|
02 июня 2021 г.
|
Дело N А40-105425/18
|
Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2021 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 02 июня 2021 года.
Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Ю.Л.Головачевой,
судей С.А.Назаровой, Д.Г.Вигдорчика,
при ведении протокола секретарем судебного заседания А.М.Козловой,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО "УпакРото" на определение Арбитражного суда г. Москвы от 04 марта 2021 года по делу N А40-105425/2018, принятое судьей Е.С.Игнатовой, об удовлетворении заявление конкурсного кредитора о признании недействительными операций по перечислению должником в пользу ответчика денежных средств в размере 15.115.000,00 руб. в счет возврата займа по договору процентного займа N б/н от 01.06.2015, а также о применении последствий недействительности этих платежей
при участии в судебном заседании: от ООО "УПАКрото" - Волкова М.А. дов.от 01.03.2019; от ООО "УпакСервис" - Чернявская О.В. дов.от 29.12.2020
УСТАНОВИЛ:
Решением Арбитражного суда города Москвы от 03.09.2018 по делу N А40-105425/18 общество с ограниченной ответственностью "Инвестиционные развития территорий" (далее - Должник) признано несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим утверждена Соцкая Н.Н.
Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.12.2019 Соцкая Наталья Николаевна освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим должника утвержден Лукьянов Андрей Сергеевич (далее - конкурсный управляющий)
Общество с ограниченной ответственностью "УпакСервис" (далее - Кредитор) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительными операций по перечислению Должником в пользу Гарнова Максима Александровича (далее - ответчик) денежных средств в общем размере 15.115.000 руб. в счет возврата займа по договору процентного займа N б/н от 01.06.2015, а также о применении последствий недействительности этих платежей в виде взыскания с ответчика полученных денежных средств в конкурсную массу Должника.
Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2021 по делу N А40-105425/18 заявленные конкурсного Кредитора удовлетворено в полном объеме.
Не согласившись с вынесенным судебным актом общество с ограниченной ответственностью "УпакРото" обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой в которой просит изменить мотивировочную часть определения указав в качестве оснований для признания сделки недействительными п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и исключить из мотивировочной части судебного акта вывод о недействительности оспоренной сделки на основании ст. 168 ГК РФ и п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители ООО "УпакСервис" и ООО "УпакКрото" поддержал доводы, заявленные в апелляционной жалобе, в связи с чем просили изменить обжалуемое определение.
Апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, исходя из норм ст. ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).
В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.
Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
Руководствуясь ст.ст. 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит выводу
Как следует из материалов дела, согласно сведениям, содержащимся в выписке о движении денежных средств по счету Должника N 40701810300000000375, открытому в ПАО АКБ "Авангард", в период с 01.06.2015 по 09.06.2015 Гарновым Максимом Александровичем были перечислены Должнику денежные средства в размере 21 400 000 рублей с назначением платежа "Оплата процентного займа (15% годовых) НДС не облагается.
В период с 17.06.2015 по 17.02.2016 Должник осуществлял частичный возврат указанной суммы займа и возвратил сумму в общем размере 15.115.000 руб.
Полагая, что спорные платежи являются недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), а также статьями 10 и 168 ГК РФ, конкурсный кредитор обратился в Арбитражный суд города Москвы с настоящим заявлением (т. 1 л.д. 4).
Признавая оспариваемые сделки недействительными, Арбитражный суд города Москвы указал, что вступившего в законную силу постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2019 по настоящему делу, Гарнов Максим Александрович является лицом, контролирующим и оказывающим существенное влияние на принимаемые должником решения, поскольку являлся участником должника с долей 48,16%, впоследствии с 12.10.2016 г. Гарнов М.А. увеличил свою долю в названном обществе до 99,945% (доля ООО "ФинансГаранти" 99,89% + доля Гарнова М.А. 0,055 %), являлся при этом исполнительным органом должника ООО ИК "ДДТ" (ранее - ООО "Инвестиционные развития территорий") - генеральным директором с 17.06.2014, а с 09.04.2018 ликвидатором должника.
Кроме того, в названном судебном акте указано, что должником в лице его мажоритарного участника и бенефициарного владельца Гарнова Максима Александровича осуществлялась финансовая схема, направленная на кругооборот денежных средств под видом вексельных и заемных правоотношений между аффилированными лицами, с целью пополнения оборотных средств должника и других юридических лиц, принадлежащих Гарнову М.А
Суд указал, что в рассматриваемом случае факт того, что на дату выдачи ответчиком в пользу должника суммы займа должник испытывал финансовые трудности подтверждается данными бухгалтерского баланса. В частности, в строке 1250 бухгалтерского баланса "денежные средства и эквиваленты" содержатся следующие сведения: на конец 2015 года - 109 тыс. рублей; на конец 2016 года - 24 тыс. рублей; на конец 2017 года - 17 тыс. рублей; на конец 2018 года - 0 рублей.
В рассматриваемом случае наступление вреда имущественным интересам кредиторов должника, включенных в реестр требований кредиторов, подтверждается тем обстоятельством, что списание денежных средств со счета должника привело к уменьшению конкурсной массы должника, что привело к утрате возможности кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, получить своевременно и в полном объеме удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет этих денежных средств.
В своей жалобе ООО "УпакРото" указывает, что Арбитражным судом города Москвы была дана неверная правовая квалификация основаниям для признания сделки недействительной, в силу того, что на момент совершения спорных сделок у Должника не имелось признаков неплатежеспособности; и на момент их совершения у Должника отсутствовали неисполненные обязательства перед конкурсными кредиторами.
Судебная коллегия находит правомерными данные доводы конкурсного кредитора в силу следующих причин.
В соответствии с пунктом 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III. 1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным - ГК РФ или законодательством о юридических лицах).
В пункте 5 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий:
а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;
б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;
в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.
Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 N 63, неосведомленность о тяжелом финансовом состоянии должника (о признаках неплатежеспособности, недостаточности имущества) указывает на добросовестность кредитора.
Так, как следует из обжалуемого определения, неплатежеспособность должника подтверждается имеющейся неоплаченной задолженностью ООО "РТ-Инвест" перед ООО "УпакСервис" по договору аренды от июля 2015 года N 01-07/2015 (далее ~ Договор аренды), установленную вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 19 июля 2019 года N А40-10542 5/18.
В частности, между Должником (Арендатор) и ООО "УпакСервис" (Арендодатель) заключен Договор аренды, по условиям которого арендодатель предоставил, а арендатор принял в пользование нежилое помещение, состоящее из трех комнат общей площадью 79.5 кв.м.: - N 306 кабинет площадью 68,00 кв.м.; - N 307 санузел площадью 5.00 кем.; - N 308 тамбур площадью 6,50 кв.м.
Пунктом 2.1.1 Договора аренды установлена постоянная (фиксированная) часть арендной платы, которая составляла 87 740 рублей в месяц.
Факт передачи помещения в аренду подтверждается актом приема передачи от 01 июля 2015 года.
Пунктом 2.7. Договора предусмотрено, что договор заключен на 11 месяцев. При эгом Должник фактически пользовался нежилым помещением до 14 сентября 2017 года, а арендная плата не оплачивалась за период с марта 2016 года и по 14 сентября 2017года
Факт наличия неоплаченной задолженности подтверждается требованием ООО "УпакСервис", а также определением Арбитражного суда города Москвы от 19 июля 2020 года по делу N 440-105425/18, которым указанное требование признано обоснованным" (абз. 6-10 стр. 5 обжалуемого определения).
В то же время, согласно определению Арбитражного суда города Москвы от 19.07.2019 г. признана обоснованной и подлежащей удовлетворению после закрытия реестра требований кредиторов задолженность перед ООО "УпакСервис" с июня 2016 года по 1 сентября 2017 года в размере 1 620 265 рублей 34 коп.
Следовательно, данные требования не подлежат учету при определении признаков неплатежеспособности Должника на момент совершения спорных платежей, в связи с чем судом первой инстанции сделан ошибочный вывод о наличии оснований для признания сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.
Согласно разъяснениям абзаца 4 пункта 9.1 Постановления N 63, если суд. исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств, придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права
В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
В силу указанной нормы права признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на исполнение заключенной сделки у обеих сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку. В силу этого в предмет доказывания входит факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон именно на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и доказательства несоответствия волеизъявления сторон их действиям.
Согласно правовой позиции, сформулированной Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 02.08.2005 N 2601/05, по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.
В соответствии с пунктом 2 статьи 17 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" увеличение уставного капитала общества может осуществляться за счет имущества общества, и (или) за счет дополнительных вкладов участников общества, и (или), если это не запрещено уставом общества, за счет вкладов третьих лиц, принимаемых в общество. На основании статьи 2 Закона о банкротстве конкурсные кредиторы - кредиторы по денежным обязательствам за исключением, в том числе учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, поскольку характер обязательств этих лиц непосредственно связан с их ответственностью за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей.
Обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия (далее - корпоративные обязательства), носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота.
Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью. По смыслу поименованной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал с капитале должника).
В соответствии с пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.
В силу пункта 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.
Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.
По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).
При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).
Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.
В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.
В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.
В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.
При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.
При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства.
В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.
Верховный Суд Российской Федерации в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556(1), (2), от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734(4,5), от 21.02.2018 N 310-ЭС17-17994(1,2) сформировал подход, в соответствии с которым при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сл
