• ТЕКСТ ДОКУМЕНТА
  • АННОТАЦИЯ
  • ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 1/2006

Бюллетень Европейского Суда по правам человека
Российское издание
N 1/2006


Редакционная: необходимые пояснения и краткие замечания


В канун Нового года судьи спорили о значении европейской Конвенции по правам человека


В Москве в канун Нового года прошел очередной 8-й Международный форум по конституционному правосудию "Имплементация решений Европейского Суда по правам человека в практике конституционных судов стран Европы", организованный Институтом права и публичной политики России под эгидой Конституционного Суда Российской Федерации.

На форуме обсуждались проблемы юридического значения решений и постановлений, принимаемых Европейским Судом по правам человека, их влияния на национальные правовые системы и на функционирование национальных судебных органов. Были рассмотрены вопросы унификации стандартов в области прав человека и создания эффективных механизмов обеспечения и защиты этих прав на современном этапе конституционного развития европейских государств. Участники форума пришли к согласию, что необходимо координировать деятельность национальных конституционных судов с учетом позиции Европейского Суда и опираться на решения данного института при оценке действий и актов национальных органов власти.

Теперь об отдельных выступлениях, вызвавших интерес участников дискуссии и журналистов.

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации Валерий Зорькин считает, что России пока не о чем спорить с Европейским Судом. Вместе с тем он дал понять, что Россия не допустит вмешательства Страсбурга в сферу национального конституционного регулирования. Глава Конституционного Суда подчеркнул, что Россия до сих пор "безоговорочно" выполняет решения Европейского Суда даже в тех случаях, когда отечественные юристы расценивают решение "однозначно негативно". Тем не менее В. Зорькин полагает, что у России и других стран, не так давно "отошедших от тоталитаризма", есть "ряд проблем", которые с учетом уровня правосознания "не могут быть решены только Европейским Судом". "Европейский Суд должен учитывать эту ситуацию, и это не должна быть улица с односторонним движением", - осторожно заметил он.

"Я рад, что Федеральный конституционный суд ФРГ имеет возможность спорить с Европейским Судом, - сказал В. Зорькин. - Если бы Конституционный Суд России дорос до этого, это было бы неплохо".

"В России нет абсолютного приоритета международного права", - заявил бывший исполняющий обязанности Председателя Конституционного Суда Российской Федерации, ныне судья в отставке Николай Витрук. - Но когда Россия признает приоритет общепризнанной нормы международного права, она приобретает юридическую силу самой Конституции. Правовые позиции Конституционного Суда также являются источником права, приравненным по своей юридической силе к Конституции".

Бывший Председатель Конституционного Суда Российской Федерации и бывший член Европейского Суда по правам человека Владимир Туманов высказался более жестко. "Россия должна исполнять решения Европейского Суда, но только в рамках Конституции и в том случае, если они не будут носить характер чрезвычайного вмешательства в сферу, подробно урегулированную национальным правом", - заявил он.

В некоторых странах, отметил В. Туманов, нормы европейской Конвенции по правам человека стоят выше конституционных норм, как, например, в Австрии, в других, в частности в ФРГ, - ниже. А в России - "ниже Конституции, но выше федерального законодательства". Поэтому, сделал вывод В. Туманов, в России, как и в ряде стран, "национальная конституция неприкосновенна для Страсбургского суда".

С такой позицией не согласилась бывшая заместитель Председателя Конституционного Суда, судья в отставке Тамара Морщакова, заявив, что "российская Конституция сама себя обязала следовать общепринятым международным нормам, и потому они выше Конституции".

В дискуссии о том, в какой мере страны - члены Совета Европы должны исполнять решения Европейского Суда, приняла участие и помощник председателя Конституционного Суда Латвийской Республики Алла Спале. Она заявила, что Конституционный Суд Латвии рассматривал вопросы о соответствии национального законодательства европейской Конвенции еще до появления в Латвийской конституции главы о правах человека. В Латвии, по ее словам, европейская Конвенция по правам человека имеет высшую силу над законами и находится на одном уровне с Конституцией. Впрочем, Конституция практически совпадает с европейской Конвенцией.

Председатель Конституционного Суда Белоруссии Григорий Василевич заявил, что европейская Конвенция "должна иметь надконституционный характер. Если есть расхождения, и в Конституции меньший объем прав и свобод, то должна применяться европейская Конвенция. Она развивается благодаря динамичному толкованию, осуществляемому Европейским Судом, учитывающим современные реалии и защищающим права и свободы граждан. В частности, Конституционный Суд Белоруссии 84 раза ссылался на международные документы и решения Европейского Суда, несмотря на то, что Белоруссия не является членом Совета Европы и для нее европейская Конвенция юридически не обязательна".

При освещении хода дискуссии 8-го Международного форума по конституционному правосудию в рамках нашей редакционной статьи использовалась информация ИТАР-ТАСС, Агентства национальных новостей, Института права и публичной политики и сайта КМ.ру.


По жалобам о нарушениях Статьи 2 Конвенции


Вопрос о соблюдении права человека на жизнь


Жалоба касается факта самоубийства заключенного, помещенного в штрафной изолятор, и по делу ставится вопрос об эффективности проведенного властями по этому факту расследования. По делу допущено нарушение требований Статьи 2 Конвенции.


Трубников против России
[Trubnikov - Russia] (N 49790/99)


Постановление от 5 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Обстоятельства дела


В сентябре 1998 года сын заявителя, который отбывал срок наказания в исправительном учреждении, был найден мертвым в камере штрафного изолятора. В период своего заключения, которое началось в 1993 году, сына заявителя несколько раз водворяли в штрафной изолятор за то, что он находился в состоянии алкогольного опьянения. Во время одного из водворений в штрафной изолятор - в порядке дисциплинарного наказания - он нанес себе телесные повреждения, а в другой раз пытался покончить жизнь самоубийством. После этого над ним установили наблюдение психиатра. В сентябре 1998 года сына заявителя вновь водворили в штрафной изолятор за нахождение в состоянии алкогольного опьянения. Примерно час спустя после водворения он был найден мертвым, повесившимся на рукаве своей куртки. В тот же день начальник исправительного учреждения провел проверку. После изучения ряда документов и рапортов, он пришел к заключению, что сын заявителя повесился и что не было необходимости в проведении уголовного расследования, так как не было события преступления. Заявитель обратился к администрации исправительного учреждения с просьбой о проведении уголовного расследования. Его уведомили о том, что было принято решение не проводить расследование. Заявитель впоследствии обратился в прокуратуру с просьбой предоставить ему информацию об обстоятельствах смерти его сына; прокуратура отказалась возбудить уголовное дело. Только после того, как жалоба по делу была коммуницирована государству-ответчику, в феврале 2002 года прокуратура начала расследование по факту смерти сына заявителя. Материалы расследования в основном включали в себя результаты двух судебно-медицинских экспертиз и показания сотрудников исправительного учреждения, заключенных и врача-психиатра учреждения. В октябре 2002 года прокуратура пришла к заключению, что сын заявителя совершил самоубийство. В марте 2003 года заявитель получил копию постановления о прекращении дела.


Вопросы права


По поводу соблюдения требований пункта 1 Статьи 38 Конвенции. Отказ государства-ответчика предоставить Европейскому Суду оригинал медицинских документов, хранившихся в архиве исправительного учреждения и касающихся наблюдения психиатра за сыном заявителя, на том основании, что небезопасно забирать эти документы из архивов колонии, - вопреки заверению Европейского Суда, что эти документы будут возвращены по окончании производства по делу, - представляет собой нарушение требований пункта 1 Статьи 38 Конвенции* (* Согласно подпункту "а" пункта 1 Статьи 38 Конвенции государство - участник Конвенции, выступающее стороной по делу, должно создавать "все необходимые условия" для эффективного исследования Европейским Судом обстоятельств дела (прим. перев.).).


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу власти России не выполнили свои обязательства, вытекающие из участия в Конвенции (принято единогласно).

По поводу соблюдения требований Статьи 2 Конвенции (что касается вопроса о выполнении государством своих позитивных обязательств по охране права человека на жизнь). Для того чтобы возникло позитивное обязательство государства по охране права человека на жизнь в отношении заключенного, необходимо установить, что власти знали или должны были знать о существовании реальной и непосредственной угрозы жизни конкретно идентифицированного лица. В настоящем деле, хотя у сына заявителя и наблюдалась тенденция к членовредительству в ответ на водворение его в штрафной изолятор, и он один раз совершил попытку самоубийства, его медицинская карта в исправительном учреждении указывала на то, что у него не наблюдалось острых симптомов психического заболевания. Кроме того, наблюдавший его врач-психиатр никогда не указывал на то, что сын заявителя, возможно, совершит самоубийство. Европейский Суд поэтому не вправе заключить, что власти знали о непосредственной угрозе его жизни или что они могли с разумной степенью уверенности предсказать совершение им самоубийства на фоне его явно стабильного психического и эмоционального состояния. Несмотря на тот факт, что история сына заявителя показывает, что его нахождение в состоянии алкогольного опьянения в сочетании с водворением в штрафной изолятор создавало некоторый риск ухудшения его психического состояния, этого недостаточно для того, чтобы возлагать на власти полную ответственность за его смерть.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что в данном вопросе по делу требования Статьи 2 Конвенции нарушены не были (принято единогласно).

По поводу соблюдения требований Статьи 2 Конвенции (что касается вопроса о непроведении властями эффективного расследования). Если речь идет о позитивном обязательстве государства гарантировать жизнь лиц, находящихся в местах лишения свободы, устоявшиеся нормы прецедентного права, созданные Европейским Судом, требуют, чтобы в случае смерти заключенного было бы проведено независимое и беспристрастное официальное расследование по факту смерти, которое отвечало бы некоторому минимуму стандартов, касающихся его эффективности. Первоначальная проверка обстоятельств смерти сына заявителя не отвечала минимальному требованию независимости расследования, поскольку орган расследования - начальник исправительного учреждения - представлял орган власти, причастный к событию. Кроме того, проверка не отвечала потребности общественного контроля. Семью даже не поставили в известность об официальном отказе возбудить уголовное дело по факту смерти сына заявителя. Что же касается расследования, проведенного в 2002 году, то оно было проведено только после того, как заявление по настоящему делу было коммуницировано Европейским Судом государству-ответчику, то есть спустя более трех лет после инцидента. Такая существенная задержка является нарушением обязанности властей проявить надлежащие тщание и оперативность. Кроме того, заявитель и остальные члены его семьи были полностью исключены из производства по делу, им не был предоставлен официальный статус потерпевших по делу, и они не получали никакой информации о ходе расследования. Следовательно, в расследовании отсутствовал достаточный элемент общественного контроля, и оно не гарантировало интересы близких родственников погибшего. Хотя власти и предприняли ряд важных мер по установлению обстоятельств смерти сына заявителя, расследование не отвечает важным требованиям оперативности, исключительного тщания, инициативы со стороны властей и общественного контроля, которые вытекают из Статьи 2 Конвенции.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований Статьи 2 Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить заявителю компенсацию в размере восьми тысяч евро в возмещение причиненного ему морального вреда. Суд также вынес решение в пользу заявителя о возмещении судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.


Вопрос о соблюдении права человека на жизнь


По делу обжалуется применение сотрудниками военной полиции огнестрельного оружия при попытке ареста двух бежавших из-под стражи военнослужащих, цыган по происхождению, и ставится вопрос об эффективности проведенного властями по этому факту расследования. По делу допущено нарушение требований Статьи 2 Конвенции.


Начова и другие заявители против Болгарии
[Nachova and оthers - Bulgaria] (N 43577/98, 43579/98)


Постановление от 6 июля 2005 г. [вынесено Большой Палатой]


(Cм. ниже изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте Статьи 14 Конвенции.)


Вопрос о соблюдении права человека на жизнь


По делу обжалуется факт убийства супруга заявительницы лицами, которые были установлены властями, и ставится вопрос об эффективности проведенного властями по этому факту расследования. По делу по разным пунктам жалобы одновременно допущены и не допущены нарушения требований Статьи 2 Конвенции.


Фатьма Качар против Турции
[Fatma KaHar - Turkey] (N 35838/97)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Обстоятельства дела


В 1994 году муж заявительницы был застрелен на улице, когда он вышел из своего дома. По факту убийства было начато расследование: на месте происшествия были собраны доказательства, свидетель происшествия дал показания, и было проведено вскрытие трупа, показавшее, что потерпевший скончался от нескольких пулевых ранений в спину.

В декабре 1998 года в связи с проведением операции против незаконной террористической организации полиция арестовала подозреваемого в совершении данного убийства I.H. Он признал, что совершил убийство вместе с лицом, известным как И., по приказу этой организации. Производство по уголовному делу в отношении I.H. еще продолжалось в суде ассизов* (* Assize Court - так по-английски в тексте изложения Постановления обозначен один из входящих в систему судов общей юрисдикции Турции Основных судов (аслие), действующих в центрах провинций и крупных городах. К этим судам относятся Основной суд по делам об особо тяжких преступлениях, Основной суд по уголовным делам и Основной суд по гражданским и коммерческим делам (прим. перев.).), когда Европейский Суд вынес свое Постановление. Заявительница обратилась в суд с ходатайством о вступлении в процесс в качестве третьей стороны.

В июне 2001 года полиция арестовала еще одного подозреваемого, H.G., который заявил в своих показаниях, что он и его сообщник M.E.G. получили приказ от организации - через посредника, известного как S. - убить мужа заявительницы. Производство по уголовному делу в отношении H.G. еще продолжалось в суде ассизов, когда Европейский Суд вынес свое Постановление.

В октябре 2002 года Суд государственной безопасности приговорил M.E.G. к лишению свободы пожизненно за участие в убийстве и совершение других преступлений. Суд установил, что убийство было совершено H.G. по приказу S., тогда как M.E.G. наблюдал за операцией и осуществлял ее прикрытие.


Вопросы права


По поводу соблюдения требований Статьи 2 Конвенции, что касается вопроса об обстоятельствах смерти мужа заявительницы. Заявительница утверждает, что ее муж стал жертвой внесудебной расправы. Однако любой вывод о том, что ее муж был убит представителями государства или при их участии, базируется больше на предположениях и измышлениях, чем на достоверных доказательствах. По делу не было установлено вне всякого разумного сомнения, что власти Турции несут ответственность за данное убийство.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что в данном вопросе по делу требования Статьи 2 (материально-правовой составляющей) Конвенции нарушены не были (принято единогласно).

По вопросу о предположительной неадекватности расследования. Хотя расследование было начато сразу же после смерти мужа заявительницы, власти Турции не провели его со всей тщательностью. На первой стадии расследования были периоды необъясненного бездействия властей; прокуратура взяла показания только у одного свидетеля; ни члены семьи погибшего, ни их представитель не информировались о ходе расследования; прокуратура сама испытывала трудности при проверке поэтапных результатов дознания, проводившегося полицией; в заключении баллистической экспертизы не указывалось, какой тип оружия был использован при убийстве. Хотя власти начали уголовное расследование в отношении лиц, подозреваемых в совершении убийства, не все подозреваемые были установлены. Другой подозреваемый в совершении убийства в 1994 году, имя которого было сообщено властям его сообщниками, к 2005 году не был еще найден. Производство по уголовному делу, возбужденному в отношении лиц, арестованных в 1998 и 2001 годах, все еще продолжалось в суде первой инстанции спустя несколько лет, в 2005 году, и этому обстоятельству государство-ответчик не дало никаких объяснений.

Следовательно, расследование властями обстоятельств смерти мужа заявительницы нельзя считать эффективным.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований Статьи 2 (процессуальной составляющей) Конвенции (принято шестью голосами "за" и одним голосом "против").

По поводу соблюдения требований Статьи 13 Конвенции. Хотя на властях лежала обязанность провести эффективное расследование обстоятельств смерти мужа заявительницы, расследование, начатое несколько лет назад в отношении участия в совершении убийства различных подозреваемых, все еще не завершено. Следовательно, нельзя считать, что государство провело эффективное уголовное расследование по факту смерти мужа заявительницы.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований Статьи 13 Конвенции (принято шестью голосами "за" и одним голосом "против").


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить заявительнице и ее трем детям компенсацию в размере 10 тысяч евро в возмещение причиненного им морального вреда. Суд также вынес решение в пользу заявительницы о возмещении судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.


Вопрос о соблюдении права человека на жизнь


По делу обжалуется факт противозаконного убийства 17 человек сотрудниками сил безопасности при разгоне демонстрации, и ставится вопрос об эффективности проведенного властями по этому факту расследования. По делу допущено нарушение требований Статьи 2 Конвенции.


Шимшек и другие заявители против Турции
[Simsek and оthers - Turkey] (N 35072/97, 37194/97)


Постановление от 26 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Обстоятельства дела


Заявители являются родственниками 17 человек, которые были убиты во время демонстраций в Стамбуле в 1995 году в районе, где большинство жителей являются членами секты Алеви* (* Алеви (алавиты, кызылбаши) - исламская маргинальная шиитская секта (прим. перев.)). После обстрела нескольких кафе неустановленными лицами жители этого района собрались на улице для выражения протеста против безразличия, проявленного сотрудниками полиции к этому обстрелу. Полиция возвела баррикады на территории района, и в определенный момент сотрудники полиции открыли стрельбу по демонстрантам. Два человека были убиты после того, как сотрудники полиции открыли стрельбу по демонстрантам из-за баррикад; это усилило напряжение в районе событий, и демонстранты выдвинулись в сторону полицейских баррикад. В ходе последующих событий полицейскими были застрелены 15 других человек. Эти события вызвали волну возмущения по всей стране, и в других демонстрациях, организованных после данных событий, были убиты еще другие люди.

Государство-ответчик оспорило версию событий, как она была изложена Европейскому Суду заявителями. Государство-ответчик утверждает, что толпа демонстрантов атаковала транспортные средства полиции и что силы безопасности устно предложили демонстрантам прекратить свои действия и пытались разогнать толпу, используя брандспойты и полицейские дубинки. Государство-ответчик также утверждает, что национальные власти надлежаще провели расследование событий, фигурирующих по делу, и что в соответствии с национальным законодательством родственникам погибших была выплачена компенсация. Прокуратура начала расследование в 1995 году и предъявила обвинение 20 сотрудникам полиции, которые были при исполнении своих обязанностей во время демонстраций.

Суд ассизов вынес свой приговор в 2000 году, установив, что двое сотрудников полиции были виновны в убийстве нескольких человек с применением огнестрельного оружия. Высший кассационный суд отменил обвинительный приговор. В вынесенном позже приговоре Суд ассизов сохранил с некоторыми изменениями меру наказания, назначенного одному из сотрудников полиции, и назначил другому наказание, отсроченное исполнением.


Вопросы права


По поводу соблюдения требований Статьи 2 Конвенции, что касается вопроса о невыполнении государством своей обязанности охранять право человека на жизнь. Притом, что версии событий оспариваются сторонами по делу, Европейский Суд изучил вопросы, являющиеся ключевыми в настоящем деле, в свете представленных ему документов как доказательств. В соответствии с положениями Статьи 2 Конвенции использование сотрудниками полиции смертоносной силы может быть оправдано при определенных обстоятельствах, однако эта статья не предоставляет им полную свободу действий. Хотя демонстранты не вели себя мирно, и полиции пришлось столкнуться с сопротивлением и актами насилия со стороны демонстрантов, сотрудники полиции стреляли в демонстрантов, не прибегнув сначала к средствам, менее опасным для жизни человека, таким как слезоточивый газ, водоструйные пушки или резиновые пули. В ходе инцидентов не действовал принцип, закрепленный в законодательстве Турции, что сотрудники полиции могут прибегать к огнестрельному оружию только в ограниченных случаях. У сотрудников полиции, участвовавших в разгоне демонстрантов, была большая свобода действий, и отсутствовал четкий и централизованный порядок отдачи приказов. При таких обстоятельствах использование силы для разгона демонстрантов, в результате чего погибли 17 человек, превышало порог абсолютно необходимого применения силы в значении положений Статьи 2 Конвенции.

По вопросу об адекватности проведенного властями расследования. Власти Турции инициировали три отдельных расследования, касающиеся инцидентов, но в производстве этих расследований имелись поразительные упущения. В связи с расследованием, проводившимся Судом ассизов и завершившимся вынесением обвинительного приговора в отношении двух сотрудников полиции (причем одному было назначено наказание, отсроченное исполнением), предпринимавшиеся шаги были выжидательными и нерешительными. Дело было возбуждено в 1995 году, но оно передавалось из суда в суд по соображениям безопасности и ввиду проблем с определением подсудности. Более того, ни на какой стадии производства по делу суды не исследовали вопрос об общей ответственности властей за недостатки в проведении операции и за то, что власти не смогли обеспечить пропорциональное применение силы для разгона демонстрантов. Другое расследование все еще проводится. Суммируя сказанное, можно отметить, что власти не провели скорое и адекватное расследование по фактам смерти родственников заявителей. То, каким образом система уголовного правосудия отреагировала на трагические события, показало неспособность государства обеспечить полную подотчетность должностных лиц государства или его органов.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований Статьи 2 Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить совместно родственникам Дилека Шимшека 30 тысяч евро и компенсацию в размере 30 тысяч евро каждому из других заявителей в возмещение причиненного им морального вреда.


Вопрос о соблюдении права человека на жизнь


По делу обжалуется факт невыясненного исчезновения людей после их вызова в управление жандармерии, и ставится вопрос об эффективности проведенного властями по этому факту расследования. По делу допущено нарушение требований Статьи 2 Конвенции.


Таниш и другие заявители против Турции
[Tanis and оthers - Turkey] (N 65899/01)


Постановление от 2 августа 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


Заявители являются родственниками двух руководителей местного отделения одной политической партии, которые пропали без вести в январе 2001 года при обстоятельствах, оспариваемых сторонами по делу. Европейский Суд организовал поездку своей делегации в Турцию для установления фактов на месте. Было выяснено, что до своего исчезновения эти партийные руководители подвергались преследованиям со стороны властей. В день своего исчезновения к ним на улице подошли люди в штатском, которые представились как сотрудники полиции, и приказали им сесть в автомобиль, что они отказались сделать. Одному из этих партийных руководителей затем позвонил на мобильный телефон сотрудник полиции, вызвавший его на беседу с начальником в районное управление жандармерии. Национальные власти издали распоряжение о сохранении в тайне личности сотрудника жандармерии, позвонившего по телефону. В тот же день двух пропавших видели входящими в здание управления жандармерии. Хотя государство-ответчик утверждает, что они покинули здание жандармерии полчаса спустя после прибытия, не установлено со всей определенностью, покинули ли они здание по собственной воле или были задержаны впоследствии. С того времени их семьи, друзья и коллеги не имели никаких вестей от этих двух человек. Информация, полученная после их исчезновения, согласно которой они были живы и находились в Ираке или что они были убиты из мести, не получила подтверждения.

По заявлению родственников пропавших было начато уголовное расследование. Заявители продолжали утверждать, что их пропавшие родственники до своего исчезновения подвергались запугиванию и угрозам со стороны начальника жандармерии, и заявители опасались за их жизнь. Судья наложил ограничения на доступ к материалам следственного дела. Расследование завершилось вынесением постановления о прекращении дела ввиду отсутствия оснований для привлечения кого-либо к уголовной ответственности. Заявители обжаловали это постановление. Суд государственной безопасности отметил, что в проведенном расследовании имелись недостатки, но дополнительного расследования назначено не было.

Заявители утверждают в своих представлениях в Европейский Суд, что их родственники стали жертвами внесудебной расправы в период заключения под стражу в жандармерии, но факт этой расправы власти не признают. Европейский Суд тщетно просил государство-ответчик представить ему копию материалов следственного дела, содержащих информацию, которая была закрыта по причине секретности после соответствующего решения национальных судебных властей.


Вопросы права


По поводу оценки доказательств с целью установления фактов по делу. Делегация судей Европейского Суда посетила Анкару с целью установления фактов по делу. Однако два важных свидетеля, которые были вызваны делегацией, для дачи показаний не явились, а информацию в материалах следственного дела власти продолжали держать закрытой. По мнению Европейского Суда, в тех случаях, когда - как в настоящем деле - только государство-ответчик имеет доступ к информации, и только оно несет ответственность за обеспечение явки свидетелей, способных подтвердить или опровергнуть утверждения заявителей, любое невыполнение какого-либо требуемого действия со стороны государства-ответчика без удовлетворительного тому объяснения может дать основания для того, чтобы сделать соответствующие выводы относительно действительной обоснованности утверждений заявителей.

Более того, в тех случаях, когда - хотя и не было доказано, что лицо было заключено властями под стражу в полиции - было установлено, что лицо было официально вызвано военными или полицейскими властями и вошло в помещение, находящееся под контролем военных или полиции, и после этого лицо пропало, на государстве-ответчике лежит обязанность представить Европейскому Суду правдоподобное и убедительное объяснение по поводу того, что произошло в таком помещении, и продемонстрировать Суду, что такое лицо не было заключено властями под стражу, но покинуло помещение без последующего лишения его свободы. В отсутствие такового объяснения Европейский Суд вправе исследовать вопрос, не имело ли место нарушение не только Статьи 5 Конвенции, но и - при определенных обстоятельствах - Статьи 2 Конвенции.

По поводу соблюдения требований подпункта "a" пункта 1 Статьи 38 Конвенции. Государство-ответчик не действовало с надлежащим тщанием и не удовлетворило запросы Европейского Суда о предоставлении доказательств, которые Суд считал необходимыми для того, чтобы иметь возможность рассмотреть жалобу, а именно: материалы следственного дела, содержащие информацию, которая была закрыта по причине секретности по ходатайству прокуратуры. Европейский Суд также не смог заслушать показания начальника жандармерии или лица, звонившего по телефону непосредственно перед исчезновением родственников заявителей, и имя которого не было сообщено Суду. Эти факты противоречат обязательствам государства, вытекающим из положений подпункта "a" пункта 1 Статьи 38 Конвенции.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу государство-ответчик не выполнило требования Статьи 38 Конвенции (принято единогласно).

По поводу соблюдения требований Статьи 2 Конвенции, что касается вопроса об исчезновении людей. Решающим фактором по делу является то, что два человека пошли в управление жандармерии после телефонного звонка от сотрудника жандармерии (личность которого прокурором была установлена), и после этого их не видели. Имеются достаточные убедительные доказательства того, что пропавшим родственникам заявителей ввиду их политической деятельности угрожали руководящие чины жандармерии; имеются также заслуживающие доверия свидетельские показания, описывающие попытку похищения людей в день исчезновения родственников заявителей. С учетом обстоятельств, при которых исчезли эти люди, а ткаже того факта, что их участь остается неизвестной четыре года спустя после исчезновения, и того факта, что расследование пренебрегло определенными аспектами случившегося и основывалось на предвзятых предположениях, и в отсутствие надлежаще проведенного расследования и правдоподобного объяснения случившемуся со стороны властей Европейский Суд придерживается того мнения, что исчезновение родственников заявителей влечет за собой ответственность государства.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований Статьи 2 Конвенции (принято единогласно).

По вопросу о характере расследования. Расследование по факту исчезновения родственников заявителей было неадекватным.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований Статьи 2 Конвенции (принято единогласно).

По поводу соблюдения требований Статьи 5 Конвенции. Такое необъясненное исчезновение людей представляет собой особо тяжкое нарушение права человека на свободу и личную неприкосновенность.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований Статьи 5 Конвенции (принято единогласно).

По поводу соблюдения требований Статьи 3 Конвенции. Чувство тревоги, испытываемое заявителями (отцом, братом и супругами пропавших без вести), подтверждается теми многочисленными шагами, которые они предприняли с тем, чтобы узнать, что случилось с их родственниками. Однако медлительность и неэффективность расследования и решение отнести определенные документы в материалах следственного дела к категории секретных закрыли им доступ к документам в материалах дела и не дали им возможности участвовать в производстве по делу. Отметив, что душевные страдания заявителей не были облегчены, Европейский Суд считает, что исчезновение родственников заявителей приравнивается к бесчеловечному и унижающему достоинство человека обращению в нарушение требований Статьи 3 Конвенции, что касается самих заявителей.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований Статьи 3 Конвенции (принято единогласно).

По поводу соблюдения требований Статьи 13 Конвенции. Власти не провели эффективное расследование по факту исчезновения родственников заявителей.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований Статьи 13 Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить супруге одного из исчезнувших и супруге другого определенные суммы в возмещение потери доходов. Суд присудил выплатить заявителям определенные суммы компенсации в возмещение причиненного им морального вреда, а также вынес решение в пользу заявителей о возмещении судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.


По жалобам о нарушениях Статьи 3 Конвенции


Вопрос о соблюдении запрета на бесчеловечное или унижающее достоинство человека обращение


По делу обжалуется заключение лица, подозревавшегося в торговле наркотиками, под стражу в одиночной камере; у этого лица, позже признанного невиновным, после водворения в одиночную камеру развилось психическое заболевание. По делу требования Статьи 3 Конвенции нарушены не были.


Рогде против Дании
[Rohde - Denmark] (N 69332/01)


Постановление от 30 июня 2005 г. [вынесено I Секцией]


Обстоятельства дела


Заявитель был арестован, и ему предъявили обвинение в торговле наркотиками в связи с ввозом партии плодов папайи, в которой было обнаружено 5,684 килограмма кокаина. 14 декабря 1994 г. городской суд вынес постановление об избрании в отношении заявителя меры пресечения в виде заключения под стражу в одиночной камере. Срок действия меры пресечения продлевался несколько раз ввиду отсутствия разумных объяснений причастности заявителя к ввозу наркотиков. Заключение под стражу в одиночной камере было отменено 28 ноября 1995 г., когда заявитель подтвердил, что он участвовал в операциях по ввозу фруктов, но полагал: маскируемая фруктами контрабанда имела отношение к бриллиантам. После этого заявителя содержали в заключении в обычных условиях до 14 мая 1996 г., когда вышестоящий суд, заседавший как суд присяжных, оправдал заявителя по обвинению в совершении преступлений, связанных с наркотиками. Впоследствии заявитель возбудил в суде исковое производство с требованием выплаты компенсации. Во время рассмотрения дела по иску заявителя суду были представлены медицинские заключения, из которых следовало, что у заявителя не было никаких признаков психического заболевания до его заключения под стражу, но в момент проведения медицинского обследования, то есть в конце 1997 года, чувство реальности у заявителя было утрачено в такой степени, что его можно было охарактеризовать как психопатическую личность, страдающую, по всей вероятности, параноидальным психозом. Кроме того, принимая во внимание особые черты характера заявителя и его психическую уязвимость, врачи установили, что, по всей вероятности, вспышка и развитие его болезни увязаны с тем фактом, что он на длительное время был водворен в одиночную камеру.

Окончательным постановлением от 5 сентября 2000 г. Верховный суд Дании присудил заявителю компенсацию в размере 1 109 600 датских крон в возмещение причиненного ему в связи с инвалидностью и утратой трудоспособности материального ущерба. Требования заявителя о выплате компенсации за причиненный ему моральный вред были отвергнуты, поскольку Верховный суд установил, что заявитель сам в значительной мере способствовал тому, чтобы применялась избранная в его отношении мера пресечения, в особенности тем, что он несколько раз менял свои объяснения по делу и активно препятствовал расследованию по версии о контрабанде наркотиков, выдвигая "версию прикрытия". Кроме того, Верховный суд установил, что не имелось оснований предполагать, что с заявителем не обращались надлежащим образом в период предварительного заключения под стражу и что, соответственно, в деле не были обнаружены признаки нарушения требований Статьи 3 Конвенции.


Вопросы права


По поводу соблюдения требований Статьи 3 Конвенции, что касается вопроса, не было ли чрезмерно длительным содержание заявителя в одиночном заключении. Европейский Суд вновь подтверждает свою позицию, заключающуюся в том, что одиночное заключение лица само по себе не является нарушением требований Статьи 3 Конвенции. Хотя длительное отлучение человека от общения с другими людьми является нежелательным, вопрос о том, подпадает ли водворение в одиночную камеру под действие положений Статьи 3 Конвенции, зависит, среди прочего, от конкретных условий, строгости, продолжительности и последствий применения этой меры в отношении конкретного лица. Кроме того, Европейский Суд отмечает, что в недавних докладах Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания, касающихся положения в Дании, одиночное заключение фигурирует как бросающийся в глаза вопрос в продолжающемся диалоге между этим комитетом и властями Дании. Европейский комитет по предупреждению пыток подчеркивал, что все формы одиночного заключения, применяемые без соответствующей психологической или физической стимуляции заключенного, могут в долгосрочном плане иметь разрушительные для личности последствия, выражающиеся в ухудшении умственных способностей и навыков общения с людьми.

В настоящем деле продолжительность одиночного заключения заявителя составила 11 месяцев и 14 дней. Хотя такая продолжительность может стать предметом озабоченности, давая свою оценку обстоятельствам дела, Европейский Суд принял во внимание условия содержания заявителя и степень его изоляции от людей. Он содержался в камере размером около восьми квадратных метров, где был телевизор, и ему был обеспечен доступ к газетам. Хотя ему было запрещено общение с другими заключенными, у заявителя были регулярные контакты с сотрудниками тюрьмы, ему давались еженедельные уроки языка, и его посещал тюремный священник. Его регулярно навещали врачи, медсестры и психотерапевты; у него также были свидания с членами семьи и друзьями под наблюдением сотрудников тюрьмы. В этих обстоятельствах Европейский Суд установил, что период одиночного заключения нельзя приравнивать к обращению с человеком в нарушение требований Статьи 3 Конвенции.

По вопросу о том, осуществлялось ли эффективное медицинское наблюдение за психическим здоровьем заявителя. Европейский Суд отмечает, что как раз в день своего ареста заявитель выразил намерение совершить самоубийство. Кроме того, в середине января 1995 года он объявил голодовку, в ходе которой он каждый день наблюдался врачами и один раз его обследовал врач-психиатр. На основании представленных медицинских записей Европейский Суд считает установленным, что заявителя регулярно посещали медицинские работники и что они быстро реагировали и усиливали свое наблюдение над заявителем в тех случаях, когда у него проявлялись перемены в настроении или поведении. Кроме того, Европейский Суд напоминает о показаниях главного консультанта тюрем г. Копенгагена, которые он дал в судах страны, и в которых подчеркивалось, что никто из высококвалифицированных и хорошо подготовленных врачей и медсестер, наблюдавших заявителя, не заметил никаких признаков психических расстройств у заявителя. Следовательно, Европейский Суд не может разделить точку зрения заявителя, что проводившееся за ним медицинское наблюдение не было как таковое адекватным и достаточным. Надо сказать, что врач-психолог или врач-психиатр не обследовал заявителя автоматически или на регулярной основе, однако такая общая обязанность не может быть возложена на власти. Наконец, что касается показаний матери, двоюродного брата заявителя, тюремного священника и учителя о том, что поведение заявителя в период одиночного заключения должно было бы подвигнуть власти на то, чтобы обеспечить его более специализированным медицинским наблюдением, следует заметить: никто из этих свидетелей не высказал свою озабоченность по этому вопросу судам или администрации тюрьмы, а это было бы вполне уместно. В этих обстоятельствах Европейский Суд пришел к заключению, что у заявителя не было недостаточного медицинского наблюдения.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу требования Статьи 3 Конвенции нарушены не были (принято четырьмя голосами "за" и тремя голосами "против").


Вопрос о соблюдении запрета на бесчеловечное или унижающее достоинство человека обращение


По делу обжалуются условия жизни и дискриминация в отношении жителей деревни цыганского происхождения после того, как был убит один их этих цыган и были разрушены их дома. По делу допущено нарушение требований Статьи 3 Конвенции.


Молдован и другие заявители против Румынии (N 2)
[Moldovan and оthers - Romania (N 2)] (N 41138/98, 64320/01)


Постановление от 12 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


(Cм. ниже изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте Статьи 14 Конвенции.)


Вопрос о соблюдении запрета на бесчеловечное или унижающее достоинство человека обращение


По делу обжалуется причинение психологических страданий членам семей исчезнувших лиц. По делу допущено нарушение требований Статьи 3 Конвенции.


Таниш и другие заявители против Турции
[Tanis and оthers - Turkey] (N 65899/01)


Постановление от 2 августа 2005 г. [вынесено IV Секцией]


(Cм. выше изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте Статьи 2 Конвенции.)


Вопрос о правомерности высылки из страны гражданина иностранного государства


По делу обжалуется предстоящая высылка в Эритрею лица, предположительно совершившего дезертирство из армии. По делу допущено нарушение требований Статьи 3 Конвенции.


Саид против Нидерландов
[Said - Netherlands] (N 2345/02)


Постановление от 5 июня 2005 г. [вынесено II Секцией (в прежнем составе)]


Обстоятельства дела


Заявитель - гражданин Эритреи, который прибыл на территорию государства-ответчика в мае 2001 года и обратился к властям с прошением о предоставлении убежища; он утверждал, что во время войны между Эритреей и Эфиопией он служил в армии. Хотя эта война закончилась в июне 2000 года, демобилизация войск была проведена значительно позже, так как власти Эритреи опасались новых военных вылазок со стороны Эфиопии.

В августе 2000 года было проведено собрание батальона, в котором проходил службу заявитель, во время которого командиры сказали солдатам, что те воевали плохо. Заявитель на собрании высказал критику в адрес военачальников, указав, что командиры заставляли продолжать боевые действия солдат, которые были голодны, усталы и мучились жаждой, что и привело к боевым потерям. Он сказал, что его подразделение должно быть заменено или укреплено. Другие солдаты поддержали его, и на собрании вспыхнул спор. В декабре 2000 года заявителя обвинили в подстрекательстве солдат, приказали сдать оружие и заключили под стражу в подземной камере, где его содержали почти пять месяцев без проведения допросов, предъявления обвинения или доставки в военный трибунал.

В апреле 2001 года его посадили в джип с вооруженными водителем и охранником. На него не надевали наручники и не связывали. Во время поездки на джипе эта группа проезжала мимо военного транспортного средства, попавшего в аварию. Водитель и охранник покинули джип, чтобы оказать возможную помощь. Заявителя оставили в автомобиле, и он сбежал. Ему удалось добраться до Судана и проездом через разные страны он оказался в Нидерландах.

В мае 2001 года заместитель министра юстиции Нидерландов, прибегнув к ускоренной процедуре рассмотрения заявлений, отклонил прошение заявителя о предоставлении убежища. Оценка показаний заявителя как неправдоподобных была вызвана тем, что он не представил каких-либо документов, подтверждающих его личность, его гражданство и маршрут, которым он следовал в Нидерланды. Заместитель министра юстиции также счел, что изложение заявителем обстоятельств своего побега неправдоподобно. Заявитель безуспешно обжаловал решение заместителя министра юстиции в суды.


Вопросы права


По поводу соблюдения требований Статьи 3 Конвенции. Показания заявителя являются непротиворечивыми, и он предоставил информацию, опровергающую утверждения государства-ответчика, что его версия событий выглядит неправдоподобно. Хотя представленные материалы имеют общий характер, трудно вообразить, представления каких дополнительных доказательств можно было бы разумно ожидать от заявителя в подтверждение своей версии событий. Тот факт, что он обратился с прошением о предоставлении ему убежища в Нидерландах в мае 2001 года, то есть за год до того, как началась демобилизация армии Эритреи, является веским признаком того, что он дезертировал из армии. Хотя война между Эфиопией и Эритреей закончилась в июне 2000 года, согласно имеющейся информации власти Эритреи не стали проводить быструю демобилизацию своих вооруженных сил и хотели держать свою армию в полной боевой готовности. C учетом общих обстоятельств трудно представить, каким иным образом, кроме дезертирства, заявитель мог бы уйти из армии. Даже притом, что его изложение обстоятельств побега могло бы показаться несколько причудливым, Европейский Суд счел, что оно в целом не подрывает достоверность утверждения заявителя, что он является дезертиром.

Что касается вопроса о том, что в случае возвращения в Эритрею он подвергается риску жестокого обращения, Европейский Суд отмечает наличие докладов различных стран, описывающих такое обращение с дезертирами в Эритрее, которое образует бесчеловечное обращение. Заявитель утверждает, что он уже был арестован и заключен под стражу военными властями Эритреи за то, что выступил с критикой командования на собрании батальона. C учетом общих обстоятельств Европейскому Суду были продемонстрированы существенные основания полагать, что заявителю, если его вышлют в настоящее время из Нидерландов, ему грозит реальная опасность быть подвергнутым обращению или наказанию в нарушение требований Статьи 3 Конвенции.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу допущено нарушение требований Статьи 3 Конвенции (принято единогласно).


Вопрос о правомерности высылки из страны гражданина иностранного государства


По делу обжалуется предстоящая высылка в Демократическую Республику Конго лица, предположительно сотрудничавшего с бывшим президентом этой страны Мобуту. По делу допущено нарушение требований Статьи 3 Конвенции.


N. против Финляндии
[N. - Finland] (N 38885/02)


Постановление от 26 июля 2005 г. [вынесено IV Секцией (в прежнем составе)]


Обстоятельства дела


Заявитель прибыл в Финляндию в 1998 году и немедленно обратился к властям с прошением о предоставлении убежища, указав, что он покинул Демократическую Республику Конго (далее - ДРК) в мае 1997 года, когда повстанческие силы во главе с Лораном-Дезире Кабилой захватили власть, свергнув президента Мобуту. Заявитель утверждает, что его жизни угрожает опасность в ДРК в связи с тем, что он принадлежал к узкому кругу приближенных президента Мобуту, будучи сотрудником охранного подразделения президента - особого президентского дивизиона [Division SpJciale PrJsidentielle], квартировавшего на территории резиденции президента.

В 2001 году Управление по делам иммиграции Финляндии отдало распоряжение о высылке заявителя из страны, признав его рассказ об обстоятельствах жизни неправдоподобным и приняв во внимание тот факт, что он не подтвердил данные о своей личности. Насколько было известно Управлению по делам иммиграции, только те высокопоставленные должностные лица правительства Мобуту, которые злоупотребляли властью, подвергались риску уголовного преследования при режиме Кабилы. Этот режим, однако, на самом деле вполне благосклонно относился к должностным лицам, работавшим на Мобуту, и многие такие должностные лица высокого ранга уже вернулись в страну. Режим в ДРК сменился вновь в 2001 году в результате очередного государственного переворота, после которого общая ситуация в стране изменилась к лучшему.

В 2002 году Административный суд отклонил жалобу заявителя на распоряжение о высылке, заметив, что среди прочего он под иными именами фигурировал в Нидерландах в 1993 году как ходатайствующий о предоставлении убежища; Административный суд поэтому не был до конца уверен в правдивости предоставляемой им информации. В 2003 году Верховный административный суд отклонил дальнейшую жалобу заявителя, отметив, что подлинные данные о его личности и этнической принадлежности остаются неясными, что снижает правдивость его версии биографии, включая данные о его местонахождении в период между высылкой из Нидерландов в 1995 году и прибытием в Финляндию в 1998 году.

Другое лицо, ходатайствующее о предоставлении убежища, K.K., прибыло из ДРК в Финляндию в 2002 году. Эта женщина утверждала, что была военнослужащей особого президентского дивизиона, и ее арестовали после убийства президента Лорана-Дезире Кабилы в 2001 году. В 2004 году Административный суд оставил в силе первоначальный отказ в предоставлении ей убежища, но дал указание Управлению по делам иммиграции выдать ей вид на жительство. В письме, направленном в Европейский Суд в 2003 году, K.K. подтвердила в поддержку позиции заявителя, что он был офицером, занимавшимся в особом президентском дивизионе вопросами безопасности.


Вопросы права


По поводу соблюдения требований Статьи 3 Конвенции. Для того чтобы оценить правдивость заявителя два представителя Европейского Суда взяли устные показания у самого заявителя, у его гражданской жены, у K.K. и у старшего должностного лица Управления по делам иммиграции. С учетом общего впечатления, сложившегося у делегатов Суда, Европейский Суд считает, что K.K. является надежной свидетельницей, показания которой недвусмысленно поддерживают собственные объяснения заявителя относительно его службы в особом президентском дивизионе и его принадлежности к узкому кругу приближенных президента Мобуту. Сохраняя сомнения относительно достоверности некоторых показаний заявителя, Европейский Суд установил, что его объяснения по поводу его прошлой жизни в ДРК в целом должны считаться достаточно последовательными и достойными доверия. В частности, хотя заявитель не имел старшего воинского звания, он мог считаться принадлежащим к узкому кругу приближенных президента Мобуту и командира особого президентского дивизиона и принимавшим участие - в качестве должностного лица дивизиона - в различных мероприятиях, в ходе которых диссиденты, рассматривавшиеся как угроза президенту Мобуту, намечались для политического преследования, заключения под стражу и возможной казни. Финские власти и суды, находя объяснения заявителя в целом недостоверными, похоже, не исключали возможность того, что он действительно мог работать в особом президентском дивизионе. Финские власти не имелиникакой возможности заслушать показания K.K. Поэтому нельзя утверждать, что позиция Европейского Суда противоречит в каком-либо отношении выводам финских судов. Нет и никаких признаков того, что первоначальное интервью по поводу прошения о предоставлении убежища было так или иначе поспешным или иным образом проведено поверхностно.

Что же касается предположительной опасности подвергнуться обращению в нарушение требований Статьи 3 Конвенции в случае возвращения в ДРК, то Европейский Суд отмечает: поскольку заявитель выехал из ДРК восемь лет назад, нельзя исключать того, что интерес нынешних властей ДРК к взятию под стражу заявителя и возможному с ним жестокому обращению в связи с его прошлой деятельностью в особом охранном подразделении президента Мобуту мог ослабнуть с течением времени, принимая во внимание и государственный переворот в 2001 году. В то время как согласно его собственным объяснениям у заявителя не было прямых контактов с президентом Мобуту, и у заявителя не было старшего воинского звания на момент, когда он был вынужден покинуть страну, в докладе Верховного комиссара ООН по делам беженцев и других докладах указывалось в отношении бывших военнослужащих, что факторы иные, чем воинское звание - такие как этническая принадлежность военнослужащего или связи с влиятельными лицами - могли иметь важное значение при оценке риска, которому покинувшее ДРК лицо подвергается, если оно возвращается в страну.

Тем не менее главное, что надо учесть, - это специфическая деятельность заявителя в качестве лазутчика и осведомителя особого охранного подразделения президента Мобуту, отчитывавшегося непосредственно перед самыми высокопоставленными офицерами из непосредственного окружения бывшего президента. Опасность жестокого обращения, которая ему грозит в случае возвращения в ДРК в данный момент времени, необязательно может исходить от нынешних властей страны, но от родственников-диссидентов, которые могут желать отомстить заявителю за его прошлую деятельность на службе президенту Мобуту. В конкретных обстоятельствах есть основание полагать, что положение заявителя может оказаться хуже, чем у большинства других бывших сторонников Мобуту, и необязательно, что власти ДРК смогут или пожелают защитить заявителя от упомянутых угроз. Его дело поэтому отличается от схожих дел других заявители (см. Постановления Европейского Суда по делу "Вилвараджа и другие заявители против Соединенного Королевства" [Vilvarajah and оthers v. United Kingdom] (Series A, N 215)* (* Постановление по данному делу было вынесено Европейским Судом 30 октября 1991 г. (прим. перев.).) и по делу "H.L.R. против Франции" [H.L.R. v. France]* (* Постановление по данному делу было вынесено Европейским Судом 27 апреля 1997 г. (прим. перев.).) (Сборник Постановлений и Решений Европейского Суда по правам человека, 1997 III). Соответственно, исполнение распоряжения о высылке заявителя из Финляндии нарушило бы требования Статьи 3 Конвенции на протяжении такого времени, в течение которого сохраняется риск, что его могут подвергнуть жестокому обращению.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу допущено нарушение требований Статьи 3 Конвенции (принято шестью голосами "за" и одним голосом "против").


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд счел, что установление того факта, что высылка заявителя в Демократическую Республику Конго в такое время является нарушением требований Статьи 3 Конвенции, само по себе является достаточной справедливой компенсацией любого причиненного заявителю морального вреда.


Вопрос о правомерности высылки из страны гражданина иностранного государства


По делу обжалуется высылка в Уганду заявительницы, подавшей прошение о предоставлении убежища, которая заражена вирусом иммунодефицита человека и которая в настоящее время в Соединенном Королевстве проходит курс лечения от этого заболевания. Жалоба коммуницирована властям государства-ответчика.


N. против Соединенного Королевства
[N. - United Kingdom] (N 26565/05)


[Решение о коммуницировании жалобы вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


Заявительница, гражданка Уганды, прибыла в Соединенное Королевство в 1998 году. Она тяжело заболела и была госпитализирована. Несколько месяцев спустя после госпитализации ей был поставлен диагноз: страдает двумя заболеваниями, вызванными СПИДом, и она была заражена быстро прогрессирующей ВИЧ-инфекцией. В медицинском отчете указывалось, что "без активного лечения прогноз состояния ее здоровья пугающий, и что ее жизнь не продлится больше 12 месяцев, если заставить ее вернуться в Уганду, где у нее нет перспективы получить адекватное лечение". Ее прошение о предоставлении убежища в стране было отклонено; основаниями для отказа стали оценка представленных ей данных как не вполне достоверных и тот факт, что лечение СПИДа обеспечивается в Уганде, где основные медицинские препараты для лечения этого заболевания доступны по ценам, субсидируемым государством.

Третейский судья отклонил жалобу заявительницы на отказ в предоставлении убежища, но удовлетворил жалобу на основании положений Статьи 3 Конвенции, установив, что ее случай подпадал под действие этих положений, поскольку это был тот случай, когда разрешение остаться в Соединенном Королевстве, выдаваемое в исключительном порядке, было оправдано наличием "достоверных медицинских доказательств того, что возвращение на родину сократило бы срок жизни заявителя и причинило бы ему (или ей) тяжкие физические и моральные страдания в связи с недостаточным уровнем медицинского обслуживания в соответствующей стране". Министр внутренних дел обжаловал данное решение, и в последующих судебных решениях был сделан вывод, что высылка заявительницы из страны не противоречила бы требованиям Статьи 3 Конвенции. Палата лордов* (* Верхняя палата парламента Соединенного Королевства, Палата лордов, выступает также в качестве высшей апелляционной судебной инстанции страны (прим. перев.).), исходя из норм прецедентного права Европейского Суда, установила, что критерий наличия исключительных обстоятельства, требуемого в соответствии cо Статьей 3 Конвенции, по делу не был соблюден, поскольку состояние здоровья заявительницы не достигло такой критической стадии, когда появляются неопровержимые гуманитарные основания для ее невысылки из страны. По делу было применено Правило 39 Регламента Европейского Суда* (* В соответствии с Правилом 39 Регламента Европейского Суда по прошению стороны в деле или любого другого заинтересованного лица либо по своей инициативе Европейский Суд вправе указать сторонам на предварительные меры, которые следует предпринять в интересах сторон или надлежащего порядка производства по делу (главным образом - по воздержанию от выполнения обжалуемых действий государства). Уведомление о таких мерах направляется Комитету Министров, и Европейский Суд вправе запросить у сторон информацию по любому вопросу, связанному с выполнением предложенной предварительной меры (прим. перев.).).


Процессуальное действие


Жалоба коммуницирована государству-ответчику в отношении Статьи 3 Конвенции.


По жалобам о нарушениях Статьи 4 Конвенции


Вопрос о соблюдении государством своих позитивных обязательств по Статье 4 Конвенции


По делу обжалуется положение заявительницы, которая содержалась в нанявшей ее семье в подневольном состоянии. По делу допущено нарушение требований Статьи 4 Конвенции.


Силиаден против Франции
[Siliadin - France] (N 73316/01)


Постановление от 26 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Обстоятельства дела


Заявительница - гражданка Республики Того, которая была моложе 16 лет, когда ее привез во Францию родственник ее отца. Ее вынудили работать в качестве домашней прислуги без оплаты труда. Как безденежного незаконного иммигранта во Франции, паспорт которого был изъят, ее заставили работать на г-на и г-жу В. против ее воли и без предоставления времени отдыха, выполняя работу по дому и присматривая за их тремя, а позже и четырьмя детьми. Заявительница работала с 7 часов утра и до 10 часов вечера каждый день и вынуждена была спать в спальной комнате детей. Эксплуатация продолжалась несколько лет, в течение которых г-н и г-жа В. внушали заявительнице, что ее иммиграционный статус будет быстро урегулирован. Сосед этих супругов привлек внимание комитета против современного рабства к положению заявительницы, и комитет в итоге подал заявление в прокуратуру относительно данной ситуации. Против супругов было возбуждено уголовное дело, но их оправдали, что касается уголовных обвинений. Рассмотрение дела было продолжено в отношении его гражданско-правовых аспектов, и была установлена вина супругов. Решением суда им была назначена выплата компенсации за причиненный заявительнице моральный вред в связи с использованием незащищенности и зависимого положения заявительницы тем, что заставляли ее работать без оплаты труда.


Вопросы права


По поводу соблюдения требований Статьи 4 Конвенции. Статья 4 Конвенции налагает на государства - участники Конвенции позитивные обязательства, состоящие в том, что государства должны принять и эффективно применять на практике положения уголовного законодательства, устанавливающие уголовную ответственность за деяния, запрещенные Статьей 4 Конвенции. В соответствии с современными стандартами и тенденциями, касающимися защиты людей от рабства, подневольного состояния и принудительного или обязательного труда, на государствах лежит обязанность объявлять уголовно наказуемым и наказывать любой акт, направленный на содержание какого-либо лица в положении, противоречащем Статье 4 Конвенции.

В настоящем деле заявительница годами работала на г-на и г-жу В. без предоставления времени отдыха, против ее воли и без оплаты труда. В период времени, фигурирующий по делу, она была несовершеннолетней, незаконно пребывающей на территории иностранного государства и испытывающей чувство страха, что ее арестует полиция. Действительно, г-н и г-жа В. поддерживали в ней это чувство страха и внушали ей, что ее иммиграционный статус будет урегулирован. Поэтому можно считать, что заявительницу, по крайне мере, привлекали к принудительному труду в том значении, которое придается этому понятию Статьей 4 Конвенции. Европейский Суд затем должен определить, не содержалась ли заявительница в рабстве или подневольном состоянии в том значении, которое придается этим понятиям Статьей 4 Конвенции.

Что касается вопроса о рабстве, то следует заметить: хотя заявительница была лишена своей личной независимости, имеющиеся доказательства не указывают на то, что она содержалась в рабстве в буквальном смысле, иными словами, что г-н и г-жа В. осуществляли в ее отношении реальное право собственности, низведя тем самым ее статус до вещи. Соответственно, нельзя считать, что заявительница содержалась в рабстве в традиционном смысле этого понятия. Что же касается вопроса о подневольном состоянии, то таковым следует считать обязанность предоставлять услуги под принуждением, и это понятие надлежит увязывать с понятием рабства. Принудительный труд, навязанный заявительнице (смотри выше), длился 15 часов в день, семь дней в неделю. Привезенная во Францию родственником отца, она сама не выбирала, работать ли на г-на и г-жу В. Как несовершеннолетняя, она не имела денежных средств, была уязвима и изолирована от людей; у нее не было никаких средств к существованию, кроме того, что ей предоставлялось в доме г-на и г-жи В., где она спала в одной спальне с их детьми. Заявительница была полностью во власти г-на и г-жи В., поскольку они отобрали ее документы, и ей обещали, что ее иммиграционный статус будет урегулирован, но этого не произошло. Не было у заявительницы, которая боялась, что ее арестует полиция, и свободы передвижения и свободного времени. Кроме того, поскольку ее не послали учиться в школу, вопреки обещаниям, сделанным ее отцу, у заявительницы не было перспективы улучшения ее ситуации, и она полностью зависела от г-на и г-жи В. В этих обстоятельствах Европейский Суд считает, что заявительница, несовершеннолетняя в период времени, фигурирующий по делу, содержалась в подневольном состоянии в том значении, которое придается этому понятию Статьей 4 Конвенции.

Рабство и подневольное состояние как таковые не относятся к уголовно наказуемым деяниям согласно французскому уголовному законодательству. Г-н и г-жа В. были привлечены к уголовной ответственности по статьям Уголовного кодекса, которые не содержат конкретных ссылок на права, гарантируемые Статьей 4 Конвенции. Будучи оправданными по уголовному делу, они не были признаны виновными в соответствии с нормами уголовного законодательства. Поэтому несмотря на то, что заявительницу подвергли обращению в нарушение требований Статьи 4 Конвенции и содержали в подневольном состоянии, заявительнице не довелось увидеть тех, кто совершил эти деяния, осужденными в соответствии с нормами уголовного законодательства. В данных обстоятельствах Европейский Суд считает, что уголовное законодательство, действовавшее в период времени, фигурирующий по делу, не предоставило заявительнице конкретную и эффективную защиту от действий, жертвой которых она стала. Следовательно, французское государство не выполнило свои позитивные обязательства по Статье 4 Конвенции.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу допущено нарушение требований Статьи 4 Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить заявительнице сумму, которую она попросила в возмещение судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.


По жалобе о нарушении пункта 1 Статьи 4 Конвенции


Вопрос о соблюдении запрета на содержание человека в подневольном состоянии


По делу обжалуется то обстоятельство, что несовершеннолетнюю поставили против ее воли в зависимое положение, при котором она была вынуждена работать без предоставления ей времени отдыха и без выплаты зарплаты. По делу допущено нарушение требований пункта 1 Статьи 4 Конвенции.


Силиаден против Франции
[Siliadin - France] (N 73316/01)


Постановление от 26 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


(См. выше.)


По жалобе о нарушении пункта 2 Статьи 4 Конвенции


Вопрос о соблюдении запрета на привлечение человека к принудительному труду


По делу обжалуется положение несовершеннолетней иностранки, не имеющей вида на жительство, которую принудили работать против ее воли. По делу допущено нарушение требований пункта 2 Статьи 4 Конвенции.


Силиаден против Франции
[Siliadin - France] (N 73316/01)


Постановление от 26 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


(См. выше в данном разделе.)


По жалобам о нарушениях Статьи 5 Конвенции


По жалобе о нарушении пункта 1 Статьи 5 Конвенции


Вопрос о соблюдении права человека на личную неприкосновенность


По делу обжалуется факт невыясненного исчезновения людей после того, как их видели в последний раз входящими в здание управления жандармерии. По делу допущено нарушение требований пункта 1 Статьи 5 Конвенции.


Таниш и другие заявители против Турции
[Tanis and оthers - Turkey] (N 65899/01)


Постановление от 2 августа 2005 г. [вынесено IV Секцией]


(См. выше изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте Статьи 2 Конвенции.)


По жалобам о нарушениях Статьи 6 Конвенции


По жалобам о нарушениях пункта 1 Статьи 6 [гражданско-процессуальный аспект] Конвенции


Вопрос о правах и обязанностях гражданско-правового характера


По делу обжалуется запрет властей осуществлять промысел рыбы в водном бассейне, находящемся в собственности заявителей, притом, что государство утверждает, что это право собственности не наделяет заявителей правом промысла определенного биологического вида рыб. Положения пункта 1 Статьи 6 Конвенции к делу применимы.


Алатулккила и другие заявители против Финляндии
[Alatulkkila and оthers - Finland] (N 33538/96)


Постановление от 28 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


(См. ниже в данном разделе.)


Вопрос о соблюдении права человека на доступ к правосудию


Отказ коллегии адвокатов принять во внимание инструкции кассационного суда, изданные в связи с рассмотрением кассационной жалобы с заявлением о прекращении дела. По делу допущено нарушение требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции.


Турчаник против Польши
[Turczanik - Poland] (N 38064/97)


Постановление от 5 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Обстоятельства дела


Совет адвокатуры зарегистрировал заявителя в своем региональном реестре практикующих адвокатов, но отказался внести в реестр адрес его офиса. Поскольку регистрация адреса офиса адвоката является условием выдачи разрешения на адвокатскую практику, заявитель обратился в Совет адвокатуры с требованием зарегистрировать его офис по адресу, который им был представлен. Это заявление было отклонено как региональным, так национальным советами адвокатуры. Высший административный суд отменил решение об отказе зарегистрировать офис, указав, что у отказа зарегистрировать офис по указанному заявителем адресу не было правомерных оснований. Суд издал юридически обязательные указания относительно решений по вопросу о регистрации, но советы адвокатуры не выполнили их, несмотря на новые судебные постановления, отменяющие их решения. Согласно законодательству страны решения Совета адвокатуры по вопросам регистрации адресов офисов адвокатов являются административными решениями. Мнение, высказанное Высшим административным судом в отношении таких решений, имеет обязательную силу.

По поводу соблюдения требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции, что касается вопроса об обеспечении права на доступ к правосудию. В отличие от дела "Хорнсби против Греции" [Hornsby v. Greece]* (* Постановление по данному делу было вынесено Европейским Судом 19 марта 1997 г. (прим. перев.).) настоящее дело касается не подлежащего исполнению судебного решения, которым закрывается производство по делу, а серии постановлений по одному и тому же административному делу, неоднократно отменявшими решения нижестоящего суда, которыми отказывалось исполнить указания вышестоящего судебного органа. Европейский Суд считает, что эти решения образуют неотъемлемую часть "судебного разбирательства" в значении положений Статьи 6 Конвенции.

Другая особенность дела состоит в том, что советы адвокатуры в правовой системе Польши не имеют статуса административных органов. Однако остается фактом, что их решение относительно регистрации адреса офиса адвоката является по своему характеру административным и четко относится к подсудности Высшего административного суда. Постановления этого суда содержали ясные указания касательно тех аспектов, которые должны были быть приняты во внимание советами адвокатуры при пересмотре дела. Советы адвокатуры отказались подчиниться этим указаниям, и у заявителя не было эффективного средства правовой защиты, которое позволило бы ему принудить советы адвокатуры подчиниться постановлению высшего административного суда страны.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции (принято единогласно).

N.B. Европейский Суд также считает, что продолжительность производства по административному делу, касающемуся регистрации адреса офиса заявителя, вошла в противоречие с требованиями пункта 1 Статьи 6 Конвенции, и что по делу имело место нарушение требований Статьи 13 Конвенции, что касается предположительного отсутствия средства правовой защиты в этой связи.


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить заявителю определенную сумму компенсации в возмещение причиненного ему морального вреда. Суд также вынес решение в пользу заявителя о возмещении судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.


Вопрос о соблюдении права человека на доступ к правосудию


По делу обжалуется отказ властей исполнить распоряжение суда об остановке эксплуатации тепловых электростанций. По делу допущено нарушение требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции.


Окйай и другие заявители против Турции
[Okyay and оthers - Turkey] (N 36220/97)


Постановление от 12 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Обстоятельства дела


Заявители, которые живут в городе, расположенном на расстоянии приблизительно 250 километров от трех тепловых электростанций, обратились к соответствующим административным властям с просьбой о прекращении эксплуатации этих электростанций, так как они представляли собой угрозу здоровью населения и наносили ущерб окружающей среде. Власти не ответили на обращение заявителей, что приравнивалось к отклонению их просьбы. Заявители впоследствии возбудили исковое производство против властей в административном суде. В докладах экспертов, представленных суду, отмечались значительные выбросы токсичных веществ в атмосферу и отсутствие на электростанциях требуемых по правилам вытяжных фильтров. В июне 1996 года суд издал запретительный приказ, предписывающий приостановку эксплуатации этих электростанций, установив, что они функционировали, не имея требуемых разрешений на строительство, выброс газа и слив отработанной воды. Поскольку продолжение эксплуатации электростанций могло вызвать непоправимый вред здоровью населения, суд пришел к выводу, что административное решение, которым было отказано в прекращении эксплуатации электростанций, являлось незаконным. Этот вывод был подтвержден постановлением административного суда, вынесенным в декабре 1996 года, и постановлением Государственного совета* (* В Турции систему органов административной юстиции возглавляет орган, именуемый Государственный совет (Даныштай), функционирующий как высшая кассационная инстанция и как суд первой инстанции по определенной законом категории дел (прим. перев.).), вынесенным в июне 1998 года. Несмотря на постановления органов административной юстиции, Совет министров Турции принял решение о том, чтобы тепловые электростанции продолжали бы свою работу, так как их закрытие привело бы к нехватке электроэнергии и потере рабочих мест.


Вопросы права


По поводу применимости по делу положений пункта 1 Статьи 6 Конвенции. Заявители не понесли никакого материального или иного ущерба. Однако их право на жизнь в здоровой окружающей среде признается законодательством Турции, которое предоставляет им право на защиту от экологического ущерба, причиняемого опасной для окружающей среды деятельностью предприятий. Из этого следует, что наличествовал подлинный и серьезный "судебный спор", в котором у заявителей в судах имелась процессуальная правоспособность для того, чтобы добиваться приостановки функционирования электростанций. Соответственно, производство по делу в административных судах, взятое в целом, может считаться относящимся к гражданским правам заявителей, и положения пункта 1 Статьи 6 Конвенции потому к делу применимы.

По поводу соблюдения требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции. Власти не исполнили запретительный судебный приказ о приостановке функционирования электростанций и последующие постановления административных судов в предписанные сроки. Решение Совета министров о продолжении работы электростанций не имеет под собой законных оснований и является незаконным. Оно равносильно обходу судебных решений и создает ситуацию, которая негативно сказывается на принципе правового государства. В заключение следует отметить, что неисполнение властями постановлений административных судов лишило пункт 1 Статьи 6 Конвенции всякого полезного смысла.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу допущено нарушение требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить каждому заявителю компенсацию в размере одной тысячи евро в возмещение причиненного ему морального вреда.


Вопрос о соблюдении права человека на доступ к правосудию


По делу ставится вопрос о пределах проверки обстоятельств дела Верховным административным судом по вопросу об отмене запрета на промысел рыбы, наложенного финско-шведской комиссией по вопросам использования вод пограничных рек. По делу требования пункта 1 Статьи 6 Конвенции нарушены не были.


Алатулккила и другие заявители против Финляндии
[Alatulkkila and оthers - Finland] (N 33538/96)


Постановление от 28 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Обстоятельства дела


Заявители являются владельцами водных бассейнов или рыбаками, а также они представляют различные рыболовецкие кооперативы или объединения совместных собственников. В 1996 году финско-шведская комиссия по вопросам использования вод пограничных рек запретила среди прочего любой вылов лосося и морской форели в конкретно указанных водных бассейнах в сезоны лова рыбы 1996 и 1997 годов. Возложенные ограничения основывались на правилах лова рыбы и других нормативных актах, изданных после принятия законодательства, инкорпорирующего финско-шведское соглашение по вопросам использования вод пограничных рек, которое наделяло финско-шведскую комиссию по вопросам использования вод пограничных рек вводить ограничения на промысел рыбы с целью сохранения упомянутых видов рыб. Некоторые заявители (профессиональные рыбаки, занимающиеся промыслом рыбы в конкретном водном бассейне) получили компенсацию, выплаченную им из дополнительного государственного бюджета за 1996 год с целью восполнить экономические потери, причиненные им в рыболовецкий сезон 1996 года вследствие введенных ограничений.

В 1998 году Верховный административный суд Финляндии отклонил ходатайство об аннулировании решения финско-шведской комиссии по вопросам использования вод пограничных рек, вынесенного в 1996 году; ходатайство было подано в суд в том числе и объединениями, представляемыми некоторыми заявителями. Объединения утверждали в своем ходатайстве, что решение комиссии противоречило Конституции и обычному законодательству (включая Статью 6 Конвенции и Статью 1 Протокола N 1 к Конвенции как нормы, инкорпорированные в законодательство). Более того, комиссия, предположительно, не заслушала эти объединения по вопросу, затрагивающему гражданские права отдельных владельцев водных бассейнов, равно как и рыбаков, интересы которых были затронуты введенным ограничением на промысел рыбы. В своем решении Верховный административный суд счел, что всех заявителей ходатайства об отмене ограничения поставили в известность относительно планов ограничить вылов рыбы, о котором шла речь по делу, и они имели возможность представить свои мнения по данному вопросу до того, как комиссия по вопросам использования вод пограничных рек вынесла решение об ограничении вылова рыбы. Данным ограничением преследовалась цель расширить рыбные запасы и тем самым гарантировать промысел рыбы в будущем. Решение комиссии по вопросам использования вод пограничных рек не может считаться противоречащим либо Статье 6 Конвенции, либо Конституции. В итоге суд пришел к выводу, что решение, отмены которого добивались истцы, не было основано на явно неправильном применении закона, и не было допущено процессуальной ошибки, которая могла бы основательно повлиять на решение.


Вопросы права


По поводу применимости по делу положений пункта 1 Статьи 6 Конвенции. Государство-ответчик оспаривает применимость по делу положений пункта 1 Статьи 6 Конвенции на том основании, что право на промысел лосося и морской форели в водных бассейнах, которыми владеют заявители, принадлежит государству независимо от этого владения, на основе ограниченного вещного права в контексте публичного права. Следовательно, национальное законодательство не признает, что у заявителей имеется какое-либо "право" на промысел этих двух видов рыб, хотя заявители располагают правами в отношении других видов рыб.

Европейский Суд отмечает, что по делу не оспаривается то обстоятельство, что заявители являются владельцами водных бассейнов и имеют право на промысел рыбы в этих бассейнах. Равным образом государство-ответчик не оспаривает тот факт, что заявители вели промысел лосося и морской форели до введения запрета на этот промысел в 1996 году. Не утверждалось, что заявители осуществляли промысел рыбы в порядке договора аренды с каким-либо государственным органом или в порядке какого-либо иного четко зафиксированного соглашения или что они вносили какую-либо плату государству за уловы рыбы. Несмотря на ограниченное вещное право, предоставленное государству в отношении промысла лосося и морской форели, на которое ссылается государство-ответчик, заявители могут претендовать на то, что они имеют права в отношении рыбных запасов вообще, связанные с их правом владения водными бассейнами; эти права порождают их "право", которое имеет гражданско-правовое содержание. Такая точка зрения подкрепляется тем фактом, что некоторые заявители получили компенсацию за потерю доходов, вызванную невозможностью осуществлять промысел видов рыб, фигурирующих по делу. Поскольку решения финско-шведской комиссии по вопросам использования вод пограничных рек посягнули на ранее осуществлявшиеся права заявителей на промысел рыбы, возник подлинный и серьезный спор по поводу существования и объема гражданского права заявителей осуществлять промысел определенных видов рыб в пределах их вод.

По поводу соблюдения требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции. В своем Постановлении по делу "Пости и Рахко против Финляндии" [Posti and Rahko v. Finland]* (* Постановление Европейского Суда по данному делу было вынесено 24 сентября 2002 г. (прим. перев.).) (N 27824/95, Сборник Постановлений и Решений Европейского Суда по правам человека ECHR, 2002 VII) Европейский Суд уже имел возможность рассматривать вопрос, был ли обеспечен заявителям доступ к правосудию в спорах относительно прав на промысел рыбы. Европейский Суд установил в этом деле, что иск к государству о взыскании ущерба, поданный в соответствии с нормами деликтного права, мог бы иметь успех только в том случае, если истцы убедили бы суд в том, что представитель исполнительной власти не выполнил свою обязанность предпринять какую-либо меру или выполнить какую-либо задачу, которые могут разумно требоваться от такого представителя в свете характера и целей его деятельности. Такой перспективы по делу не было, поскольку обжаловавшиеся меры, несомненно, основывались на нормах статутного права. Такие же соображения применимы и в настоящем деле. Некоторые заявители, тем не менее, обжаловали решение финско-шведской комиссии по вопросам использования вод пограничных рек в Верховном административном суде, подав ходатайство об аннулировании решения комиссии.

Притом, что рассмотрение ходатайства об аннулировании запрета на промысел рыбы или о возобновлении промысла, в общем, не будет удовлетворять требованиям пункта 1 Статьи 6 Конвенции, поскольку таковое рассмотрение является экстраординарной мерой с ограниченными пределами производимой при этом проверки, не предполагающей изучение дела по существу, определенное уважение должно быть оказано решениям, принимаемым административными властями, в частности, в специализированных сферах права, таких как связанных с планированием; в этих сферах властями используется усмотрение, опирающееся на множество местных факторов, присущих процессу выбора курса действий и его осуществления на практике. Схожие соображения возникают в сфере охраны окружающей среды, где существуют важные конфликтующие между собой соображения и интересы и - как в настоящем деле - привносятся более широкие международные соображения, облеченные в форму соглашения о сотрудничестве с соседним государством.

В настоящем деле Верховный административный суд изучил вопрос о законности запрета на промысел рыбы и его соответствие требованиям Конституции, равно как и требованиям Статьи 6 Конвенции. Не ссылаясь прямо на положения Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, суд в мотивировочной части решения уделил внимание вопросу о справедливости процедуры рассмотрения ходатайства, установив, что заявителям была предоставлена адекватная возможность выдвинуть свои возражения против решения финско-шведской комиссии по вопросам использования вод пограничных рек. Верховный административный суд также изучил вопрос о необходимости и пропорциональности запрета на промысел рыбы, придя к заключению, что запрет был необходим для сохранения рыбных запасов. Верховный административный суд ни разу не сослался на отсутствие юрисдикции, давая ответы на аргументы заявителей. С учетом контекста производства по ходатайству - выполнение международного соглашения, нацеленного на общее сохранение рыбных запасов в больших водных бассейнах - можно утверждать, что производство в Верховном административном суде было таковым, что заявителям был обеспечен эффективный доступ к правосудию для проверки обоснованности их правопритязаний.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что в данном вопросе по делу требования пункта 1 Статьи 6 Конвенции нарушены не были (принято единогласно).

По поводу соблюдения требований Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, взятой отдельно. Заявители пользовались правами на промысел рыбы, привязанными к их праву владения водными бассейнами. Ограничение этих прав посредством решения финско-шведской комиссии по вопросам использования вод пограничных рек приравнивается к контролю государства над использованием их имущества. Этот акт вмешательства государства в осуществление заявителями их прав собственности был оправдан, будучи законным и преследующим - с помощью средств, пропорциональных цели, - цели защиты законного и важного всеобщего интереса в охране рыбных запасов. Отмечая наличие определенной свободы усмотрения, предоставляемой государствам - участникам Конвенции в решении такого рода вопросов, Европейский Суд не имеет оснований сомневаться, что состояние рыбных запасов требовало принятия охранных мер и что выбор времени осуществления мер и само их осуществление были увязаны с местными условиями. Кроме того, этот акт вмешательства государства не лишил полностью заявителей их прав на промысел рыбы в соответствующих водах. Профессиональные рыбаки, на средствах к существованию которых отразился запрет на промысел рыбы, смогли обратиться к властям с заявлениями о выплате компенсации, и некоторые заявители использовали эту возможность. Постольку поскольку компенсацию не выплачивали за потерю возможностей отдыха или занятия спортом, национальные власти должны были иметь широкую свободу усмотрения при определении не только меры соответствующего контроля, но и виды ущерба, причиненного предпринятыми мерами, за которые надлежало выплачивать компенсацию. Для властей вполне было резонно проводить различие между ущербом, отражающимся на средствах к существованию, и последствиями мер, отразившимися на пользовании собственностью, но со средствами к существованию не связанными. Соответственно, контроль государства над использованием собственности в данном случае был вполне совместимым с требованиями Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что в данном вопросе по делу требования Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции нарушены не были (принято единогласно).

По поводу соблюдения требований Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, взятой в увязке с требованиями Статьи 14 Конвенции. Пункт жалобы, в котором утверждается, что запрет на промысел рыбы был по отношению к заявителям дискриминационным актом по сравнению с рыбаками, промышляющими в соседних водах, подпадает под действие положений Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Однако исходя из представленных материалов, у Европейского Суда не возникает сомнения, что у властей имелись достаточные оправдания для установления различных временных рамок действия ограничения на промысел рыбы, применяемых в различных водных бассейнах, равно как и для установления различающихся запретов на использование определенных рыболовных снастей в конкретных местностях, с учетом маршрутов нерестового хода лосося и более стесненного характера прибрежных вод, вод устьевых частей рек и речных вод. Поэтому в той степени, в которой обращение с заявителями было иным, чем с теми, кто имеет права на промысел рыбы в других водных бассейнах, можно считать, что таковое обращение имеет объективное и разумное оправдание. Ввиду причин, изложенных в отношении действия положений Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции по данному делу, принцип пропорциональности принятых государством мер был также соблюден.

Европейский Суд пришел к выводу, что в данном вопросе по делу требования Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, взятые в увязке с требованиями Статьи 14 Конвенции, нарушены не были (принято единогласно).


Вопрос о соблюдении права человека на разбирательство его дела независимым и беспристрастным судом


По делу ставится вопрос о правомерности рассмотрения жалобы, поданной по конституционным основаниям, судьей, который ранее выступал в качестве адвоката противостоящей заявителю стороны в производстве по основному делу. По делу допущено нарушение требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции.


Межнарич против Хорватии
[Meznaric - Croatia] (N 71615/01)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Обстоятельства дела


Заявитель выступал ответчиком по гражданскому иску, заявленному против него двумя истцами по поводу взыскания убытков, причиненных неисполнением условий договора. Национальные суды страны двух инстанций вынесли решение в пользу истцов. Заявитель обратился с жалобой на это решение в Верховный суд Хорватии, а впоследствии представил жалобу в Конституционный суд. Обе жалобы были отклонены. Один из судей Конституционного суда, заседавший в составе, который вынес постановление этого суда, короткое время выступал в качестве адвоката истцов на ранних стадиях производства по иску. Позже его дочь, которая взяла на себя адвокатскую практику отца, сменила его в качестве адвоката истцов.


Вопросы права


По поводу соблюдения требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции. В вопросе о проверке субъективной беспристрастности судьи нет никаких указаний на то, что судья, который на более ранней стадии производства по иску представлял интересы противостоящей заявителю стороны, проявил личную предвзятость при рассмотрении жалобы. Рассматривая вопрос, имеются ли законные, объективно оправданные основания опасаться отсутствия беспристрастности у судьи, необходимо напомнить о том обстоятельстве, что тот или иной судья, который по одному и тому же делу выступал в разных качествах, мог бы при определенных обстоятельствах подорвать веру в беспристрастность суда.

Обжалуемое заявителем предыдущее участие судьи Конституционного суда в деле было по своим масштабам незначительным, а по времени - отдаленным от рассмотрения конституционной жалобы заявителя, так как этот судья представлял интересы противостоящей заявителю стороны только в течение двух месяцев и почти девять лет до момента вынесения Конституционным судом своего постановления по делу заявителя. Однако он играл двойственную роль в деле: во-первых, как адвокат истцов в производстве по основному делу, а впоследствии как субъект принятия решения по конституционной жалобе заявителя. Эта двойственная роль в одном деле, усугубленная участием его дочери также в качестве адвоката истцов, создала ситуацию, которая способна породить законные сомнения в беспристрастности судьи.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу допущено нарушение требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд счел, что установление факта нарушения требований Конвенции само по себе является достаточной справедливой компенсацией любого причиненного заявителю морального вреда. Суд также вынес решение в пользу заявителя о возмещении судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.


Вопрос о соблюдении права человека на разбирательство его дела независимым и беспристрастным судом


По делу ставится вопрос о предположительном отсутствии независимости и беспристрастности судей судов первой и второй инстанции при рассмотрении дела по иску к ведомству лорда-канцлера. Жалоба признана неприемлемой.


Кларк против Соединенного Королевства
[Clarke - United Kingdom] (N 23695/02)


Решение от 25 августа 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


По гражданскому делу, которое было возбуждено по иску заявителя против местного органа власти и страховой компании, было вынесено решение против заявителя, которым ему назначались выплаты. Заявитель не выплатил положенные по решению суммы и был объявлен банкротом. Впоследствии заявитель предъявил иск ведомству лорда-канцлера в отношении формуляра уведомления о назначенных ему выплатах, который был направлен ему судами по первому делу; заявитель утверждал, что содержание формуляра ввело его в заблуждение относительно действий, которые ему надлежало предпринять. На том основании, что у иска не было реальной перспективы успеха, окружным судьей и апелляционным судьей суда первой инстанции и суда второй инстанции, соответственно, исковые требования заявителя были отклонены, несмотря на то, что судьями было признано, что содержание направленного заявителю формуляра было двусмысленно и в определенной степени неправильно. Разрешение подать жалобу на эти решения было дано заявителю по нескольким пунктам, главным образом, по "пункту, имеющему конституционное значение", который касался положения окружного судьи и апелляционного судьи в делах, возбуждаемых по искам против лорда-канцлера или его ведомства.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 6 Конвенции. Центральным вопросом по делу является вопрос, были ли окружной судья и апелляционный судья, которые принимали решения по иску заявителя против ведомства Лорда-канцлера в суде первой инстанции и суде второй инстанции, "независимыми и беспристрастными", поскольку они назначаются на свои должности Лорда-канцлером. Памятуя о том, что процедуры назначения судей являются среди прочего состязательными, включают интервью с кандидатами и консультации с юридическим сословием по поводу назначений, а также о том, что для судей их работа является работой на полную ставку, и они состоят в должностях до ухода в отставку, Европейский Суд приемлет утверждение, что способ назначения обоих этих судей соответствовал требованиям Статьи 6 Конвенции. Кроме того, в отсутствие какой-либо иерархической или организационной связи между этими судьями и ведомством Лорда-канцлера нет оснований для озабоченности по поводу того, что на этих судей оказывается давление извне с тем, чтобы они решали дела тем или иным образом; нет и риска такого давления. Что касается проверки субъективной беспристрастности, то по делу не выдвигалось утверждения, что кто-либо из этих двух судей был движим личной предвзятостью или предубеждением. Что касается вопроса, имеются ли по делу какие-либо элементы, которые могут способствовать проявлению признаков отсутствия независимости, то следует заметить: хотя Лорда-канцлер наделен полномочием смещать окружных и апелляционных судей со своих должностей, любое такое смещение с должности судьи подлежит судебному надзору. Кроме того, нет примеров того, что это полномочие Лорда-канцлера влияло на беспристрастность судей, и в действительности практически не было случаев смещения с должностей окружных или апелляционных судей (был один случай смещения с должности окружного судьи). Таким образом, у объективного наблюдателя не было бы оснований для озабоченности по поводу возможности смещения судьи в обстоятельствах настоящего дела.

Жалоба признана явно необоснованной.


По жалобам о нарушениях пункта 1 Статьи 6 [уголовно-процессуальный аспект] Конвенции


Вопрос о соблюдении права человека на справедливое судебное разбирательство


По делу ставится вопрос о незаконности получения показаний заявителя и показаний свидетелей под пыткой и использование этих показаний судами в качестве доказательств по уголовному делу в отношении заявителя. Жалоба коммуницирована властям государства-ответчика.


Харутюнян против Армении
[Harutyunyan - Armenia] (N 36549/03)


Решение от 5 июля 2005 г. [решение о коммуницировании жалобы вынесено III Секцией]


Обстоятельства дела


Заявитель, который был призван на службу в армию, был под подозрением в том, что он застрелил своего сослуживца. Его забрали вместе с двумя другими военнослужащими, которые были на месте происшествия в момент убийства, в расположение военной полиции, где их подвергли пыткам с тем, чтобы они признались в убийстве. Два дня спустя один из военнослужащих признался в том, что был очевидцем того, как заявитель застрелил их сослуживца. Другого военнослужащего, находившегося с ним во время событий, принудили дать такие же показания. Заявителя продолжали подвергать пыткам в течение более одного месяца, пока он не сознался, что случайно застрелил потерпевшего. Во время рассмотрения уголовного дела в суде первой инстанции сослуживцы заявителя подтвердили свои первоначальные показания в качестве свидетелей по делу, но на более поздней стадии рассмотрения дела отказались от своих показаний, заявив, что дали их ввиду жестокого обращения с ними. Суд первой инстанции вынес заявителю обвинительный приговор на основе его собственного признания, косвенных показаний свидетелей с чужих слов, заключения эксперта и некоторых других доказательств. Обвинительный приговор был оставлен в силе судами апелляционной и кассационной инстанций, несмотря на показания других военнослужащих о том, что они не видели, кто застрелил потерпевшего. Тем временем в отношении сотрудников военной полиции, которые пытали заявителя и его сослуживцев, было возбуждено уголовное дело. Суд установил, что имело место жестокое обращение, и осудил сотрудников военной полиции по обвинению в злоупотреблении властью.


Процессуальное действие


Жалоба коммуницирована государству-ответчику в отношении Статьи 6 Конвенции.


Вопрос о соблюдении права человека на разбирательство его дела в разумные сроки


По делу ставится вопрос о правильности подсчета продолжительности производства по делу притом, что после того, как были сняты обвинения, производство по уголовному делу было возобновлено. По делу допущено нарушение требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции.


Стоянова и Неделку против Румынии
[Stoianova and Nedelcu - Romania] (N 77517/01, 77722/01)


Постановление от 4 августа 2005 г. [вынесено III Секцией]


Обстоятельства дела


Заявители были арестованы и привлечены к уголовной ответственности; прокурор пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения к уголовной ответственности. Полтора года спустя прокуратура в осуществление своих дискреционных полномочий издала постановление о повторном возбуждении дела на том основании, что решение о прекращении дела противоречило некоторым имеющимся в материалах дела доказательствам, а первоначальное расследование по делу было неполным. Производство по делу завершилось шесть лет спустя.


Вопросы права


По поводу соблюдения требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции, что касается вопроса о разумном сроке производства по делу. Хотя уголовное преследование заявителей образовано двумя различными стадиями, для целей определения соблюдения требования о разумном сроке судебного разбирательства две эти стадии образуют единое целое. Решение прокурора об отсутствии оснований для привлечения к уголовной ответственности не может считаться прекратившим уголовное дело в отношении заявителей, учитывая, что оно не было окончательным решением на национальном уровне, поскольку прокуратура вправе отменить решение об отсутствии оснований для привлечения к уголовной ответственности и заново возбудить уголовное дело, не будучи ограниченной какими-либо сроками возобновления дела. Более того, в отличие от обстоятельств дела "Уити против Соединенного Королевства" [Withey v. United Kingdom]* (* Решение Европейского Суда по данному делу было вынесено 26 августа 2003 г. (прим. перев.).) (Сборник Постановлений и Решений Европейского Суда по правам человека ECHR, 2003-X) прокуратура в Румынии вправе повторно возбудить уголовное дело без того, чтобы ходатайствовать перед каким-либо судом страны о выдаче разрешения на повторное возбуждение дела. К тому же государство-ответчик не предприняло ничего, чтобы продемонстрировать Европейскому Суду, что возобновление уголовного дела, прекращенного постановлением прокурора, было исключительным явлением. Европейский Суд также принял во внимание тот факт, что прокуроры - поскольку они действуют в качестве сотрудников ведомства генерального прокурора - не отвечают требованиям независимости от исполнительной власти (см. Постановление Европейского Суда по делу "Пантеа против Румынии" [Pantea v. Romania]* (* Постановление Европейского Суда по данному делу было вынесено 3 июня 2003 г. (прим. перев.)), жалоба N 33343/96, §238-239, Сборник Постановлений и Решений Европейского Суда по правам человека ECHR 2003-VI). Наконец, постановление о возобновлении уголовного дела было вынесено в результате упущений со стороны властей, что не должно ставить заявителей в невыгодное положение, так как эти упущения не могут быть поставлены в вину им.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу допущено нарушение требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции (принято единогласно).


Вопрос о соблюдении права человека на разбирательство его дела независимым судом


По делу ставится вопрос о правомерности участия военного судьи в составе Суда государственной безопасности в части заседания по делу. Жалоба признана неприемлемой.


Джейлан против Турции
[Ceylan - Turkey] (N 68953/01)


Решение от 30 августа 2005 г. [вынесено II Секцией]


Обстоятельства дела


В марте 1999 года заявителю было предъявлено обвинение в принадлежности к Курдской рабочей партии Турции* (* Курдская рабочая партия Турции внесена Евросоюзом в "черный" список частных лиц и организаций, которых Евросоюз считает террористическими. См., например, в Интернете: http://www.gzt.ru (прим. перев.).) и оказании ей содействия. До июня 1999 года в заседаниях Суда государственной безопасности по делу заявителя принимал участие военный судья. Первое заседание суда было посвящено чисто процедурным вопросам. Во время второго заседания судьи ограничились оглашением обвинительного заключения по делу и проверкой полномочий адвокатов на ведение дела в суде. Во время последнего заседания, в котором участвовал военный судья, судьи приняли к сведению представление материалов дела в отношении заявителя и ознакомились с ними перед тем, как сообщить новым подсудимым обо всех процессуальных действиях, предпринятых до данного момента в производстве по делу, огласить документы из дела сторонам, включая данные ранее показания некоторых подсудимых, в которых указывалось на причастность заявителя к вменяемым ему деяниям. Заявитель и его адвокат оспорили все доказательства обвинения, приобщенные к делу, включая указанные показания, и представили суду свои письменные замечания, которые были приобщены к делу. В тот день не было предпринято никаких других решающих шагов в рассмотрении дела.

После конституционной реформы, запретившей военным судьям входить в состав Суда государственной безопасности, на следующем заседании суда военный судья был заменен гражданским судьей. В этой связи первым шагом суда было повторное оглашение протокола всех предыдущих заседаний суда. По результатам рассмотрения дела заявителю было назначено наказание в виде лишения свободы.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается пункта 1 Статьи 6 Конвенции. То обстоятельство, что военный судья был заменен гражданским судьей во время рассмотрения уголовного дела в суде само по себе не было достаточным, чтобы преодолеть институциональные проблемы, возникшие в настоящем деле (сравните с Решением Европейского Суда по делу "Имрек против Турции" [Imrek v. Turkey], вынесенным 28 января 2003 г. по жалобе N 57175/00). Необходимо установить, что сомнения в правильности рассмотрения дела в суде в целом были в достаточной мере рассеяны изменением состава суда (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Оджалан против Турции" [Ocalan v. Turkey], вынесенное 12 мая 2005 г.; "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of the European Court of Human Rights]* (* С оригиналами "Информационных бюллетеней по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" на английском языке можно ознакомиться на веб-сайте http://www.echr.coe.int (прим. перев.).) N 75* (* "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of the European Court of Human Rights] N 75 соответствует "Бюллетеню Европейского Суда по правам человека" N 10 за 2005 год.)). Согласно этому Постановлению имелась необходимость сначала изучить характер процессуальных действий, предпринятых с участием военного судьи, сделав при этом различие между действиями предварительного характера и действиями, относящимися к существу дела. Затем необходимо оценить, были ли действия, относящиеся к существу дела, надлежащим образом повторены после того, как был заменен военный судья.

В настоящем деле, в отличие от дела "Оджалан против Турции", военный судья не принимал участие в процессе принятия важных промежуточных решений. Наиболее важным процессуальным действием, предпринятым с его участием, было оглашение показаний, данных на следствии некоторыми подсудимыми, и обвинительного заключения, содержавшегося в материалах дела, недавно поступивших на рассмотрение суда. В этой связи заявитель оспорил содержание этих документов и представил суду состязательные бумаги стороны защиты, которые были рассмотрены судом в той части судебного разбирательства, которая последовала после включения гражданского судьи в состав суда. Коротко говоря, процессуальные действия, предпринятые с участием военного судьи в настоящем деле, не были таковыми, чтобы можно было требовать предпринять их заново новым составом суда.

Жалоба признана явно необоснованной.


По жалобе о нарушении пункта 2 Статьи 6 Конвенции


Вопрос о соблюдении принципа презумпции невиновности


По делу ставится вопрос о правомерности действий следственного судьи, сравнившего обвиняемого с двумя исторически известными серийными убийцами. Жалоба признана приемлемой.


Панди против Бельгии
[Pandy - Belgium] (N 13583/02)


Решение от 5 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Обстоятельства дела


В ходе уголовного расследования в отношении заявителя, обвинявшегося в убийстве по нескольким пунктам, следственный судья в ходе публичного слушания сделал высказывания в том смысле, что заявителю следовало бы сравнивать себя не с Дрейфусом* (* Капитан Генштаба французской армии Альфред Дрейфус в 1894 году был осужден по обвинению в государственной измене и продаже секретных сведений Германии на основании сомнительных доказательств. Как показали процесс и последовавшие за ним события, главной причиной дела оказались политическая конъюнктура и антисемитизм (прим. перев.).), а с Ландрю и доктором Петио (двумя печально известными серийными убийцами). Ходатайство заявителя об отводе судьи было отклонено. Апелляционный суд установил, что следственный судья составил объективный доклад по результатам трудного расследования и что обжалованные высказывания имели минимальное значение для дела. Было вынесено постановление о передаче дела в отношении заявителя на рассмотрение суда присяжных. Содержание обвинительного заключения по делу было доведено до сведения прессы представителем прокуратуры, как это разрешено законом (дело привлекло к себе большое внимание средств массовой информации), и копия обвинительного заключения была вручена заявителю в тот же день, за несколько недель до начала слушаний в суде присяжных. Заявитель был приговорен к лишению свободы пожизненно за совершение - среди прочих преступлений - убийства двух своих жен и четырех своих детей, изнасилования нескольких своих дочерей и нападения на них, сопряженного с совершением непристойных действий.


Решение


Жалоба признана приемлемой, что касается пункта 1 Статьи 6 и пункта 2 Статьи 6 Конвенции в отношении вопроса об обжалуемых высказываниях следственного судьи.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 6 Конвенции в отношении вопроса о доведения до сведения прессы содержания обвинительного заключения по делу. Обвинительное заключение, согласно действующему законодательству, содержало перечень преступлений, вменявшихся в вину заявителю, описание обстоятельств дела и хода расследования, а в заключительной части - описание пунктов обвинения, исходя из которых суду присяжных предстояло три недели спустя вынести свой вердикт. Доведение до сведения прессы содержания обвинительного заключения имело своей целью только информирование общества, посредством прессы, о предмете предстоящего в суде присяжных разбирательства по делу, которое привлекло к себе большое внимание средств массовой информации.

Жалоба признана явно необоснованной.


По жалобам о нарушениях Статьи 8 Конвенции


Вопрос о соблюдении права человека на уважение его частной и семейной жизни


По делу ставится вопрос об общем отношении властей к проблемам цыган, включая неоднократное непресечение властями нарушений прав цыган-заявителей, что способствует укоренению в них чувства отсутствия личной безопасности. По делу допущено нарушение требований Статьи 8 Конвенции.


Молдован и другие заявители против Румынии (N 2)
[Moldovan and оthers - Romania (N 2)] (N 41138/98, 64320/01)


Постановление от 12 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


(Cм. ниже изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте Статьи 14 Конвенции.)


Вопрос о соблюдении права человека на уважение его жилища


По делу ставится вопрос об общем отношении властей к проблемам цыган, включая неоднократное непресечение властями нарушений прав цыган-заявителей, что способствует укоренению в них чувства отсутствия личной безопасности. По делу допущено нарушение требований Статьи 8 Конвенции.


Молдован и другие заявители против Румынии (N 2)
[Moldovan and оthers - Romania (N 2)] (N 41138/98, 64320/01)


Постановление от 12 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


(Cм. ниже изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте Статьи 14 Конвенции.)


По жалобе о нарушении Статьи 10 Конвенции


Вопрос о соблюдении права человека на свободное выражение мнений


Дело касается критического отзыва в местной газете о работе автора и отказа этой газеты опубликовать ответное выступление автора. Жалоба признана неприемлемой.


Мельничук против Украины
[Melnychuk - Ukraine] (N 28743/03)


Решение от 5 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Обстоятельства дела


Заявитель - автор, сочинения которого были подвергнуты критике в местной газете в двух статьях, в которых среди прочего подчеркивались сомнительные литературные и лингвистические достоинства книг автора. Заявитель направил в газету свой ответ, в котором сильно критиковал автора опубликованных в газете рецензий на его сочинения, который также является писателем. Редакция газеты отказалась опубликовать ответ заявителя. Он тогда возбудил в суде иск против газеты с требованием выплаты компенсации за материальный ущерб и моральный вред, причиненные публикацией упомянутых статей. Суды трех инстанций выносили решения против заявителя, так как статьи были написаны в форме рецензий на книги, в которых автор рецензий высказал свое личное мнение по поводу качества литературных трудов заявителя. Кроме того, отказ редакции газеты опубликовать возражения заявителя были вполне оправданы, потому что отклик заявителя на рецензии содержал непристойные и оскорбительные выпады против автора рецензии. Заявитель жалуется в Европейский Суд на то, что отказ редакции газеты опубликовать его отклик поднимает вопрос о нарушении требований Статьи 10 Конвенции.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 10 Конвенции. Европейский Суд счел, что право на опубликование ответа, будучи важным элементом свободы выражения мнения, подпадает под действие Статьи 10 Конвенции. Однако эта статья не наделяет никого неограниченным правом доступа к средствам массовой информации. В то время как в силу общего принципа находящиеся в частной собственности средства массовой информации должны свободно прибегать к редакционному усмотрению в вопросе, публиковать или не публиковать письма граждан, могут существовать исключительные обстоятельства, в которых от той или иной газеты можно на законных основаниях потребовать опубликовать на своих страницах опровержение или извинение. В настоящем деле у заявителя имелась возможность представить свой ответ в газету, но он вышел за рамки простого ответа на критику, допустив непристойные и оскорбительные выпады против критикующего. Кроме того, из материалов дела усматривается, что заявителю предлагали изменить содержание своего ответа, но он этого не сделал. Заявитель также имел возможность утвердить свое право на опубликование ответа в судах страны. Европейский Суд не нашел никаких признаков произвола в решениях судов страны по иску заявителя. Соответственно, не имело место неисполнение властями своего позитивного обязательства по защите права заявителя на свободу выражения мнения и его права на опубликование ответа.

Жалоба признана явно необоснованной.


По жалобе о нарушении Статьи 13 Конвенции


Вопрос о доступности эффективного средства правовой защиты


По делу ставится вопрос об эффективности нового средства правовой защиты, относящегося к обжалованию чрезмерной длительности производства по делу в суде. По делу требования Статьи 13 Конвенции нарушены не были.


Красуский против Польши
[Krasuski - Poland] (N 61444/00)


Постановление от 14 июня 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


В феврале 1996 года заявитель обратился в суды с иском против строительной компании с требованием выплаты компенсации за предположительный ущерб, причиненный этой компанией его дому. Производство по данному делу завершилось решением Апелляционного суда, вынесенным в июне 2002 года.


Вопросы права


По поводу соблюдения требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции. Период времени, подлежащий рассмотрению по настоящему делу, составляет шесть лет и почти пять месяцев. Заседания суда проводились с регулярными интервалами, и единственные чрезмерные задержки в производстве по делу имели место в связи с назначением экспертизы и исследованием ее результатов. Следовательно, власти проявили надлежащее тщание при рассмотрении дела по иску заявителя.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что в данном вопросе по делу требования пункта 1 Статьи 6 Конвенции нарушены не были (принято шестью голосами "за" и одним голосом "против").

По поводу соблюдения требований Статьи 13 Конвенции. В соответствии со Статьей 13 Конвенции средство правовой защиты, касающееся жалобы по поводу чрезмерной продолжительности производства по делу, считается "эффективным", если оно может быть использовано для того, чтобы ускорить принятие решения судами или обеспечить тяжущуюся сторону адекватным возмещением вреда. В настоящем деле после вступления в силу в 2004 году закона о порядке обжалования нарушений права на судебное разбирательство в разумные сроки (так называемый "Закон Кудлы"* (* Принятый в Польше в 2004 году закон установил, что жертвы судебных проволочек вправе требовать компенсации за причиненный им такими проволочками вред еще даже в ходе производства по делу. Верховный суд Польши в 2005 году придал этому закону обратную силу. Закон о компенсации за волокиту в судах был принят в качестве ответной реакции властей Польши на неблагоприятное для нее Постановление Европейского Суда по делу "Кудла против Польши" от 2000 года (прим. перев.).)) возможности требовать выплаты компенсации на основании соответствующей статьи Гражданского кодекса в связи с жалобами на подобные нарушения теперь имеют под собой четкую правовую основу. Простые сомнения заявителя относительно нового, законодательным путем установленного средства правовой защиты не освобождали его от необходимости обратиться к использованию этого средства, и нельзя исходить из предположения, что суды Польши не применили бы должным образом новые нормы закона. Следовательно, Европейский Суд полагает, что, начиная с даты вступления в силу Закона 2004 года, предъявление иска о взыскании ущерба на основании соответствующей нормы Гражданского кодекса обрело достаточную степень определенности, чтобы считаться "эффективным средством правовой защиты".


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что в данном вопросе по делу требования Статьи 13 Конвенции нарушены не были (принято единогласно).


По жалобам о нарушениях Статьи 14 Конвенции


Вопрос о соблюдении запрета на дискриминацию (в контексте Статьи 2 Конвенции)


По делу ставится вопрос о предположительно расистских мотивах применения сотрудниками военной полиции огнестрельного оружия при аресте двух бежавших из-под стражи военнослужащих, цыган по происхождению. В данном вопросе по делу требования Статьи 14 Конвенции нарушены не были. По делу ставится также вопрос о непроведении расследования возможных расистских мотивов действий сотрудников военной полиции. В данном вопросе по делу допущено нарушение требований Статьи 14 Конвенции.


Начова и другие заявители против Болгарии
[Nachova and оthers - Bulgaria] (N 43577/98, 43579/98)


Постановление от 6 июля 2005 г. [вынесено Большой Палатой]


(Текст Постановления Палаты Европейского Суда по данному делу см.: "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of the European Court of Human Rights] N 61* (* "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of the European Court of Human Rights] N 61 соответствует "Бюллетеню Европейского Суда по правам человека" N 6 за 2004 год.)


Обстоятельства дела


Двое молодых людей цыганского происхождения, родственники заявителей, были военнослужащими-новобранцами, направленными для прохождения срочной военной службы в воинскую часть, которая занималась строительством жилых домов. Они отбывали дисциплинарное наказание на гауптвахте за неоднократные самовольные отлучки из части и производили работы на стройплощадке. Они сбежали с места производства работ и спрятались в доме бабушки одного из них, расположенном в цыганском квартале деревни. Ни один из них не имел при себе оружия. Несколько дней спустя в подразделение военной полиции поступило сообщение о том, где скрываются беглецы, и четверо военных полицейских под командой майора G. были откомандированы в деревню для их захвата. Военные полицейские были проинструктированы произвести арест беглецов с использованием всех средств и методов, продиктованных обстоятельствами. G. был вооружен пистолетом и автоматом Калашникова. Заметив перед домом военное транспортное средство, беглецы попытались скрыться. При побеге они были застрелены G. после того, как он дал им предупреждение остановиться. Оба молодых человека скончались при транспортировке в госпиталь. Один сосед бабушки утверждал, что полицейские вели стрельбу, а в какой-то момент G. нацелил на него оружие в устрашающей манере и оскорбил, прокричав: "Вы, чертовы цыгане!".

Согласно отчету о вскрытии погибших установлено, что оба молодых человека скончались от огнестрельных ран, причиненных выстрелами из автомата, которые были произведены с расстояния. Г-н Петков был убит выстрелами в грудь, а г-н Ангелов был убит выстрелами в спину. В рапорте военных властей о проведенном расследовании происшествия содержался вывод, что G. действовал в соответствии с инструкциями и пытался сохранить жизнь беглецов, предложив им остановиться, и не стреляя по жизненно важным органам. Военный прокурор принял выводы рапорта и закрыл расследование. Последующие жалобы заявителей были отклонены.


Вопросы права


По поводу соблюдения требований Статьи 2 Конвенции (материально-правовая составляющая), что касается фактов смерти г-на Ангелова и г-на Петкова. Большая Палата с крайней озабоченностью отмечает, что инструкции о порядке применения огнестрельного оружия сотрудниками военной полиции в Болгарии разрешают использование смертоносной силы при производстве ареста военнослужащего вооруженных сил за совершение даже самого малозначительного правонарушения. Эти инструкции не только не были опубликованы, но они к тому же не содержат никаких четких гарантий, необходимых для того, чтобы предотвратить произвольное лишение человека жизни. Такой механизм правового регулирования в корне несовершенен и далеко не соответствует уровню охраны "законом" права человека на жизнь, который Конвенция требует поддерживать в современных демократических обществах в Европе. Соответственно, имеет место общее неисполнение властями Болгарии своего обязательства, возложенного Статьей 2 Конвенции, гарантировать право на жизнь установлением надлежащего механизма правового и административного регулирования использования силы и огнестрельного оружия военной полицией.

По вопросу о планировании проведения операции и осуществлении над ней контроля со стороны вышестоящего руководства полиции. Большая Палата подтверждает вывод Палаты Европейского Суда о том, что власти не выполнили свое обязательство свести к минимуму риск гибели человека, поскольку сотрудники военной полиции, производившие арест, имели инструкции использовать все доступные средства, чтобы арестовать г-на Ангелов и г-на Петкова, несмотря на то обстоятельство, что они были безоружны и не представляли собой угрозу жизни или физической неприкосновенности окружающих. Отсутствие механизма четкой нормативной регламентации использования огнестрельного оружия военной полицией позволило откомандировать команду хорошо вооруженных сотрудников для ареста этих двух человек без предварительного обсуждения опасности, которую представляли эти люди (если они вообще представляли какую-либо опасность), или без четких предупреждений о необходимости свести к минимуму любую угрозу их жизни. Коротко говоря, способ планирования данной операции и осуществления над ней контроля продемонстрировал прискорбное неуважение к исключительности права на жизнь.

По вопросу о действиях сотрудников полиции, производивших арест. При обстоятельствах данного дела любое обращение к потенциально смертоносной силе запрещено Статьей 2 Конвенции, независимо от наличия риска, что г-н Ангелов и г-н Петков могли скрыться. Кроме того, действия майора G., офицера, застрелившего потерпевших, вызывают сильное неодобрение в том, что касается использования им в высшей степени чрезмерной силы. Другие средства могли бы быть использованы для ареста потерпевших. Хотя у G. имелся также пистолет, он предпочел использовать автомат и перевел его в режим автоматической стрельбы, сделав невозможным прицельный огонь с какой-либо разумной степенью точности. Наконец, нет никакого правдоподобного объяснения тому обстоятельству, что г-н Петков был ранен в грудь, и нельзя исключить той возможности, что в последнюю минуту он повернулся, чтобы сдаться, но был тем не менее застрелен.

В заключение следует отметить, что власти Болгарии не выполнили свои обязательства, вытекающие из положений Статьи 2 Конвенции, в том, что соответствующий правовой механизм регламентации использования силы является в корне несовершенным и что г-н Ангелов и г-н Петков были убиты в обстоятельствах, при которых любое использование огнестрельного оружия при производстве их ареста противоречило Статье 2 Конвенции. Более того, была использована в высшей степени чрезмерная сила.


Постановление


Большая Палата пришла к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований Статьи 2 Конвенции (принято единогласно).

По поводу соблюдения требований Статьи 2 Конвенции (процессуальная составляющая), что касается вопроса о том, было ли эффективно проведенное властями расследование. Большая Палата согласна с Палатой Европейского Суда в оценке того факта, что проведенное расследование, признавшее правомерность использования силы в обстоятельствах дела, тем самым только подтвердило фундаментально несовершенный характер инструкций о применении оружия и их неуважение к праву человека на жизнь. То обстоятельство, что органы расследования не изучили все существенные вопросы по материалам дела означает, что строгая проверка всех важных обстоятельств случившегося не проводилась. Не был проведен ряд обязательных и явно необходимых следственных действий, а органы расследования проигнорировали важные факты, не утруждая себя поиском надлежащего им объяснения; вместо этого они предпочли согласиться с показаниями майора G. и прекратить расследование. Следователи и прокуроры тем самым эффективно оградили G. от уголовного преследования. Большая Палата согласна с точкой зрения Палаты Европейского Суда, что таковые действия властей - что уже отмечалось Европейским Судом в предыдущих делах по жалобам против Болгарии - вызывают серьезную озабоченность, так как эти действия бросают тень большого сомнения на объективность и беспристрастность следователей и прокуроров, занимавшихся делом. Подводя итог, следует констатировать нарушение властями Болгарии своего обязательства, вытекающего из Статьи 2 Конвенции, провести эффективно расследование по факту лишения жизни.


Постановление


Большая Палата пришла к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований Статьи 2 Конвенции (принято единогласно).

По поводу соблюдения требований Статьи 13 Конвенции. Подобно Палате Европейского Суда, Большая Палата установила, что в контексте Статьи 13 Конвенции по делу не возникает отдельного вопроса.

По поводу соблюдения требований Статьи 14 Конвенции (материально-правовая составляющая), что касается вопроса о том, имелись ли у убийств расистские мотивы. Заявители выдвинули различные доводы, которые, как они утверждают, свидетельствуют о том, что убийства их родственников имели расистские мотивы. Большая Палата не находит, однако, эти доводы убедительными. Большая Палата отмечает, что применение огнестрельного оружия в обстоятельствах, как те, что фигурируют по делу, к сожалению, не запрещено соответствующими национальными нормативными актами. Сотрудники военной полиции имели при себе автоматы "в соответствии с правилами" и были проинструктированы использовать все способы для того, чтобы произвести арест. Нельзя поэтому исключать возможность того, что майор G. просто строго придерживался правил и действовал бы так же, как он действовал в данном случае, в любых схожих обстоятельствах, несмотря на этническое происхождение беглецов. Хотя соответствующие правила фундаментально несовершенны и не отвечают требованиям Конвенции касательно защиты права человека на жизнь, нет ничего, что могло бы указать на то, что майор G. не использовал бы свое оружие, окажись он при аналогичных обстоятельствах в районе, населенном не-цыганами.

Расходясь с позицией Палаты Европейского Суда в данном вопросе, Большая Палата не считает, что ввиду предположительного непроведения властями эффективного расследования предположительно расистских мотивов убийств бремя доказывания по вопросу о возможном нарушении Статьи 14, взятой в увязке с материально-правовой составляющей Статьи 2 Конвенции, следует перенести на государство-ответчика. Подводя итог, Европейский Суд не находит установленным, что расистские взгляды играли какую-либо роль в смерти г-на Ангелова и г-на Петкова.


Постановление


Большая Палата пришла к выводу, что по делу требования Статьи 14 Конвенции, взятые в увязке с требованиями Статьи 2 Конвенции, нарушены не были (принято одиннадцатью голосами "за" и шестью голосами "против").

По поводу соблюдения требований Статьи 14 Конвенции (процессуальная составляющая), что касается вопроса о том, было ли проведено властями адекватное расследование возможных расистских мотивов действий сотрудников военной полиции. У органов расследования имелись показания соседа потерпевших, который заявил, что сразу же после стрельбы майор G. выкрикнул: "Вы, чертовы цыгане!", нацелившись на него своим оружием. Эти показания, оцененные на фоне многих публикаций, свидетельствующих о существовании в Болгарии предубежденности и враждебности в отношении цыган, нуждались в проверке. Любое доказательство устного оскорбления расистского характера, прозвучавшего из уст сотрудников правоохранительных органов в ходе операции, связанной с применением силы против представителей этнических или иных меньшинств, имеет прямое отношение к вопросу, имело ли место незаконное, продиктованное расовой ненавистью насилие. В тех случаях, когда о существовании такого доказательства становится известно в ходе расследования, оно должно быть проверено и - если его достоверность подтверждается - должно быть проведено тщательное изучение всех фактов для вскрытия возможной расистской подоплеки инцидента. Более того, тот факт, что майор G. использовал в высшей степени чрезмерную силу против двух невооруженных и не прибегающих к насилию лиц, также требовало проведения тщательного расследования.

Подводя итог, следует отметить: следователи и прокуроры, занимавшиеся делом, имели в своем распоряжении вполне убедительную информацию, достаточную для того, чтобы обратить их внимание на необходимость провести первоначальную проверку фактов и - в зависимости от ее результатов - провести расследование возможной расистской подоплеки событий, приведших к смерти двух человек. Однако они ничего не предприняли для того, чтобы проверить показания соседа или причин, по которым было сочтено необходимым использовать силу в такой степени. Они проигнорировали существенные для дела факты и прекратили расследование, оградив тем самым майора G. от уголовного преследования.

Из изложенного следует, что власти не выполнили свою обязанность, вытекающую из Статьи 14 Конвенции, взятой в увязке со Статьей 2 Конвенции, предпринять все возможные шаги для расследования вопроса, могла ли дискриминация играть какую-либо роль в событиях.


Постановление


Большая Палата пришла к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований Статьи 14 Конвенции, взятых в увязке с требованиями Статьи 2 Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Большая Палата Европейского Суда оставила в силе решения Палаты о присуждении заявителям компенсации в размере 25 и 22 тысяч евро, соответственно, в возмещение причиненного им материального ущербы и морального вреда. Большая Палата также вынесла решение в пользу заявителей о возмещении судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.


Вопрос о соблюдении запрета на дискриминацию


По делу обжалуются продолжительность и результаты производства по делу в национальных судах, инициированного жителями деревни цыганского происхождения после того, как был убит один их этих цыган и были разрушены их дома. По делу допущено нарушение требований Статьи 14 Конвенции.


Молдован и другие заявители против Румынии (N 2)
[Moldovan and оthers - Romania (N 2)] (N 41138/98, 64320/01)


Постановление от 12 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Обстоятельства дела


По делу первоначально фигурировали 25 заявителей, из числа которых 18 человек согласились на мировое соглашение (см. Постановление Европейского Суда по делу "Молдован и другие заявители против Румынии (N 1) [Moldovan and оthers v. Romania (no. 1)], вынесенное 5 июля 2005 г.).

В 1993 году вспыхнула потасовка между тремя цыганами и жителем деревни, не-цыганом; один из цыган ударил в грудь ножом сына этого человека, который пытался вмешаться в драку. Трое цыган - участников инцидента - скрылись в ближайшем доме. Большая разъяренная толпа односельчан собралась около дома, включая начальника местной полиции и несколько подчиненных ему полицейских. Дом был подожжен. Двое из цыган сумели выбежать из пылающего дома, но разгневанная толпа догнала их и забила до смерти. Третьему не дали выбраться из здания, и он погиб в огне.

Заявители утверждают, что полицейские подбивали толпу на то, чтобы уничтожить другие объекты собственности цыган в деревне. На следующий день тринадцать цыганских домов были полностью разрушены, включая дома всех семи заявителей (в одном случае был разрушен дом матери заявителя). Также было уничтожено и много другого личного имущества, принадлежащего заявителям. Одна заявительница утверждает, что когда она пыталась вернуться в свой дом, в нее бросали камни. Другая заявительница утверждает, что была избита сотрудниками полиции, которые к тому же брызгали ей в лицо из аэрозольного баллончика с наполнителем из перца. Еще один заявитель утверждает, что была избита его беременная жена, и их ребенок родился с повреждением головного мозга.

Жители деревни - цыгане подали властям заявление о преступлении с обвинениями против предположительно ответственных за расправу лиц, включая шестерых сотрудников полиции. В 1995 году все обвинения, предъявленные сотрудникам полиции, были сняты. В 1997 году в суде первой инстанции началось рассмотрение уголовного дела, соединенного с гражданским иском о взыскании ущерба, которое было возбуждено в отношении одиннадцати жителей деревни. Различные свидетели дали показания о том, что сотрудники полиции спровоцировали инцидент и допустили, чтобы трое цыган были убиты и дома были разрушены. Во время судебного разбирательства все подсудимые из числа гражданских лиц заявили, что сотрудники полиции подбивали толпу на то, чтобы поджечь дома, и пообещали сокрыть происшествие. Суд установил, что жители деревни при поддержке властей намеревались "очистить от цыган" деревню. В своем приговоре суд первой инстанции указал среди прочего, что цыганская община обособила себя, агрессивно ведет себя и сознательно отрицает и нарушает правовые нормы, признанные обществом.

Пятеро жителей деревни были осуждены по обвинению в совершении особо тяжкого убийства, а двенадцать жителей деревни, включая и этих пятерых, были осуждены по обвинению в совершении других преступлений. Суд назначил им наказание в виде лишения свободы на сроки от одного года до семи лет. Апелляционный суд осудил шестого жителя деревни по обвинению в совершении особо тяжкого убийства и увеличил срок наказания одному из подсудимых; другим подсудимым сроки наказания были снижены. В ноябре 1999 года Верховный суд Румынии оставил в силе обвинительные приговоры по обвинению в совершении уничтожения собственности, но переквалифицировал действия трех подсудимых с особо тяжкого убийства на тяжкое убийство. В 2000 году двое из осужденных жителей деревни были помилованы президентом страны.

Правительство Румынии впоследствии выделило средства на восстановление поврежденных и разрушенных домов. Восемь домов были восстановлены, хотя заявители представили Европейскому Суду фотографии, показывающие, что эти дома были непригодны для жилья, поскольку имелись большие бреши между окнами и стенами, а строительство крыш было не завершено. Три дома не были восстановлены, включая те, которые принадлежали двум заявителям. В соответствии с актом экспертизы, представленным государством-ответчиком, дома двух заявителей не были отремонтированы, тогда как дома еще двух заявителей были восстановлены, но не была завершена окончательная отделка.

Заявители в своих представлениях Европейскому Суду указывают, что после событий 1993 года они были вынуждены жить в курятниках, свинарниках, подвалах без окон или в помещениях в условиях сильного холода и переполненности людьми; такие условия сохранялись несколько лет и в некоторых случаях сохраняются до последнего времени. В результате многие заявители и члены их семей тяжело болели.

Окружной суд присудил выплатить заявителям компенсацию причиненного им материального ущерба в связи с разрушением их домов в различных размерах - от 17 евро до 3 745 евро. Вдове одного из погибших в качестве компенсации была назначена только половина минимальной суммы, причитающейся как пособие на ее ребенка, на том основании, что ее погибший муж сам спровоцировал совершенные преступления. Наконец, суд отклонил ходатайства всех заявителей о выплате им компенсации морального вреда. В 2004 году, однако, вышестоящий суд присудил выплатить шести заявителям компенсацию причиненного им морального вреда в размерах от 575 до 2 880 евро.


Вопросы права


По поводу соблюдения требований Статьи 8 Конвенции. Европейский Суд не может рассматривать жалобы относительно разрушения домов и имущества или предположительного изгнания заявителей из их деревни, поскольку эти события имели место до ратификации Конвенции Румынией в 1994 году. Однако из доказательств, представленных заявителями, равно как и из решений судов по гражданским искам ясно вытекало, что сотрудники полиции были замешаны в поджогах домов цыган, и эти сотрудники пытались сокрыть инцидент. Будучи изгнанными из своей деревни и своих домов, заявители вынуждены были жить в непригодных условиях, в обстановке скученности; некоторые из них до сих пор живут в таких условиях. Заявителям пришлось перебираться жить к друзьям или родственникам, создавая тем самым сильную переполненность жилых помещений. Учитывая прямые последствия действий представителей государства, отразившиеся на правах заявителей, возникает ответственность государства-ответчика в отношении условий жизни заявителей. Вопрос об этих условиях лежит в сфере действия права заявителей на уважение их семейной и частной жизни, равно как и на уважение их жилища.

Несмотря на участие представителей государства в поджоге домов заявителей, прокуратура не возбудила уголовных дел в отношении этих представителей, не дав тем самым судам страны возможность установить ответственность этих должностных лиц и назначить им наказание. Суды страны многие годы отказывались присуждать компенсацию за причиненный заявителям материальный ущерб в связи с уничтожением их вещей и мебели. Только десять лет спустя после событий была назначена компенсация за разрушенные дома, но не за утрату заявителями их вещей. В приговоре по уголовному делу в отношении привлеченных к ответственности жителей деревни содержались высказывания дискриминационного характера, касающиеся цыганского происхождения заявителей; ходатайства заявителей о выплате им компенсации за причиненный моральный вред были отклонены судом первой инстанции. Окружной суд принял решение назначить только половину суммы пособия на несовершеннолетнего ребенка вдовы погибшего на том основании, что потерпевшие сами спровоцировали преступления; три дома не были восстановлены властями, а те, которые предположительно были восстановлены, являются непригодными для жилья; большинство заявителей не вернулись в свою деревню и разбросаны по Румынии и Европе.

Эти элементы, взятые вместе, указывают на общее отношение властей Румынии, которое после июня 1994 года закрепило в заявителях чувство незащищенности и отразилось на их правах на уважение их частной и семейной жизни и на уважение их жилищ. Это отношение и повторяющаяся неспособность властей положить конец нарушениям прав заявителей приравниваются к серьезному длящемуся нарушению требований Статьи 8 Конвенции.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований Статьи 8 Конвенции (принято единогласно).

По поводу соблюдения требований Статьи 3 Конвенции. Условия жизни заявителей за последние десять лет и губительные последствия этих условий для их здоровья и благополучия, взятые в сочетании с продолжительностью периода, в течение которого они были вынуждены жить в таких условиях, и общее отношение к ним со стороны властей, должны были вызвать у них значительные психические страдания, тем самым принижая их человеческое достоинство и порождая в них чувство униженности. Кроме того, высказывания, касающиеся честности заявителей и их образа жизни, которые были допущены некоторыми властями, занимающимися делом заявителей, выглядят чисто дискриминационными. Поскольку дискриминация по признаку расы может сама по себе быть приравненной к унижающему достоинство человека обращению в значении положений Статьи 3 Конвенции, таковые высказывания должны быть приняты во внимание как отягчающее обстоятельство при рассмотрении жалобы заявителей в контексте Статьи 3 Конвенции. Условия жизни заявителей и расовая дискриминация, которой они публично подвергались посредством того, как рассматривались их жалобы различными властями, образуют унижение их человеческого достоинства, что в особых обстоятельствах данного дела приравнивается "к унижающему достоинство обращению" в значении положений Статьи 3 Конвенции.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований Статьи 3 Конвенции (принято единогласно).

По поводу соблюдения требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции, что касается вопроса о праве на доступ к правосудию. Европейскому Суду не было продемонстрировано, что в конкретных обстоятельствах дела у заявителей имелась возможность эффективно подать иск в суд против сотрудников полиции с требованием выплаты компенсации за причиненный ущерб. Европейский Суд поэтому не в состоянии установить, были бы суды страны в состоянии разрешить вопрос о правопритязаниях заявителей, если они подали бы иски, основанные на деликтном праве, против отдельных сотрудников полиции. Однако заявители предъявили гражданский иск гражданским лицам, которые были признаны виновными судом по уголовным делам, с требованием выплаты компенсации за разрушение их домов. Этот иск был успешным и эффективным, так как заявителям была присуждена компенсация. В таких обстоятельствах Европейский Суд счел, что заявители не могут претендовать на дополнительное право на подачу отдельного гражданского иска против сотрудников полиции, предположительно замешанных в том же инциденте.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что в данном вопросе по делу требования пункта 1 Статьи 6 Конвенции нарушены не были (принято пятью голосами "за" и двумя голосами "против").

По вопросу о соблюдении права заявителей на справедливое судебное разбирательство в разумные сроки. Период времени, рассматриваемый по делу, длился более 11 лет.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции (принято единогласно).

По поводу соблюдения требований Статьи 14 Конвенции. Нападения на заявителей имели место из-за их цыганского происхождения. Хотя Европейский Суд не может изучить вопрос о поджогах домов заявителей и убийствах цыган, Суд замечает, что этническая принадлежность заявителей к цыганам была решающим фактором, сказавшимся на продолжительности и результатах производства по делу в национальных судах. Европейский Суд особо отмечает повторяющиеся дискриминационные высказывания, допускавшиеся властями на протяжении всего производства по делу и их полный отказ - до 2004 года - присудить заявителям компенсацию за моральный вред, причиненный разрушением домов, в которых проживали их семьи. Государство-ответчик не представило Европейскому Суду никаких оправданий отличию от других в обращении с заявителями.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу в данном вопросе допущено нарушение требований Статьи 14 Конвенции, взятой в увязке со Статьями 6 и 8 Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить каждому заявителю компенсацию в возмещение причиненного им материального ущерба и морального вреда в общих суммах в пределах от 11 до 95 тысяч евро.


По жалобе о нарушениях Статьи 38 Конвенции


По жалобе о нарушении подпункта "а" пункта 1 Статьи 38 Конвенции


Вопрос об обязанности государства создать все необходимые условия для Европейского Суда для исследования обстоятельств дела


По делу государство-ответчик не представило Европейскому Суду доказательства, имеющиеся в распоряжении государства-ответчика, и не обеспечило явку для дачи показаний делегации Европейского Суда двух представителей государства. Государство-ответчик не выполнило свои обязательства по Конвенции.


Таниш и другие заявители против Турции
[Tanis and оthers - Turkey] (N 65899/01)


Постановление от 2 августа 2005 г. [вынесено IV Секцией]


(См. выше изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте Статьи 2 Конвенции.)


По жалобам о нарушениях Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции


Вопрос о наличии имущества, право на беспрепятственное пользование которым не может быть нарушено


По делу обжалуется ситуация, при которой в силу действующего законодательства внук не вправе наследовать имущество своих дедушки и бабушки, поскольку был жив его отец. Жалоба исключена из списка подлежащих рассмотрению дел.


TWGS против Соединенного Королевства
[TWGS - United Kingdom] (N 5385/02)


Решение от 5 июля 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


Отец заявителя убил своих родителей (дедушку и бабушку заявителя) и был заключен в тюрьму. Согласно правилу публичной политики отец заявителя утратил право наследовать имущество своих родителей, оцененное в 360 540 фунтов стерлингов. Заявитель возбудил в суде исковое производство с требованием, чтобы наследственное имущество его дедушки и бабушки перешло бы к нему или чтобы оно перешло к государству как выморочное имущество. Высокий суд постановил, чтобы наследственное имущество перешло бы к тете заявителя (единокровной сестре его отца), потому что соответствующее законодательство предусматривало, что внук не может наследовать имущество своих дедушки и бабушки при жизни родителя. Жалоба заявителя, поданная в Апелляционный суд, была отклонена.

Его жалобы, представленные в Европейский Суд в соответствии со Статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции и Статьей 8 Конвенции, взятых отдельно и в увязке со Статьей 14 Конвенции, были коммуницированы государству-ответчику. Письмами от 8 июня 2005 г. стороны уведомили Европейский Суд о том, что они заключили мировое соглашение на основе выплаты заявителю 150 тысяч фунтов стерлингов плюс 15 тысяч фунтов стерлингов в возмещение судебных расходов.

Жалоба исключена из списка подлежащих рассмотрению дел.


Вопрос о правомерности лишения человека его имущества


По делу обжалуется тот факт, что имущество заявителей было продано государством до того, как суд принял решение по ведущемуся спору относительно субъекта права собственности на это имущество. По делу допущено нарушение требований Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.


Стреин и другие заявители против Румынии
[Strein and оthers - Romania] (N 57001/00)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Обстоятельства дела


Дом заявителей был национализирован в 1950 году и переоборудован под четыре квартиры для сдачи в наем. В 1993 году заявители подали в суд иск о восстановлении права собственности на дом, утверждая, что национализация дома была незаконной. Когда производство по иску еще продолжалось в суде жильцы дома высказали пожелание приобрести занимаемые ими квартиры в собственность. Будучи уведомленной о том, что производство по иску о восстановлении права собственности на дом еще ведется в суде, принадлежащая государству компания, в ведении которой находился дом, отказала желающим приобрести квартиры за одним исключением - она продала квартиру, фигурирующую по делу, всемирно известному футболисту. По результатам рассмотрения иска судья постановил, что национализация дома была незаконной и что поэтому заявители продолжают оставаться законными его владельцами. Однако судья отклонил исковые требования о восстановлении права на квартиру, проданную государством, указав, что сделка купли-продажи этой квартиры была законной.


Вопросы права


По поводу соблюдения требований Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Заявители были владельцами "имущества": их право собственности, включая право собственности на квартиру, проданную, пока велось производство по иску в суде, было признано ретроспективно и являлось неотменяемым. То обстоятельство, что право собственности заявителей на все квартиры было признано, но их заявление о вступлении во владение одной из квартир было отклонено, приравнивается к лишению собственности. Хотя вмешательство в осуществление ими своих прав имело целью защитить права добросовестного приобретателя квартиры, учитывая принцип правовой определенности, следует заметить, что в национальном законодательстве нет нормы, позволяющей владельцам собственности получить компенсацию в таких случаях. Государство-ответчик, однако, не привело в качестве довода ни одного исключительного обстоятельства, оправдывающего полное отсутствие возможности компенсации. Более того, государство продало собственность, несмотря на тот факт, что заявители подали против него иск на том основании, что национализация дома была незаконной, и на то, что оно отказалось продавать другие квартиры в этом же доме. Такие действия государства нельзя оправдать какими-либо публичными интересами, будь они политического, социального или финансового свойства, или интересами общества в целом. Такие действия не только породили дискриминацию в отношении разных жильцов дома, желающих приобрести свои квартиры в собственность, но и, скорее всего, подорвали эффективность судов, к которым заявители обратились за защитой их прав собственности, которые они заявляли в отношении здания, фигурирующего по делу. С учетом способа, коим завладение их собственностью вмешалось в реализацию фундаментальных принципов недискриминации и верховенства права, лежащих в основе Конвенции, полное отсутствие компенсации означает, что заявителям пришлось нести непропорциональное и чрезмерное бремя.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что по делу допущено нарушение требований Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции (принято шестью голосами "за" и одним голосом "против").


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд постановил, что если государство не вернет собственность заявителям, то оно должно будет выплатить заявителям сумму, соответствующую текущей стоимости собственности. Суд также вынес решение в пользу заявителей о возмещении судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.


Вопрос о правомерности контроля государства за использованием собственности


По делу обжалуются запреты властей на промысел рыбы, предположительно нарушающие права собственности. По делу требования Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции нарушены не были.


Алатулккила и другие заявители против Финляндии
[Alatulkkila and оthers - Finland] (N 33538/96)


Постановление от 28 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


(См. выше изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте пункта 1 [гражданско-процессуальный аспект] Статьи 6 Конвенции.)


По жалобам о нарушениях Статьи 1 Протокола N 6 к Конвенции


Вопрос об отмене смертной казни


По делу обжалуется выдача заявителя властям Сирии притом, что в случае возвращения в Сирию ему предположительно грозила смертная казнь. Жалоба признана неприемлемой.


Аль-Шари и другие заявители против Италии
[Al-Shari and оthers - Italy] (N 57/03)


Решение от 5 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Обстоятельства дела


Первый заявитель, гражданин Сирии, в 1982 году выехал из Сирии после того, как ему было предъявлено обвинение в принадлежности к запрещенной исламистской группе, за членство в которой ему могла быть назначена смертная казнь. Он нашел себе убежище в Ираке. В 2002 году он вместе с женой и детьми, также гражданами Сирии, прибыл в аэропорт г. Милана, имея при себе фальшивые документы, удостоверяющие личность. Семью в ожидании высылки поместили в аэропорту в зону временного задержания. Пять дней спустя их депортировали в Сирию. Первый заявитель был там арестован и заключен в тюрьму и впоследствии освобожден. Он жалуется на то, что против него было возбуждено уголовное дело по обвинению в принадлежности к упомянутой запрещенной исламистской группе и использовании фальшивого загранпаспорта.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 1 Протокола N 6 к Конвенции. В тех случаях, когда имеются существенные и доказанные основания полагать, что лицо подвергается реальной опасности подвергнуться смертной казни в нарушение положений Статьи 1 Протокола N 6 к Конвенции, если это лицо вернут в страну, фигурирующую по делу, власти обязаны в соответствии с этой нормой Конвенции не высылать такое лицо в эту страну. Однако любое лицо, утверждающее, что ему грозит такая опасность в случае высылки в конкретную страну, должно обосновать свои утверждения при помощи доказательств, достаточных при отсутствии опровержения. В настоящем деле не было доказано, что заявители сообщили итальянским властям, что они желали обратиться с прошением о предоставлении статуса беженцев, или - что наиболее важно - что они в какой-либо момент высказали опасения, что первому заявителю будет грозить смертная казнь, если он будет депортирован в Сирию. После возвращения в Сирию заявители не представили никаких фактических доказательств - относящихся к периоду до или после их возвращения - указывающих на то, что существовала реальная угроза жизни первого заявителя. Что касается уголовного дела, возбужденного против первого заявителя в Сирии, то заявители не указали на обвинения, которые ему были предъявлены, или опасность для жизни, о которой он упоминал. Следовательно, по делу не было доказано, что власти Италии не выполнили свои обязательства в соответствии со Статьей 1 Протокола N 6 к Конвенции.

Жалоба признана явно необоснованной.

Заявители жалуются в Европейский Суд в контексте Статьи 3 Конвенции на решение об их депортации, указывая на опасность подвергнуться пыткам или бесчеловечному или унижающему достоинство человека обращению в Сирии и на условия, в которых их содержали в зоне временного задержания аэропорта г. Милана. Они также жалуются в контексте Статьи 13 Конвенции на процедуру подачи прошения итальянским властям о предоставлении убежища и отсутствие какой-либо возможности обжаловать решение об их депортации.

Жалоба признана явно необоснованной.


Другие Постановления, вынесенные в июле - августе 2005 года


Ломасейта Ой и другие заявители против Финляндии
[Lomaseita Oy and others - Finland] (N 45029/98)


Постановление от 5 июля 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Юнер против Нидерландов
[Uner - Netherlands] (N 46410/99)


Постановление от 5 июля 2005 г. [вынесено II Секцией (в прежнем составе)]


Эксель против Чешской Республики
[Exel - Czech Republic] (N 48962/99)


Постановление от 5 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Иванофф против Финляндии
[Ivanoff - Finland] (N 48999/99)


Постановление от 5 июля 2005 г. [вынесено IV Секцией] (стороны по делу заключили мировое соглашение)


S.B. и H.T. против Турции
[S.B. and H.T. - Turkey] (N 54430/00)


Постановление от 5 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Мари-Луиз Луайен против Франции
[Marie-Louise Loyen - France] (N 55929/00)


Постановление от 5 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Крумпел и Крумпелова против Словакии
[Krumpel and Krumpelova - Slovakia] (N 56195/00)


Постановление от 5 июля 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Совместное предприятие "Агротехсервис" против Украины
[Agrotehservis - Ukraine] (N 62608/00)


Постановление от 5 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Молдован и другие заявители против Румынии (N 1)
[Moldovan and others - Romania (N 1)] (N 41138/98, 64320/01)


Постановление от 5 июля 2005 г. [вынесено II Секцией (в прежнем составе)]


Колен против Франции
[Colin - France] (N 75866/01)


Постановление от 5 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Осват против Венгрии
[Osvath - Hungary] (N 20723/02)


Постановление от 5 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Гейер против Австрии
[Geyer - Austria] (N 69162/01)


Постановление от 7 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Михайлович против Хорватии
[Mihajlovic - Croatia] (N 21752/02)


Постановление от 7 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Малиновский против России
[Malinovskiy - Russia] (N 41302/02)


Постановление от 7 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Шпаковский против России
[Shpakovskiy - Russia] (N 41307/02)


Постановление от 7 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Сонэр Ендер против Турции
[Soner Onder - Turkey] (N 39813/98)


Постановление от 12 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Гюнери и другие заявители против Турции
[Guneri and others - Turkey] (N 42853/98, 43609/98, 44291/98)


Постановление от 12 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Йонассон против Швеции
[Jonasson - Sweden] (N 59403/00)


Постановление от 12 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


(стороны по делу заключили мировое соглашение)


Мюслюм Гюндюз против Турции
[Mhshm Gunduz - Turkey (N 2)] (N 59997/00)


Постановление от 12 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Солодюк против России
[Solodyuk - Russia] (N 67099/01)


Постановление от 12 июля 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Контарди против Швейцарии
[Contardi - Switzerland] (N 7020/02)


Постановление от 12 июля 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Мюнари против Швейцарии
[Munari - Switzerland] (N 7957/02)


Постановление от 12 июля 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Асенов против Болгарии
[Asenov - Bulgaria] (N 42026/98)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Де Ландшир против Бельгии
[De Landsheer - Belgium] (N 50575/99)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Леруа против Бельгии
[Leroy - Belgium] (N 52098/99)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Йесилтас и Кайя против Турции
[Yesiltas and Kaya - Turkey] (N 52162/99)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Кечеджи против Турции
[Kececi - Turkey] (N 52701/99, 53486/99)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Чаплык против Турции
[Gaplik - Turkey] (N 57019/00)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Мехмет Салих Аслан против Турции
[Mehmet Salih Aslan - Turkey] (N 59237/00)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Мехмет Челик против Турции
[Mehmet Gelik - Turkey] (N 61650/00)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Фейаз Йилмаз против Турции
[Feyyaz Yilmaz - Turkey] (N 62319/00)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Капоне против Италии
[Capone - Italy] (N 62592/00)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Ла Роза и другие заявители против Италии
[La Rosa and others - Italy] (N 63240/00)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Донати против Италии
[Donati - Italy] (N 63242/00)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Ла Роза и другие заявители против Италии
[La Rosa and others - Italy] (N 63258/00)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Карлетта против Италии
[Carletta - Italy] (N 63861/00)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Колакрай против Италии
[Colacrai - Italy (N 2)] (N 63868/00)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Насту против Греции
[Nastou - Greece] (N 16163/02)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Йилмаз и Гюмюш против Турции
[Yilmaz and Gumus - Turkey] (N 28167/02)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Куруджу против Турции
[Kurucu - Turkey] (N 28174/02)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Кахведжи против Турции
[Kahveci - Turkey] (N 853/03)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Сейнеп Сахин против Турции
[Seynep Sahin - Turkey] (N 2203/03)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Салих Каплан против Турции
[Salih Kaplan - Turkey] (N 6071/03)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Салих Каплан против Турции
[Salih Kaplan - Turkey (N 2)] (N 6073/03)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Джафер Каплан против Турции
[Cafer Kaplan - Turkey] (N 6759/03)


Постановление от 15 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


P.M. против Соединенного Королевства
[P.M. - United Kingdom] (N 6638/03)


Постановление от 19 июля 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Рейхан против Турции
[Reyhan - Turkey] (N 38422/97)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Пэмбе и другие заявители против Турции
[Pembe and others - Turkey] (N 49398/99)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Йилдиз и другие заявители против Турции
[Yildiz and others - Turkey] (N 52164/99)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Михайлов против Болгарии
[Mihailov - Bulgaria] (N 52367/99)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Карабас против Турции
[Karabas - Turkey] (N 52691/99)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Левент Джан Йилмаз против Турции
[Levent Can Yilmaz - Turkey] (N 53497/99)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Акционерное общество "Росэлтранс" против России
[Roseltrans - Russia] (N 60974/00)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Рыцарев против России
[Rytsarev - Russia] (N 63332/00)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Баскан против Турции
[Baskan - Turkey] (N 66995/01)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Йайла против Турции
[Yayla - Turkey] (N 70289/01)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Дэрю против Франции
[Desrues - France] (N 77098/01)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Герасимова против России
[Gerasimova - Russia] (N 24077/02)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Фадиль Йилмаз против Турции
[Fadil Yilmaz - Turkey] (N 28171/02)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Мустафа и Мехмет Топрак против Турции
[Mustafa and Mehmet Toprak - Turkey] (N 28176/02)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Мустафа Топрак против Турции (N 1)
[Mustafa Toprak - Turkey (N 1)] (N 28177/02)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Мустафа Топрак против Турции (N 2)
[Mustafa Toprak - Turkey (N 2)] (N 28178/02)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Мехмет Йигит против Турции (N 2)
[Mehmet Yigit - Turkey (N 2)] (N 28182/02)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Хусейн Йигит против Турции
[Huseyin Yigit - Turkey] (N 28183/02)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Мехмет Йигит против Турции (N 3)
[Mehmet Yigit - Turkey (N 3)] (N 28184/02)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Мехмет Йигит против Турции (N 4)
[Mehmet Yigit - Turkey (N 4)] (N 28185/02)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Салих Йигит против Турции (N 1)
[Salih Yigit - Turkey (N 1)] (N 28186/02)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Салих Йигит против Турции (N 2)
[Salih Yigit - Turkey (N 2)] (N 28187/02)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Мехмет Йигит против Турции (N 5)
[Mehmet Yigit - Turkey (N 5)] (N 28188/02)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Кендирджи против Турции
[Kendirci - Turkey] (N 28190/02)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Сейит Ахмет Ездемир и другие заявители против Турции
[Seyit Ahmet Ozdemir and others - Turkey] (N 28192/02)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Яворивская против России
[Yavorivskaya - Russia] (N 34687/02)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Амассоглу против Греции
[Amassoglou - Greece] (N 40775/02)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Гринберг против России
[Grinberg - Russia] (N 23472/03)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Атматзиди против Греции
[Atmatzidi - Greece] (N 2895/03)


Постановление от 21 июля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Подбельский и общество с ограниченной ответственностью "Польпуре" против Польши
[Podbielski and PPU Polpure - Poland] (N 39199/98)


Постановление от 26 июля 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Милд и Виртанен против Финляндии
[Mild and Virtanen - Finland] (N 39481/98, 40227/98)


Постановление от 26 июля 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Дост и другие заявители против Турции
[Dost and others - Turkey] (N 45712/99)


Постановление от 26 июля 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Кният против Польши
[Kniat - Poland] (N 71731/01)


Постановление от 26 июля 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Йедамский и Йедамская против Польши
[Jedamski and Jedamska - Poland] (N 73547/01)


Постановление от 26 июля 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Компания "Мезотур-Тисазуги Визгаздалкодаши Таршулат" против Венгрии
[Mezotur-Tiszazugi Vizgazdalkodasi Tarsulat - Hungary] (N 5503/02)


Постановление от 26 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Черняев против Украины
[Chernyayev - Ukraine] (N 15336/03)


Постановление от 26 июля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Скутари против Молдавии
[Scutari - Moldova] (N 20864/03)


Постановление от 26 июля 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Фон Ганноверская против Германии
[Von Hannover - Germany] (N 59320/00)


Постановление от 28 июля 2005 г. [вынесено III Секцией (в прежнем составе)] (назначение выплаты справедливой компенсации и заключение мирового соглашения)


Розенцвейг и компания "Бондед Вэрхаузес Лтд." против Польши
[Rosenzweig and Bonded Warehouses Ltd. - Poland] (N 51728/99)


Постановление от 28 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Чима против Италии
[Cima - Italy] (N 55161/00)


Постановление от 28 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Мольтене и Гизи против Италии
[Molteni and Ghisi - Italy] (N 67911/01)


Постановление от 28 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Сторнелли и другие заявители против Италии
[Stornelli and others - Italy] (N 68706/01)


Постановление от 28 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Гамберини Монженэ против Италии
[Gamberini Mongenet - Italy] (N 68707/01)


Постановление от 28 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Шортино против Италии
[Sciortino - Italy] (N 69834/01)


Постановление от 28 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Чарнецкий против Польши
[Czarnecki - Poland] (N 75112/01)


Постановление от 28 июля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Колу против Турции
[Kolu - Turkey] (N 35811/97)


Постановление от 2 августа 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Тас и другие заявители против Турции
[Tas and others - Turkey] (N 46085/99)


Постановление от 2 августа 2005 г. [вынесено II Секцией]


Карапинар против Турции
[Karapinar - Turkey] (N 49394/99)


Постановление от 2 августа 2005 г. [вынесено II Секцией]


Ендер и Зейдан против Турции
[Onder and Zeydan - Turkey] (N 53918/00)


Постановление от 2 августа 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Зечири против Италии
[Zeciri - Italy] (N 55764/00)


Постановление от 4 августа 2005 г. [вынесено III Секцией]


Уаттара против Франции
[Ouattara - France] (N 57470/00)


Постановление от 2 августа 2005 г. [вынесено II Секцией]


Ездемир против Турции
[Ozdemir - Turkey] (N 61441/00)


Постановление от 2 августа 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Даттель против Люксембурга
[Dattel - Luxembourg] (N 13130/02)


Постановление от 4 августа 2005 г. [вынесено I Секцией]


Агатианос против Греции
[Agatianos - Greece] (N 16945/02)


Постановление от 4 августа 2005 г. [вынесено I Секцией]


Лумидис против Греции
[Loumidis - Greece] (N 19731/02)


Постановление от 4 августа 2005 г. [вынесено I Секцией]


Иоаннидис против Греции
[Ioannidis - Greece] (N 5072/03)


Постановление от 4 августа 2005 г. [вынесено I Секцией]


Возинос против Греции
[Vozinos - Greece] (N 5076/03)


Постановление от 4 августа 2005 г. [вынесено I Секцией]


Гавалас против Греции
[Gavalas - Greece] (N 5077/03)


Постановление от 4 августа 2005 г. [вынесено I Секцией]


Спиропулос против Греции
[Spyropoulos - Greece] (N 5081/03)


Постановление от 4 августа 2005 г. [вынесено I Секцией]


Царас против Греции
[Tsaras - Greece] (N 5085/03)


Постановление от 4 августа 2005 г. [вынесено I Секцией]


Кутруба против Греции
[Koutrouba - Greece] (N 27302/03)


Постановление от 4 августа 2005 г. [вынесено I Секцией]


Передача дела на рассмотрение Большой Палаты


В порядке применения пункта 2 Статьи 43 Конвенции


Следующее дело было передано на рассмотрение Большой Палаты в соответствии с пунктом 2 Статьи 43 Конвенции:


Хуттен-Чапска против Польши
[Hutten-Czapska - Poland] (N 35014/97)


Постановление от 22 февраля 2005 г. [вынесено IV Секцией]


По делу обжалуется отсутствие у заявительницы возможности возвратить свою собственность или взыскать с жильцов адекватную плату за сдачу им в аренду жилых помещений. С учетом тех последствий функционирования оспариваемой по делу схемы регулирования арендной платы в Польше, которые отразились на осуществлении заявительницей своего права на беспрепятственное пользование своим имуществом, Палата Европейского Суда постановила, что власти Польши возложили на нее непропорциональное и чрезмерное бремя. Дело заявительницы было выбрано Европейским Судом в качестве "пилотного" дела для установления совместимости с Конвенцией внутригосударственной схемы контроля над арендной платой, затрагивающей около 100 тысяч домовладельцев. Эта схема была предписана законами, принятыми при бывшем коммунистическом режиме правления, и налагала ряд ограничений на права домовладельцев, такие как установление очень низкого уровня допустимых ставок арендной платы.


Постановления, вступившие в силу


В порядке применения подпункта "b" пункта 2 Статьи 44 Конвенции


Следующие Постановления Европейского Суда вступили в силу в соответствии с подпунктом "b" пункта 2 Статьи 44 Конвенции в связи с истечением трехмесячного срока для подачи прошения о рассмотрении дела Большой Палатой.


Монори против Румынии и Венгрии
[Monory - Romania and Hungary] (N 71099/01)


Кимран против Турции
[Kimran - Turkey] (N 61440/00)


Али Хидир Полат против Турции
[Ali Hidir Polat - Turkey] (N 61446/00)


Вараница против Украины
[Varanitsa - Ukraine] (N 14397/02)


Кацюк против Украины
[Katsyuk - Ukraine] (N 58928/00)


Афанасьев против Украины
[Afanasyev - Ukraine] (N 38722/02)


Художественная галерея "Зичи" против Венгрии
[Zichy GalJria - Hungary] (N 66019/01)


Постановления от 5 апреля 2005 г. [вынесены II Секцией]


Волкова против России
[Volkova - Russia] (N 48758/99)


Постановление от 5 апреля 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Каллейя против Мальты
[Calleja - Malta] (N 75274/01)


Алийя против Греции
[Alija - Greece] (N 73717/01)


Ярневич и Профит против Греции
[Jarnevic and Profit - Greece] (N 28338/02)


Димитреллос против Греции
[Dimitrellos - Greece] (N 75483/01)


Макрис против Греции
[Makris - Greece] (N 43841/02)


Янцикова против Австрии
[Jancikova - Austria] (N 56483/00)


Постановления от 7 апреля 2005 г. [вынесены I Секцией]


Каралевичюс против Литвы
[Karalevicius - Lithuania] (N 53254/99)


Ужкурэльенэ и другие заявители против Литвы
[Uzkureliene and оthers - Lithuania] (N 62988/00)


Райнис и Гаспаравичюс против Литвы
[Rainys and Gasparavicius - Lithuania] (N 70665/01, 74345/01)


Драгне и другие заявители против Румынии
[Dragne and others - Romania] (N 78047/01)


Постановления от 7 апреля 2005 г. [вынесены III Секцией]


Хербст и другие заявители против Чешской Республики
[Herbst and others - Czech Republic] (N 232853/03)


Эртюрк против Турции
[Erthrk - Turkey] (N 15259/02)


Постановления от 12 апреля 2005 г. [вынесены II Секцией]


Уитфилд и другие заявители против Соединенного Королевства
[Whitfield and others - United Kingdom] (N 46387/99, 48906/99, 57410/00, 57419/00)


Постановления от 12 апреля 2005 г. [вынесены IV Секцией]


Тере против Турции
[Tere - Turkey] (N 48095/99)


Эмрулла Хаттатолю против Турции
[Emrullah Hattatoglu - Turkey] (N 48719/99)


Постановления от 14 апреля 2005 г. [вынесены III Секцией]


Шарко против Украины
[Sharko - Ukraine] (N 72686/01)


Долгов против Украины
[Dolgov - Ukraine] (N 72704/01)


Щербаков против Украины
[Shcherbakov - Ukraine] (N 75786/01)


Пиряник против Украины
[Piryanik - Ukraine] (N 75788/01)


Назарчук против Украины
[Nazarchuk - Ukraine] (N 9670/02)


Постановления от 19 апреля 2005 г. [вынесены II Секцией]


Ло Туфо против Италии
[Lo Tufo - Italy] (N 64663/01)


Постановления от 21 апреля 2005 г. [вынесены I Секцией]


Корониотис против Германии
[Koroniotis - Germany] (N 66046/01)


(исключение жалобы из списка подлежащих рассмотрению дел)


Юусуф против Нидерландов
[Yuusuf - Netherlands] (N 42620/02)


(исключение жалобы из списка подлежащих рассмотрению дел)


Постановления от 21 апреля 2005 г. [вынесены III Секцией]


Пластариас против Греции
[Plastarias - Greece] (N 5038/03)


Коллиас против Греции
[Kollias - Greece] (N 5957/03)


Куфогианнис против Греции
[Koufougiannis - Greece] (N 5967/03)


Кабетсис против Греции
[Kabetsis - Greece] (N 5973/03)


Тсаму против Греции
[Tsamou - Greece] (N 9673/03)


Басуку против Греции
[Basoukou - Greece] (N 3028/03)


Сфломос против Греции
[Sflomos - Greece] (N 3257/03)


Постановления от 21 апреля 2005 г. [вынесены I Секцией]


Муслим против Турции
[Muslim - Turkey] (N 53566/99)


Демир и Партия демократии и перемен против Турции
[Demir and Democracy Party - Turkey] (N 39210/98, 39974/98)


Постановления от 26 апреля 2005 г. [вынесены IV Секцией]


Парсил против Турции
[Parsil - Turkey] (N 39465/98)


Ездеш против Турции
[OzdeХ - Turkey] (N 42752/98)


Ходецкий против Польши
[Chodecki - Poland] (N 49929/99)


Мехмет Езел и другие заявители против Турции
[Mehmet Ozel and оthers - Turkey] (N 50913/99)


Бальчик против Турции
[Balcik - Turkey] (N 63878/00)


Фалакаолю против Турции
[Falakaoglu - Turkey] (N 77365/01)


Дюво против Франции
[Duveau - France] (N 77403/01)


(исключение жалобы из списка подлежащих рассмотрению дел)


Сокур против Украины
[Sokur - Ukraine] (N 29439/02)


Постановления от 26 апреля 2005 г. [вынесены II Секцией]


I.D. против Болгарии
[I.D. - Bulgaria] (N 43578/98)


Колев против Болгарии
[Kolev - Bulgaria] (N 50326/99)


Де Стэрк против Бельгии
[De Staerke - Belgium] (N 51788/99)


Урукало и Немет против Хорватии
[Urukalo and Nemet - Croatia] (N 26886/02)


Постановления от 28 апреля 2005 г. [вынесены I Секцией]


Альбина против Румынии
[Albina - Romania] (N 57808/00)


A.L. против Германии
[A.L. - Germany] (N 72758/01)


Бак против Германии
[Buck - Germany] (N 41604/98)


Постановления от 28 апреля 2005 г. [вынесены III Секцией]


Хаджиджанис против Греции
[Hadjidjanis - Greece] (N 72030/01)


Корре против Греции
[Korre - Greece] (N 37249/02)


Колибири против Греции
[Kolybiri - Greece] (N 43863/02)


Дюмон против Бельгии
[Dumont - Belgium] (N 49525/99)


Робинс де Шнейдауэр против Бельгии
[Robyns de Schneidauer - Belgium] (N 50236/99)


Рейнтьен против Бельгии
[Reyntiens - Belgium] (N 52112/99)


Постановления от 28 апреля 2005 г. [вынесены I Секцией]


Василенков против Украины
[Vasilenkov - Ukraine] (N 19872/02)


Демченко против Украины
[Demchenko - Ukraine] (N 35282/02)


Гришечкин и другие заявители против Украины
[Grishechkin end other - Ukraine] (N 26131/02)


Странников против Украины
[Strannikov - Ukraine] (N 49430/99)


Постановления от 3 мая 2005 г. [вынесены II Секцией]


Компания "Эко-Энерджиб спол. с.р.о." против Чешской Республики
[Eko-Energie, spol. s.r.o. - Czech Republic] (N 65191/01)


Ге против Франции
[Guez - France] (N 70034/01)


Чижов против Украины
[Chizhov - Ukraine] (N 6962/02)


Постановления от 17 мая 2005 г. [вынесены II Секцией]


Мазгутова против Словакии
[Mazgutova - Slovakia] (N 65998/01)


Z.M. и K.P. против Словакии
[Z.M. and K.P. - Slovakia] (N 50232/99)


Постановления от 17 мая 2005 г. [вынесены IV Секцией]


Вигру против Франции
[Vigroux - France] (N 62034/00)


Ле Дюигу против Франции
[Le Duigou - France] (N 61139/00)


Стамос против Греции
[Stamos - Greece] (N 14127/03)


Диамантидес против Греции
[Diamantides - Greece (N 2)] (N 71563/01)


Македонопулос против Греции
[Makedonopoulos - Greece] (N 16106/03)


Моисидис против Греции
[Moisidis - Greece] (N 16109/03)


Манолис против Греции
[Manolis - Greece] (N 2216/03)


Каггали против Греции
[Kaggali - Greece] (N 9733/03)


Постановления от 19 мая 2005 г. [вынесены I Секцией]


M.O. против Турции
[M.O. - Turkey] (N 26136/95)


Турхан против Турции
[Turhan - Turkey] (N 48176/99)


Торэ против Турции
[Tore - Turkey] (N 50744/99)


Стек-Риш и другие заявители против Лихтенштейна
[Steck-Risch and оthers - Liechtenstein] (N 63151/00)


Постановления от 19 мая 2005 г. [вынесены III Секцией]


Сухейла Айдын против Турции
[Shheyla Aydin - Turkey] (N 25660/94)


Езден против Турции
[Ozden - Turkey] (N 42141/98)


Эксинозлугил против Турции
[Eksinozlugil - Turkey] (N 42667/98)


Тириакьолю против Турции
[Tiryakioglu - Turkey] (N 45436/99)


Бузеску против Румынии
[Buzescu - Romania] (N 61302/00)


Тундж против Турции
[Tunj - Turkey] (N 54040/00)


Беркуш против Франции
[Berkouche - France] (N 71047/01)


Церковная организация "Ржимскокатолицка фарност обржистви" против Чешской Республики
[Riskokatolicka Farnost Obristvi - Czech Republic] (N 65196/01)


Дереджи против Турции
[Dereci - Turkey] (N 77845/01)


Постановления от 24 мая 2005 г. [вынесены II Секцией]


Думбравеану против Молдавии
[Dumbraveanu - Moldova] (N 20940/03)


Силдедзис против Польши
[Sildedzis - Poland] (N 45214/99)


Постановления от 24 мая 2005 г. [вынесены IV Секцией]


Дебелиц против Хорватии
[Debelic - Croatia] (N 2448/03)


Пейц против Хорватии
[Peic - Croatia] (N 16787/02)


Задро против Хорватии
[Zadro - Croatia] (N 25410/02)


Постановления от 26 мая 2005 г. [вынесены I Секцией]


Костин против Румынии
[Costin - Romania] (N 57810/00)


Постановления от 26 мая 2005 г. [вынесены III Секцией]


I.R.S. против Турции
[I.R.S. - Turkey] (j/s) (N 26338/95)


Веттэ против Франции
[Vetter - France] (N 59842/00)


Гюльтекин против Турции
[Gultekin - Turkey] (N 52941/99)


Кайатепе против Турции
[Kayatepe - Turkey] (N 57375/00)


Аджунбай против Турции
[Acunbay - Turkey] (N 61442/00, 61445/00)


Динлер против Турции
[Dinler - Turkey] (N 61443/00)


Постановления от 31 мая 2005 г. [вынесены II Секцией]


Дюмон-Маливер против Франции
[Dumont-Maliverg - France] (N 57547/00, 68591/01)


T.K. и S.E. против Финляндии
[T.K. and S.E. - Finland] (N 38581/97)


Постановления от 31 мая 2005 г. [вынесены IV Секцией]


В порядке применения подпункта "с" пункта 2 Статьи 44 Конвенции


6 июля 2005 года коллегия в составе пяти судей Большой Палаты отклонила обращения о передаче дела на рассмотрение Большой Палаты, и в результате следующие Постановления Европейского Суда вступили в силу в соответствии с подпунктом "с" пункта 2 Статьи 44 Конвенции:


Майзит против России
[Mayzit - Russia] (N 63378/00)


Постановление от 20 января 2005 г. [вынесено I Секцией]


(См. "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of the European Court of Human Rights] N 71* (* "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of the European Court of Human Rights] N 71 соответствует Бюллетеню Европейского Суда по правам человека" N 6 за 2005 год.).)


Кроутер против Соединенного Королевства
[Crowther - United Kingdom] (N 53741/00)


Постановление от 1 февраля 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Политическая организация "Партидул комунистилор" против Румынии
[Partidul Comunistilor - Romania] (N 46626/99)


Постановление от 3 февраля 2005 г. [вынесено III Секцией]


(См. "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of the European Court of Human Rights] N 72* (* "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of the European Court of Human Rights] N 72 соответствует Бюллетеню Европейского Суда по правам человека" N 7 за 2005 год.).)


Лака против Франции
[Lacas - France] (N 74587/01)


Постановление от 8 февраля 2005 г. [вынесено II Секцией]


Андрианесис против Греции
[Andrianesis - Greece] (N 21824/02)


Постановление от 10 февраля 2005 г. [вынесено I Секцией]


K.A. и A.D. против Бельгии
[K.A. and A.D. - Belgium] (N 42758/98)


Постановление от 17 февраля 2005 г. [вынесено I Секцией]


(См. "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of the European Court of Human Rights] N 72* (* "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of the European Court of Human Rights] N 72 соответствует Бюллетеню Европейского Суда по правам человека" N 7 за 2005 год.)


Каллитсис против Греции (N 2)
[Kallitsis - Greece (N 2)] (N 38688/02)


Постановление от 17 февраля 2005 г. [вынесено I Секцией]


Хашиев и Акаева против России
[Khashiyev and Akayeva - Russia] (N 57942/00)


Исаева и другие заявители против России
[Isayeva and others - Russia] (N 57947/00)


Исаева против России
[Isayeva - Russia] (N 57950/00)


Познахирина против России
[Poznakhirina - Russia] (N 25964/02)


Постановления от 24 февраля 2005 г. [вынесены I Секцией]


(См. "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of the European Court of Human Rights] N 72* (* "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of the European Court of Human Rights] N 72 соответствует Бюллетеню Европейского Суда по правам человека" N 7 за 2005 год.).)


Компания "Будмет Сп." против Польши
[Budmet Sp.Z.O. - Poland] (N 31445/96)


Постановление от 24 февраля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Янкаускас против Литвы
[Jankauskas - Lithuania] (N 59304/00)


Постановление от 24 февраля 2005 г. [вынесено III Секцией]


Мериакри против Молдавии
[Meriakri - Moldova] (N 53487/99)


(исключение жалобы из списка подлежащих рассмотрению Европейским Судом дел)


Постановление от 1 марта 2005 г. [вынесено IV Секцией]


(См. "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of the European Court of Human Rights] N 73* (* "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of the European Court of Human Rights] N 73 соответствует Бюллетеню Европейского Суда по правам человека" N 7 за 2005 год.).)


Ллойд и другие заявители против Соединенного Королевства
[Lloyd and others - United Kingdom] (N 29798/96)


Биит и другие заявители против Соединенного Королевства
[Beet and others - United Kingdom] (N 47676/99)


Постановления от 1 марта 2005 г. [вынесены IV Секцией]


Яковлев против России
[Yakovlev - Russia] (N 72701/01)


Постановление от 15 марта 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Гоффи против Италии
[Goffi - Italy] (N 55984/00)


Постановление от 24 марта 2005 г. [вынесено III Секцией]


F.W. против Франции
[F.W. - France] (N 61517/00)


Постановление от 31 марта 2005 г. [вынесено I Секцией]


Статистические сведения*


Вынесенные Постановления**


  За июль 2005 года С начала 2005 года
Большая Палата 1 (2) 5 (8)
I Секция 24 183 (190)
II Cекция 17 (20) 145 (149)
III Секция 44 (45) 104 (106)
IV Секция 14 (15) 95 (143)
Секции в предыдущих составах 5 (7) 23 (25)
Всего 105 (113) 555 (621)

Вынесенные Постановления***


  За август 2005 года С начала 2005 года
Большая Палата 0 5 (8)
I Секция 9 192 (199)
II Cекция 3 148 (152)
III Секция 2 (3) 106 (109)
IV Секция 4 99 (147)
Секции в предыдущих составах 0 23 (25)
Всего 18 (19) 573 (640)

Постановления, вынесенные в июле 2005 года


Каким органом Суда вынесено По
существу
дела
Заключено
мировое
соглашение
Исключе-
но из
списка
подлежа-
щих
рассмот-
рению
дел
Прочие Всего
Большая Палата 1 (2) 0 0 0 1 (2)
I Секция 24 0 0 0 24
II Секция 16 (19) 1 0 0 17 (20)
III Секция 44 (45) 0 0 0 44 (45)
IV Секция 13 (14) 1 0 0 14 (15)
II Секция в прежнем составе 3 (4) 1 (2) 0 0 4 (6)
III Секция в прежнем составе 0 0 0 1 1
Всего 101 (108) 3 (4) 0 1 105 (113)

Постановления, вынесенные в августе 2005 года


Каким органом Суда вынесено По
существу
дела
Заключено
мировое
соглашение
Исключе-
но из
списка
подлежа-
щих
рассмот-
рению
дел
Прочие Всего
Большая Палата 0 0 0 0 0
I Секция 9 0 0 0 9
II Секция 3 0 0 0 3
III Секция 2 (3) 0 0 0 2 (3)
IV Секция 4 0 0 0 4
Всего 18 (19) 0 0 0 18 (19)

Постановления, вынесенные в 2005 года


Каким органом Суда вынесено По
существу
дела
Заключено
мировое
соглашение
Исключе-
но из
списка
подлежа-
щих
рассмот-
рению
дел
Прочие Всего
Большая Палата 5 (8) 4 0 0 5 (8)
I Секция 186 (193) 11 (12) 2 0 192 (199)
II Секция 133 (136) 7 3 1 148 (152)
III Секция 94 (97) 3 3 2 106 (109)
IV Секция 93 (141) 0 2 1 99 (147)
I Секция в прежнем составе 6 0 0 1 1
II Секция в прежнем составе 6 (7) 1 (2) 0 0 7 (9)
III Секция в прежнем составе 8 0 0 0 8
IV Секция в прежнем составе 0 0 0 1 1
Всего 531 (596) 26 (28) 10 6 573 (640)

Вынесенные решения


  За июль 2005 года C начала 2005 года
I. Жалобы, признанные приемлемыми
Большая Палата 0 0
I Секция 10 170 (172)
II Секция 8 130 (135)
III Секция 4 (5) 114 (120)
IV Секция 6 70 (74)
Всего 29 484 (501)
II. Жалобы, признанные неприемлемыми
Большая Палата 1 2 (4)
I Секция Палата 1 45 (46)
Комитет 400 3683
II Секция Палата 2 50
Комитет 159 2915
III Секция Палата 3 53
Комитет 419 3158
IV Секция Палата 6 90 (93)
Комитет 179 3160
Всего 1171 13 156 (13 162)
III. Жалобы, исключенные из списка подлежащих рассмотрению дел
I Секция Палата 0 32
Комитет 5 39
II Секция Палата 10 46
Комитет 9 51
III Секция Палата 0 17
Комитет 5 81
IV Секция Палата 3 28
Комитет 1 67
Всего 33 361
Всего Решений об исключении жалобы из списка подлежащих
рассмотрению дел (не включая частичных Решений)
(1233) 14 001 (14 024)

Количество жалоб, коммуницированных властям государства, на действия которого подана жалоба


Каким органом принято решение За июль 2005 года С начала 2005 года
I Секция 14 313
II Секция 36 529
III Cекция 20 266
IV Cекция 24 180 (181)
Общее количество коммуницированных жалоб 94 1288 (1289)

Вынесенные решения


  За август 2005 года C начала 2005 года
I. Жалобы, признанные приемлемыми
Большая Палата 0 0
I Секция 6 176 (178)
II Секция 24 154 (159)
III Секция 0 114 (120)
IV Секция 3 73 (77)
Всего 33 517 (534)
II. Жалобы, признанные неприемлемыми
Большая Палата 0 2 (4)
I Секция Палата 1 46 (47)
Комитет 0 3683
II Секция Палата 3 53
Комитет 172 3087
III Секция Палата 0 53
Комитет 87 3245
IV Секция Палата 8 98 (101)
Комитет 92 3252
Всего 363 13 519 (13 525)
III. Жалобы, исключенные из списка подлежащих рассмотрению дел
I Секция Палата 2 34
Комитет 0 39
II Секция Палата 3 49
Комитет 1 52
III Секция Палата 0 17
Комитет 2 83
IV Секция Палата 5 33
Комитет 0 67
Всего 13 375
Всего Решений об исключении жалобы из списка подлежащих
рассмотрению дел (не включая частичных Решений)
(409) 14 410 (14 1443)

Количество жалоб, коммуницированных властям государства, на действия которого подана жалоба


Каким органом принято решение За август 2005 года С начала 2005 года
I Секция 19 332
II Секция 64 577
III Cекция 0 266
IV Cекция 42 223
Общее количество коммуницированных жалоб 125 1398

______________________________

* Статистические сведения предварительны. То или иное Постановление или Решение Европейского Суда может быть вынесено в отношении нескольких жалоб (в скобках приводится количество жалоб, в отношении которых вынесено Постановление или Решение). Употребляемый в Бюллетене значок * означает, что Постановление не является окончательным.

**, *** Статистические сведения, касающиеся Постановлений, вынесенных Секциями Европейского Суда, приводятся без учета реорганизации Секций, которая была проведена 1 ноября 2004 г. Обозначение "Секции в прежнем составе" в данных таблицах относится к Секциям в их составе до 1 ноября 2004 г.


Постановления и Решения по жалобам против Российской Федерации


Рыцарев против Российской Федерации
[Rytsarev v. Russia]


По делу обжалуются условия содержания заявителя под стражей в камере для административно задержанных лиц и нерассмотрение его ходатайства об освобождении его из-под стражи.


Кузин против Российской Федерации
[Kuzin v. Russia]


По делу обжалуется чрезмерная, по мнению заявителя, длительность судебного разбирательства по делу о признании его авторских прав и компенсации ему причиненного в связи с нарушением авторских прав ущерба.


Вохмина против Российской Федерации
[Vokhmina v. Russia]


По делу обжалуется чрезмерная, по мнению заявителя, длительность судебного разбирательства по делу, в рамках которого она была ответчиком, о возврате денежного долга.




Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 1/2006


Проект Московского клуба юристов и редакционно-издательского объединения "Новая юстиция"


Перевод: Власихин В.А.


Данный выпуск "Бюллетеня Европейского Суда по правам человека" основан на английской версии бюллетеня "Information Note N 77 on the case-law of the July-August 2005"


Текст издания представлен в СПС Гарант на основании договора с РИО "Новая юстиция"


Актуальная версия заинтересовавшего Вас документа доступна только в коммерческой версии системы ГАРАНТ. Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получить полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня.

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.