заключения и исполнения любых сделок, было вправе приобретать гражданские права и нести гражданские обязанности, и пришли к обоснованному выводу о том, что договор цессии заключен в соответствии с действующим законодательством и не противоречит положениям главы 24 ГК РФ.

Суды верно отметили, что гражданское законодательство не содержит норм, запрещающих обществу, чьи участники договорились о присоединении данного юридического лица к другому юридическому лицу, совершить гражданско-правовые сделки в период после подписания обществом, которое присоединяется, и обществом, к которому оно присоединяется, передаточного акта (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 10.01.2018 по делу N А53-572/2017).

 

9. Основанием для ликвидации юридического лица в судебном порядке может быть недостоверность сведений об адресе юридического лица, не устраненная к моменту вынесения судебного решения. Отсутствие сотрудников юридического лица по адресу его местонахождения на момент проверки налоговым органом и возврат корреспонденции, направленной регистрирующим органом по такому адресу, презюмируют указанное нарушение. Однако эта презумпция является опровержимой.

МИФНС России N 16 по Краснодарскому краю (далее - инспекция) обратилась в арбитражный суд с требованием о ликвидации ООО "Каспер" (далее - общество). По мнению заявителя, общество не располагается по адресу, указанному в ЕГРЮЛ.

Решением суда, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, в удовлетворении требования отказано.

Отклоняя кассационную жалобу, окружной суд указал следующее.

В целях установления достоверности адреса (места нахождения) общества инспекция провела проверку содержащегося в ЕГРЮЛ адреса местонахождения общества. Согласно акту обследования по названному адресу общество не находится.

Инспекция направляла в адрес общества и его учредителя уведомления о необходимости представления в регистрирующий орган достоверных сведений об адресе местонахождения общества.

Поскольку уведомления, направленные в адрес общества и учредителя, согласно сведениям, содержащимся на сайте ФГУП "Почта России", не вручены адресатам, инспекция пришла к выводу об отсутствии общества по зарегистрированному юридическому адресу.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61 ГК РФ юридическое лицо может быть ликвидировано по решению суда по иску государственного органа или органа местного самоуправления, которым право на предъявление требования о ликвидации юридического лица предоставлено законом в случаях признания государственной регистрации юридического лица недействительной, в том числе в связи с осуществлением юридическим лицом деятельности, запрещенной законом, либо с нарушением Конституции Российской Федерации, либо с другими неоднократными или грубыми нарушениями закона или иных правовых актов, а также в иных случаях, предусмотренных законом.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 25 Закона N 129-ФЗ за представление недостоверных сведений заявители, юридические лица несут ответственность, установленную законодательством Российской Федерации. В случае неоднократных либо грубых нарушений законов или иных нормативных правовых актов о государственной регистрации юридических лиц регистрирующий орган вправе обратиться в суд с требованием о ликвидации юридического лица.

Согласно пункту 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 61 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с достоверностью адреса юридического лица" при наличии информации о том, что связь с юридическим лицом по адресу, отраженному в ЕГРЮЛ, невозможна (представители юридического лица по адресу не располагаются и корреспонденция возвращается с пометкой "организация выбыла", "за истечением срока хранения" и т. п.), регистрирующий орган после направления этому юридическому лицу (в том числе в адрес его учредителей (участников) и лица, имеющего право действовать от имени юридического лица без доверенности) уведомления о необходимости представления в регистрирующий орган достоверных сведений о его адресе и в случае непредставления таких сведений в разумный срок может обратиться в арбитражный суд с требованием о ликвидации этого юридического лица (пункт 2 статьи 61 ГК РФ, пункт 2 статьи 25 Закона N 129-ФЗ).

В соответствии с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 N 14-П отсутствие в пункте 2 статьи 61 ГК РФ конкретного перечня положений, нарушение которых может привести к ликвидации юридического лица, то есть его прекращению без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства, не означает, что данная санкция может применяться по одному лишь формальному основанию - в связи с неоднократностью нарушений обязательных для юридических лиц правовых актов. Исходя из общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе наличия вины) и установленных статьей 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации критериев ограничения прав и свобод, соблюдение которых обязательно не только для законодателя, но и для правоприменителя, оспариваемая норма предполагает, что неоднократные нарушения закона в совокупности должны быть столь существенными, чтобы позволить арбитражному суду - с учетом всех обстоятельств дела, включая оценку характера допущенных юридическим лицом нарушений и вызванных им последствий, - принять решение о ликвидации юридического лица в качестве меры, необходимой для защиты прав и законных интересов других лиц.

В пункте 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 N 84 "О некоторых вопросах применения арбитражными судами статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении заявлений о ликвидации юридических лиц по мотиву осуществления ими деятельности с неоднократными нарушениями закона, иных правовых актов необходимо исследовать характер нарушений, их продолжительность и последующую после совершения нарушений деятельность юридического лица. Юридическое лицо не может быть ликвидировано, если допущенные им нарушения носят малозначительный характер или вредные последствия таких нарушений устранены.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, установив, что отсутствие по адресу местонахождения сотрудников общества на момент обследования не может являться единственным и достаточным основанием для прекращения деятельности юридического лица путем его ликвидации, принимая во внимание, что общество получало судебную корреспонденцию, является участником судебных споров, рассматриваемых арбитражным судом, суды правомерно отказали в удовлетворении заявленных требований (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 31.10.2017 по делу N А32-12835/2017).

 

10. Обеспечительные меры, принятые судом в виде запрета акционеру пользоваться акциями (в том числе голосовать), не могут быть расценены как запрет на осуществление права требования проведения внеочередного общего собрания акционеров.

Компания с ограниченной ответственностью "Самерфилд Сервисиз Лимитед" (далее - компания) обратилась в арбитражный суд с иском к ОАО научно-производственному концерну "Эском" (далее - обществу), АО "Сервис-Реестр" (далее - регистратор) о понуждении общества созвать годовое общее собрание акционеров.

Решением суда, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, в удовлетворении иска отказано.

Отменяя судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, окружной суд указал следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 55 Закона N 208-ФЗ внеочередное общее собрание акционеров проводится по решению совета директоров (наблюдательного совета) общества на основании его собственной инициативы, требования ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора общества, а также акционеров (акционера), являющихся владельцами не менее чем 10 процентов голосующих акций общества на дату предъявления требования.

В случае если в течение установленного названным Законом срока советом директоров (наблюдательным советом) общества не принято решение о созыве внеочередного общего собрания акционеров или принято решение об отказе в его созыве, орган общества или лица, требующие его созыва, вправе обратиться в суд с требованием о понуждении провести внеочередное общее собрание акционеров.

При разрешении спора суды установили, что Промышленным районным судом города Ставрополя приняты обеспечительные меры в виде ареста на акции общества в объеме 99,6727%, а также запрета отчуждения и пользования (в том числе голосования) на срок предварительного расследования. Данное обстоятельство позволило судам прийти к выводу о необоснованности иска.

Однако с указанным выводом судов нельзя согласиться по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т. п.) вправе участвовать в управлении делами корпорации.

Данные права представляют собой совокупность неимущественных (организационно-управленческих) прав участника, вытекающих из участия в корпоративной организации.

Законом N 208-ФЗ предусмотрены следующие права участника на участие в управлении делами общества: участие в подготовке к проведению общего собрания акционеров (участников), в том числе внесение вопросов в повестку дня собрания, выдвижение кандидатов в органы управления и иные органы хозяйственного общества (статья 53); участие в общем собрании акционеров (участников), хозяйственного общества лично или через своего представителя (статьи 51 и 57); голосование по вопросам повестки дня общего собрания акционеров (статьи 31, 32, 49, 59 - 61); требование проведения внеочередного общего собрания акционеров (пункт 1 статьи 55); обращение в суд с требованием о понуждении общества провести внеочередное общее собрание в случаях, предусмотренных в законе (пункт 8 статьи 55).

При этом права на участие в управлении могут быть ограничены только законом или уставом общества в предусмотренных законом случаях.

Суды не учли, что компания, несмотря на принятые судом общей юрисдикции обеспечительные меры, является законным владельцем акций общества, права компании на акции в установленном законом порядке не оспорены, и поэтому в силу пункта 8 статьи 55 Закона N 208-ФЗ она вправе требовать понудить общество провести общее собрание. Запрет на пользование (в том числе голосование) данным пакетом акций не может быть расценен как запрет на осуществление права требования проведения внеочередного общего собрания акционеров, предусмотренного пунктом 1 статьи 55 Закона N 208-ФЗ, и на обращение в суд с требованием о понуждении общества провести внеочередное общее собрание в случаях, предусмотренных в законе.

Согласно пункту 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.07.2003 N 72 голосующие акции, принадлежащие акционеру, которому арбитражный суд запретил голосовать этими акциями на общем собрании акционеров по одному из вопросов повестки дня, должны учитываться при определении кворума для принятия решения по соответствующему вопросу.

По смыслу изложенного разъяснения следует, что запрет на голосование акциями не изменяет их правовую природу как голосующих, таким образом, компания не может быть ограничена в заявленном по иску праве со ссылкой на указанные обеспечительные меры (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 11.10.2017 по делу N А63-5213/2017).

 

11. Отсутствие у ликвидируемого юридического лица имущества, достаточного для удовлетворения требования кредитора, не освобождает ликвидатора от обязанности включить в ликвидационный баланс сведения об имеющейся задолженности.

ООО "ДВС" обратилось в арбитражный суд с иском к ликвидатору ООО "ТК Вектор" Проценко Е.А. о взыскании убытков.

Решением суда, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, в иске отказано.

Направляя дело на новое рассмотрение, окружной суд указал следующее.

Согласно пункту 2 статьи 64.1 ГК РФ члены ликвидационной комиссии (ликвидатор) по требованию кредиторов ликвидированного юридического лица обязаны возместить убытки, причиненные ими кредиторам ликвидированного юридического лица, в порядке и по основаниям, которые предусмотрены статьей 53.1 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Выводы суда о том, что на момент ликвидации у ООО "ТК Вектор" отсутствовали активы, достаточные для удовлетворения требований общества, не могут быть признаны правильными. Это обстоятельство само по себе не свидетельствует об отсутствии причинно-следственной связи между невключением ответчиком требований истца в ликвидационный баланс и возникшими у истца убытками, а также невозможности распределения имущества ликвидируемого лица в соответствующей пропорцией (при его недостаточности) в пользу общества.

Если стоимость имущества должника - юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, в соответствии со статьей 63 ГК РФ и пунктами 1, 2 статьи 224 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" ликвидационная комиссия, ликвидатор обязаны обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Такое юридическое лицо ликвидируется в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности.

Именно ликвидация через процедуру конкурсного производства обеспечивает справедливое распределение среди кредиторов средств, вырученных от продажи имущества несостоятельного должника, которой предшествует формирование конкурсной массы, в том числе за счет реализации конкурсным управляющим предоставленных ему законодательством о банкротстве полномочий, касающихся выявления и возврата имущества должника, находящегося у третьих лиц, оспаривания сделок должника, совершенных в преддверии банкротства, привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и т. п. (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.09.2016 по делу N А32-40192/2015).

 

"В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

...

Именно ликвидация через процедуру конкурсного производства обеспечивает справедливое распределение среди кредиторов средств, вырученных от продажи имущества несостоятельного должника, которой предшествует формирование конкурсной массы, в том числе за счет реализации конкурсным управляющим предоставленных ему законодательством о банкротстве полномочий, касающихся выявления и возврата имущества должника, находящегося у третьих лиц, оспаривания сделок должника, совершенных в преддверии банкротства, привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и т. п. (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.09.2016 по делу N А32-40192/2015)."

Обзор судебной практики применения законодательства о юридических лицах (Глава 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) (утв. Президиумом Арбитражного суда Северо-Кавказского округа 6 июля 2018 г.)