|
18 октября 2021 г.
|
Дело N А45-11471/2014
|
Резолютивная часть постановления объявлена 30 сентября 2021 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 18 октября 2021 года.
Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего Иванова О.А.,
судей Иващенко А.П.,
Усаниной Н.А.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем Леоновой Г.Е. с использованием средств аудиозаписи в режиме веб-конференции, рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ООО "ТД "Сибмаш", ООО ГК "СМК", ООО СКБ "Сибэлектротерм", ООО "Металлокомплект-КЯ", ООО "УниверсалСтройИнвест", Утиралова Олега Александровича (07АП-8879/2015(145)), ООО "Инвест Плюс" (07АП-8879/2015(146)), ООО "НВИ" (07АП-8879/2015(147)), конкурсного управляющего Лебедева С.В. (07АП-8879/2015(149)) на определение от 30.03.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу N А45-11471/2014 (судья Сорокина Е.А.) о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества "Сибирский завод электротермического оборудования" (ИНН 5403102220, ОГРН 1025401301001), принятого по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Инвест Плюс" о привлечении Утиралова Олега Александровича, Солодовой Ирины Владимировны, Белоусова Евгения Ивановича, Кузьмина Михаила Георгиевича, общества с ограниченной ответственностью ГК "Сибирская машиностроительная компания", общества с ограниченной ответственностью Торгового дома "Сибмаш", общества с ограниченной ответственностью "Сибэлектротерм", общества с ограниченной ответственностью индустриального парка "Кировский", общества с ограниченной ответственностью "УниверсалСтройИнвест", общества с ограниченной ответственностью "Гормаш", общества с ограниченной ответственностью ПК "Металлокомплект-КЯ", общества с ограниченной ответственностью "Бухгалтер", общества с ограниченной ответственностью СКБ "Сибэлектротерм", акционерного общества СКБ "Сибэлектротерм" к субсидиарной ответственности по обязательствам должника открытого акционерного общества "Сибирский завод электротермического оборудования", заявление конкурсного управляющего открытого акционерного общества "Сибирский завод электротермического оборудования" Лебедева Сергея Викторовича о привлечении Утиралова Олега Александровича, Белоусова Евгения Ивановича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,
В судебном заседании приняли участие:
от Утиралова О.А. - Кузнецов А.А. (доверенность от 02.03.2020),
от ООО "ТД "Сибмаш" - Кузнецов А.А. (доверенность от 11.01.2021), Луговцов М.Ю. (доверенность от 14.09.2021),
от ООО ГК "СМК" - Кузнецов А.А. (доверенность от 11.01.2021),
от ООО "ГОРМАШ" - Кузнецов А.А. (доверенность от 11.01.2021),
от ООО СКБ "Сибэлектротерм" - Кузнецов А.А. (доверенность от 11.01.2021),
от ООО "Металлокомплект-КЯ" - Кузнецов А.А. (доверенность от 11.01.2021),
от ООО "УниверсалСтройИнвест" - Кузнецов А.А. (доверенность от 11.01.2021),
Белоусов Е.И. (паспорт),
от АО "Сибирское специальное конструкторское бюро электротермического оборудования" - Елизаров В.В.(доверенность от 15.03.2021), Черникова В.А (доверенность от 16.09.2020),
от ООО "Инвест Плюс" - Хаустова К.С. (доверенность от 09.02.2021),
от конкурсного управляющего - Полежайкина О.А.,
от ООО "НВИ" - Мамыкина С.В. (доверенность от 17.06.2020),
иные лица, участвующие в деле, не явились, надлежащее извещение
УСТАНОВИЛ:
19.05.2020 в Арбитражный суд Новосибирской области поступило заявление конкурсного управляющего открытого акционерного общества (далее - ОАО) "Сибирский завод электротермического оборудования" Лебедева Сергея Викторовича о привлечении Утиралова Олега Александровича, Белоусова Евгения Ивановича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.
07.04.2020 в Арбитражный суд Новосибирской области поступило заявление ООО "Инвест Плюс" о привлечении Утиралова Олега Александровича, Солодовой Ирины Владимировны, Белоусова Евгения Ивановича, Кузьмина Михаила Георгиевича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в котором указаны следующие основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам.
Определением от 30.03.2021 Арбитражного суда Новосибирской области признано доказанным наличие оснований для привлечения Утиралова Олега Александровича, Белоусова Евгения Ивановича, общества с ограниченной ответственностью ГК "Сибирская машиностроительная компания", общества с ограниченной ответственностью Торгового дома "Сибмаш", общества с ограниченной ответственностью "Сибэлектротерм", общества с ограниченной ответственностью индустриального парка "Кировский", общества с ограниченной ответственностью "УниверсалСтройИнвест", общества с ограниченной ответственностью "Бухгалтер", общества с ограниченной ответственностью СКБ "Сибэлектротерм", общества с ограниченной ответственностью "Гормаш", общества с ограниченной ответственностью ПК "Металлокомплект-КЯ" к субсидиарной ответственности по обязательствам открытого акционерного общества "Сибэлектротерм". Приостановлено производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам открытого акционерного общества "Сибирский завод электротермического оборудования" Утиралова Олега Александровича, Белоусова Евгения Ивановича, общества с 43 А45-11471/2014 ограниченной ответственностью ГК "Сибирская машиностроительная компания", общества с ограниченной ответственностью Торгового дома "Сибмаш", общества с ограниченной ответственностью "Сибэлектротерм", общества с ограниченной ответственностью индустриального парка "Кировский", общества с ограниченной ответственностью "УниверсалСтройИнвест", общества с ограниченной ответственностью "Бухгалтер", общества с ограниченной ответственностью СКБ "Сибэлектротерм", общества с ограниченной ответственностью "Гормаш", общества с ограниченной ответственностью ПК "Металлокомплект-КЯ" до окончания расчетов с кредиторами в деле о банкротстве открытого акционерного общества "Сибирский завод электротермического оборудования". В части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам открытого акционерного общества "Сибирский завод электротермического оборудования" Солодовой Ирины Владимировны, Кузьмина Михаила Георгиевича, акционерного общества СКБ "Сибэлектротерм", Чертулина Петра Валентиновича отказано. Обеспечительные меры, принятые определением арбитражного суда от 28.12.2020 в части наложения ареста на движимое и недвижимое имущество (включая денежные средства) Солодовой Ирины Владимировны, Чертулина Петра Валентиновича отменены.
С вынесенным определением не согласились подавшие апелляционные жалобы ООО "ТД "Сибмаш", ООО ГК "СМК", ООО СКБ "Сибэлектротерм", ООО "Металлокомплект-КЯ", ООО "УниверсалСтройИнвест", Утиралова Олега Александровича, ООО "Инвест Плюс", ООО "НВИ".
При этом в апелляционной жалобе ООО "НВИ" содержалось ходатайство о проведении финансово-экономической экспертизы для определения неплатежеспособности, недостаточности имущества должника.
В дополнениях к апелляционной жалобе указано, что не указаны новые обстоятельства обосновывающие отсутствие необходимости обеспечительных мер. Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц не рассмотрено по существу.
В судебном заседании представитель 10.06.2021 ООО "НВИ" поддержала апелляционную жалобу и ходатайство о проведении экспертизы.
Апелляционный суд исходил из того, что неплатежеспособность, с точки зрения законодательства о банкротстве, является юридической категорией, определение наличия которой относится к исключительной компетенции судов, равно как и категории добросовестности, разумности, злоупотребления, вины и прочих. По смыслу положений арбитражного процессуального законодательства перед экспертом может быть поставлен только вопрос факта (в данном случае оценка финансового состояния должника), в то время как установление признаков неплатежеспособности относится к вопросам права, в силу чего основанный для назначения судебной экспертизы не усматривается. Аналогичный правовой подход изложен в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 N 310-ЭС20-7837.
Апелляционный суд в судебном заседании 10.06.2021 протокольным определением отказал в назначении судебной экспертизы.
В дальнейшем поступил отзыв ООО "НВИ" на апелляционную жалобу. Также представлено ходатайство о назначении финансово-экономической экспертизы, поставив перед экспертами следующие вопросы:
- определить финансовое состояние должника в период с 2011 по 2017 год;
- выявить факторы, повлиявшие на финансовое состояние должника в 2001 - 2017 годах, то есть каковы причины изменения финансового состояния должника в указанный период (2011 - 2017 годы).
Откладывая рассмотрение апелляционных жалоб, апелляционный суд предлагал участвующим в деле, принять исчерпывающие меры к ознакомлению с материалами дела, заблаговременно до начала судебного заседания представить документально обоснованные отзывы и пояснения по существу апелляционной жалобы, указать имеющиеся в материалах дела доказательства, подтверждающие требования и возражения (в случае отказа в назначении экспертизы), выразить свое мнение относительно ходатайства о назначении экспертизы, указать свои вопросы для постановки перед экспертами, кандидатуры экспертов или экспертной организации, внести необходимую денежную сумму в депозит апелляционного суда (в случае назначения экспертизы).
В дальнейшем от ООО "НВИ" поступили дополнения к ходатайству о назначении судебной экспертизы. Указано, что отсутствуют процессуальные препятствия для назначения судебной экспертизы. Проведение экспертизы позволит установить обстоятельства имеющие значение для дела, в том числе момент надлежащей подачи заявления о банкротстве должника.
От АО "СКБ Сибэлектротерм" и Кузьмина М.Г. поступили дополнительные возражения относительно ходатайства о назначении повторной экспертизы. Указано, что в материалах дела имеется отчет составленный Федеральным государственным учреждением науки Институтом экономики и организации промышленного производства Сибирского отделения Российской Академии наук. Необходимость в финансово-экономической экспертизе отсутствует.
В письменных пояснениях ООО ТД "Сибмаш" поддерживает ходатайство о назначении экспертизы. Просит поручить е проведение экспертам Степановой Елене Сергеевне, Федоровой Светлане Валерьевне (ООО "Федэксперт"). Представляет документы ООО "Федэксперт" о возможности выполнения экспертизы. Указывает вопросы для постановки перед экспертом: 1. Определить финансовое состояние должника за период 2011 - 2014 г.г. 2. Определить внешние и внутренние факторы, повлиявшие на экономическое и финансовое состояние должника в период 2011 - 2014 г.г. 3. Каковы последствия получения кредита НОМОС банка (Банк "Открытие") в размере 270 млн. руб. с залогом земельного участка для финансового состояния должника? 4. Каково влияние решений и действий руководителей и акционеров ОАО "Сибэлектротерм" в период 2011 - 2014 г.г. на финансовое состояние должника с учетом внесения изменений в Устав Общества и учреждения должности Президента Общества? 5. Каково экономическое влияние действий юридических организаций и физических лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, на финансовое положение должника за период 2011 - 2014 гг.? Указывает ограничение периода исследования 2014 годом.
В дополнениях к ходатайству о назначении экспертизы ООО "НВИ" указывает на наличие сомнений в возможности ООО "Федэксперт" провести экспертизу. Выражает несогласие с предложенными вопросами для постановки перед экспертом.
От конкурсного управляющего поступили письменные пояснения, в которых предлагает поручить проведение экспертизы АНО "ЭКЦ "След". Для постановки перед экспертом предлагает вопросы предложенные ООО "НВИ".
В судебном заседании лица, участвующие в деле поддержали письменно изложенные позиции и ранее данные пояснения.
Представитель ООО "НВИ" и ООО "Инвест Плюс" просили назначить экспертизу. В споре по субсидиарной ответственности все документы для этого представлены. Отчет института Сибирского отделения Академии наук РАН РФ это не экспертиза. Эксперт не предупреждался об уголовной ответственности. Экспертиза не приведет к затягиванию рассмотрения спора. Дело о банкротстве возбуждено в 2014 года, должник признан банкротом в 2017 году. Этот период следует оценить в ходе экспертизы. Момент объективного банкротства определить невозможно, неясно, какие факторы привели к банкротству.
Лица, не направившие своих представителей в судебное заседание извещены надлежащим образом. На основании ст.ст. 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.
Апелляционный суд исходит из следующего.
Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
Апелляционный суд учитывает, что в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2018 N 310-ЭС17-20671 указано, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота принцип состязательности сторон при осуществлении правосудия (ст. 9 АПК РФ) реализуется арбитражным судом путем создания лицам, участвующим в деле, условий для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств, обеспечения права высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств.
Обстоятельства дела могут устанавливаться в том числе путем назначения необходимых экспертиз.
При этом следует учитывать, что на разрешение эксперта не могут быть переданы вопросы права, отнесенные к компетенции арбитражного суда.
Апелляционный суд, рассматривая ранее заявленное ходатайство о проведении экспертизы, исходил из того, что неплатежеспособность, с точки зрения законодательства о банкротстве, является юридической категорией, определение наличия которой относится к исключительной компетенции судов, равно как и категории добросовестности, разумности, злоупотребления, вины и прочих. По смыслу положений арбитражного процессуального законодательства перед экспертом может быть поставлен только вопрос факта.
Аналогичный правовой подход изложен в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 N 310-ЭС20-7837.
Во вновь заявленном ходатайстве сформулированы иные, чем ранее, вопросы для постановки перед экспертом. При этом они также фактически направлены на передачу в сферу разрешения эксперта вопросов оценки обстоятельств дела, а не установления тех или иных фактов с помощью специальных знаний.
Апелляционный суд приходит к выводу о том, что причины неплатежеспособности должника должны быть установлены самим судом на основании представленных сторонами доказательств. Назначение экспертизы по заявленным вопросам фактически направлено на передачу в компетенцию эксперта вопросов, подлежащих разрешению самим судом.
При указанных обстоятельствах основания для назначения экспертизы отсутствуют. В удовлетворении соответствующего ходатайства следует отказать.
Оценивая доводы стороны по существу спора с учетом требований апеллянтов, апелляционный суд приходит к следующим выводам.
Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 N 266-ФЗ), вступившим в силу в основной своей части с 30.07.2017, статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".
Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ").
Ввиду того, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, устанавливающие основания для привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе понятие контролирующего должника лица, презумпции отнесения к последнему, срок подозрительности, и действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.
Указанная правовая позиция изложена в пункте 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", в котором разъяснено, что после вступления в силу новых норм, регулирующих положения о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, основания для применения такой ответственности квалифицируются, исходя из законодательства, действовавшего в тот момент, когда соответствующие обстоятельства имели место.
Как следует из материалов дела, производство по делу о банкротстве открытого акционерного общества "Сибирский завод электротермического оборудования" возбуждено 16.06.2014.
В дальнейшем определением Арбитражного суда Новосибирской области от 03.02.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения.
Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 21.09.2017 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.
По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).
Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.
Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.
Зачастую конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника. Его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.
В такой ситуации судам следовало проанализировать поведение привлекаемого к ответственности лица и должника. О наличии подконтрольности, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лица, привлекаемого к ответственности; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т.д.
Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств дачи указаний, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности лицо.
Из имеющихся в деле доказательств следует и верно установлено судом первой инстанции, что руководство должником осуществлялось следующими лицами:
Кузьминым Михаилом Георгиевичем до 04.08.2012, с 04.08.2012 по 04.08.2014 исполнял обязанности председателя Совета директоров на основании контракта с президентом общества (председателем Совета директоров). Решением Кровского районного суда г. Новосибирска от 11.04.2016 по делу N 2-725/16 установлено наличие фактических трудовых отношений с должником в период с 04.08.2012 по 04.08.2014;
Утираловым Олегом Александровичем с 04.08.2012 по 30.06.2015; Утиралов Олег Александрович владеет 23,58% голосующих акций завода лично и 28,96% через ООО "Универсалстройинвест";
Белоусовым Евгением Ивановичем в период с 15.04.2016 по 30.06.2016.
При этом факт юридической и фактической аффилированности ООО ГК "Сибирская машиностроительная компания" неоднократно устанавливался судебными актами в данном деле (постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.11.2018),
Факт аффилированности должника и общества с ограниченной ответственностью ТД "Сибмаш" и ООО "УниверсалСтройИнвест" установлен, в частности, постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2019.
Факт аффилированности ООО "Металлокомплект-КЯ" и ООО "Сибирская машиностроительная компания" установлен постановлением Арбитражного суда Западно- Сибирского округа по делу N А45-10071/2017 от 28.03.2019.
Факт аффилированности ООО "ГОРМАШ", ООО "Индустриальный парк Кировский" через Утиралова Олега Александровича установлен вступившим в законную судебным актом, принятым в рамках настоящего дела, которым сделка должника с ООО ИП "Кировский" признана недействительной по мотиву совершения с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.
Применительно к заявленным основаниям привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности следует учитывать момент совершения (несовершения) вменяемых действий и содержание правовых норм законодательства о банкротстве, действовавших в указанные период времени.
Оценивая доводы о неподаче заявления о признании должника банкротом следует учитывать следующее.
Поскольку указана дата надлежащей подачи заявления о банкротстве общества 28.03.2013, применению подлежит статья 10 Закона о банкротстве в редакции изменений, внесенных Федеральным законом от 28.04.2009 N 73-ФЗ.
При этом с учетом разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.2017 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), редакция данного закона однозначно исключает из состава лиц, подлежащих привлечению к субсидиарной ответственности всех контролирующих должника лиц, кроме руководителя должника.
Обязанность иных лиц по подаче заявления о банкротстве должника на основании пункта 3.1. статьи 9 Закона о банкротстве, введена в действие Законом N 266-ФЗ, поэтому Кузьмин Михаил Георгиевич (председатель совета директоров) на тот период времени не обладал соответствующими полномочиями по подаче заявления. На момент введения в действие пункта 3.1. статьи 9 Закона о банкротстве производство по делу о банкротстве в отношении должника уже было возбуждено. Поэтому Кузьмин М.Г. не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по данному основанию.
Аналогично не подлежат привлечению к ответственности лица, официально не находящиеся в трудовых отношений с должником, не обладающие властно-распорядительным функциями единоличного исполнительного органа общества.
Из материалов дела не следует, что Солодова Ирина Владимировна являвшаяся исполнительным директором общества обладала полномочиями единоличного исполнительного органа общества в соответствии с уставными документами должника.
Не представлено обоснования и доказательств наличия у нее полномочий по подаче заявления о банкротстве общества.
Применительно к обязанности лица, осуществлявшего функции единоличного исполнительного органа общества на дату 28.03.2013 указанную как дата надлежащей подачи заявления о банкротстве общества, следует исходить из того, что случаи, которые обязывают должника подать заявление должника в арбитражный суд, установлены в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.
Пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве, предусматривает обязанность руководителя должника обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в том числе, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.
При этом при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 названного Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.
Согласно абзацу второму статьи 2 Закона о банкротстве банкротство - это неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданским обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, признанная арбитражным судом. Тогда как неплатежеспособность - это лишь прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (абзац тридцать четвертый ст. 2 Закона о банкротстве).
Сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства) (Определение Верховного Суда РФ от 21.04.2016 по делу N 302-ЭС14-1472).
Сам по себе факт увеличения размера обязательств должника и непокрытого убытка от осуществления деятельности при установлении иных конкретных обстоятельств не означает, что удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов привело бы к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами и руководитель должника обязан был обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника (Определение ВАС РФ от 24.07.2014 N ВАС-9705/14).
Коммерческая деятельность хозяйствующего субъекта может представлять собой чередование периодов, когда финансовые показатели имеют отрицательные значения, с периодами, когда они выходят в положительные величины.
В настоящем деле не представлено доказательств того, что с момента 28.03.2013 и до даты возбуждения дела о банкротстве финансовые показатели общества имели устойчивую негативную тенденцию и для разумного руководителя общества не могло не быть очевидным состояние финансового кризиса общества.
Напротив, по информации, отраженной в годовых отчетах должника, величина чистых активов по итогам 2014 года составляла 13 644 000 рублей. Согласно предварительного отчета по первому этапу разработки "Программы развития ОАО "Сибэлектротерм" на период 2014-2015 годы", выполненного Федеральным государственным бюджетным учреждением науки "Институт экономики и организации промышленного производства Сибирского отделения Российской Академии наук" по договору с ОАО "Сибэлектротерм" от 20.11.2013 в 2013 году не смотря на существенное снижение объёмов продаж, структура бухгалтерского баланса удовлетворительная - коэффициенты текущей ликвидности и обеспеченности собственными оборотными средствами больше норматива.
Не представлено доказательств того, что на указанную заявителем дату должник находился в ситуации финансового кризиса, которая переросла в дальнейшем в банкротство.
Объективное банкротство - это критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей (точка бифуркации).
Оценивая обстоятельства и причины банкротства общества, апелляционный суд учитывает, что основания для признания обоснованным заявления должника и заявления кредитора о банкротстве одного и того же лица применительно к законодательству о банкротстве являются различными.
Дело о банкротстве открытого акционерного общества "Сибирский завод электротермического оборудования" было возбуждено 16.06.2014 по заявлению общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом "Транссибметалл". В дальнейшем аналогичные заявления подавались и иными лицами.
При этом должником предпринимались меры по расчетам с кредиторами, в том числе оплачивались задолженности, предоставлялось имущество в качестве отступного.
Это указывает на наличие у должника финансовых возможностей для этого.
Только 03.02.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения, когда арбитражный суд признал требования общества с ограниченной ответственностью "ГК Сибирь Транс" к должнику открытому акционерному обществу "Сибирский завод электротермического оборудования" обоснованными.
Требования кредитора были основаны на решении Арбитражного суда Новосибирской области от 02.10.2014 по делу N А45-12800/2014. То есть до указанной даты задолженность была спорной, в том числе и по состоянию на 28.03.2013.
Указанная заявителем как основание заявленного требования задолженность взысканная в пользу акционерного общества Инженерно-технический центр "ГАЗТЕХНАДЗОР"по делу N А45-3930/2013 возникла в связи с оспариванием должником качества выполнения работ. Судебный акт по делу вынесен 19.07.2014, то есть после подачи заявления о признании должника банкротом.
Таким образом, апелляционный суд приходит к выводу о том, что не представлены доказательства наличия признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника в указанный заявителем срок. У руководителя общества отсутствовали основания оценивать финансовые трудности общества как непреодолимые, влекущие неизбежное банкротство.
Процедура банкротства должника инициирована кредитором исходя из спорной задолженности, размер которой не мог быть очевиден до вступления в законную силу судебного акта по спору.
Для кредитора наличие судебного акта о взыскании долга превышающего пороговое значение установленное законодательством о банкротстве было достаточным. Для руководителя должника даже сам по себе такой судебный акт не означал необходимость подачи заявления о банкротстве. Для подачи должником заявления о банкротстве установлены иные основания, чем долг перед конкретным кредитором.
Апелляционный суд исходя из обстоятельств дела, приходит к выводу о том, что банкротство должника имело естественные экономические причины, не было спровоцировано какими бы то ни было конкретными действиями отдельных лиц.
С учетом изложенного апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что не имеется оснований для привлечения кого-либо к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве.
В качество основания привлечения к субсидиарной ответственности Кузьмина Михаила Георгиевича, Утиралова Олега Александровича, Белоусова Евгения Ивановича, Солодовой Ирины Владимировны указано на о непередачу бухгалтерской документации конкурсному управляющему.
Солодова Ирина Владимировна являлась исполнительным директором общества. При этом не доказано у нее полномочий и обязанностей единоличного исполнительного органа общества, а также обязанности по ведению и хранению бухгалтерской документации. Не обосновано наличие у нее обязанности по передаче бухгалтерской документации общества конкурсному управляющему.
Конкурсное производство в отношении должника открыто 21.09.2017. Документация подлежала передаче конкурсному управляющему руководителем должника в течение трех дней со дня утверждения конкурсного управляющего.
Арбитражный суд первой инстанции учитывал период совершения бывшими руководителями должника вменяемых им действий (ненадлежащее ведение и хранение бухгалтерской документации), являющихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, применению подлежат положения пункта 4 статьи 10 в редакции Закона N 73-ФЗ в отношении ведения и хранения бухгалтерской документации за 2012 год, пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ в отношении ведения и хранения бухгалтерской документации за 2013-2016, а также статья 61.11 Закона о банкротстве (в отношении ведения и хранения бухгалтерской документации за 2017 год), содержащие презумпцию доведения должника до банкротства в результате отсутствия документов бухгалтерского учёта и (или) отчётности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации.
Действительно, если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.
Таким образом, правонарушение контролирующего должника лица может выражаться не в том, что оно не передало бухгалтерскую и иную документацию должника конкурсному управляющему, а в противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.
Как следует из материалов дела, на дату признания должника банкротом должника являлся Белоусов Евгений Иванович. В дело представлены акты о передаче им документации должника.
Кроме того, при рассмотрении заявления конкурсного управляющего Смирнова Артура Андреевича об истребовании документации должника у Белоусова Евгения Ивановича был сделан вывод о том, что руководитель должника не уклонялся от передачи конкурсному управляющему документации, о чем свидетельствуют подписанные сторонами акты, документация хранится на территории должника, являющегося крупным производственным предприятием.
Документация должника изымалась правоохранительными органами в рамках расследования уголовного дела, что сторонами не оспаривается.
Кроме того, бухгалтерскую отчетность должника вела привлеченная организация ООО "Бухгалтер", которая также осуществляла передачу документов конкурсному управляющему.
Данные выводы суда не опровергнуты.
В части требования предъявленного к Кузьмину Михаилу Георгиевичу следует учитывать, что он являлся руководителем должника до 04.08.2012. Не представлено доказательств того, что после прекращения его полномочий к нему предъявлялись требования о передаче документации. Учитывая дату прекращения полномочий Кузьмина М.Г. было бы затруднительно представление доказательств передачи документов Кузьминым М.Г.
Применительно к требованию в отношении Утиралова Олега Александровича арбитражный суд первой инстанции правомерно учитывал, что бухгалтерский баланс за 2016 составлялся привлеченной организацией ООО "Бухгалтер", лицом подконтрольным Утиралову Олегу Александровичу. Кроме того, что все материалы дела свидетельствуют о том, что реальным бенефициаром должника с 2012 года до даты введения процедуры банкротства являлся Утиралов Олег Александрович, по воле которого и формировалась бухгалтерская отчетность, на котором и должна лежать соответствующая ответственность за её искажение.
При этом факты искажения бухгалтерской документации следуют из протоколов заседаний и решения Совета директоров, признающих недостоверной бухгалтерскую отчетность должника.
С учетом изложенного имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности по указанному основанию Утиралова Олега Александровича.
В отношении иных лиц такие основания отсутствуют.
Оценивая доводы относительно того, что должник был доведен до банкротства действиями контролирующих лиц, апелляционный суд исходит из того, что силу положений пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.
При этом к контролирующим должника лицам относятся лица, имевшее право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок.
Необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).
Подлежит учету степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, значительность его влияния на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.
Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.
В пункте 17 постановления Пленума ВС РФ N 53 разъяснено, что контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарнойответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Применительно к данному основанию ответственности контролирующим должника лицом может быть признано не только то лицо, которое напрямую определяло действия должника, но и лицо, которое извлекало выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного поведения непосредственно контролирующих должника лиц.
Исходя из изложенных правовых подходов апелляционный суд оценивает фактические обстоятельства дела и доводы о том, что ООО ТД "Сибмаш" и ООО ТД "Сибэлектротерм" (о привлечении его к ответственности не заявлено) были созданы непосредственно перед возбуждением дела о банкротстве должника.
Арбитражный суд первой инстанции верно установил, что ООО Торговый дом "Сибэлектротерм" (ИНН 5403357387) создано 27.03.2014, соучредителем данной компании с долей в 50% является Гаранина Мария Владимировна.
Данная организация с даты своего создания находилась по адресу должника, арендуя помещения, в данную организацию перешли часть работников предприятия.
Согласно штатным расписаниям ООО ТД "Сибэлектротерм" за период с 2014 по 2016 год в штате находились максимально 22 единицы персонала, большая часть которых являлась административно-управленческим персоналом.
В рамках судебных дел установлено, что между
