|
03 марта 2022 г.
|
Дело N А41-20564/16
|
Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2022 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 03 марта 2022 года.
Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Мизяк В.П.,
судей Епифанцевой С.Ю., Терешина А.В.,
при ведении протокола судебного заседания Бегларяном А.А.,
при участии в заседании:
от конкурсного управляющего АО "ПЭМЗ Спецмаш" Солодухина Д.Н. - Михайлова Е.В., представитель по доверенности от 11.02.2022;
от Теплинского А.О. - Аникина Е.С., представитель по нотариально заверенной доверенности N 77 АГ 3576373 от 19.06.2020, зарегистрированной в реестре за N 77/1648-н/77- 2020-1-778;
от ЗАО "Жуковка *****" - Остроухова Е.О., представитель по доверенности от 17.05.2021;
Поздняков В.В. - лично, по паспорту;
Шеина Н.Ю. - лично, по паспорту;
от Умаханова У.М. - Павлов М.В., представитель по нотариально заверенной доверенности N 77 АГ 7405778 от 10.09.2021, зарегистрированной в реестре за N 77/805-н/77- 2021-5-1279;
от Магомедовой Н.Г. - Павлов М.В., представитель по нотариально заверенной доверенности N 77 АГ 7839354 от 14.09.2021, зарегистрированной в реестре за N 77/846-н/77-2021-9-379;
от конкурсного управляющего ООО "Машстрой" - Седунов Е.Е., представитель по доверенности от 21.01.2022;
от Шонуса Г.Г. - Сапожков Н.С., представитель по нотариально заверенной доверенности N 77 АГ 1871810 от 05.12.2019, зарегистрированной в реестре за N 77/619-н/77-2019-4-78 (после перерыва);
от ПАО Банк "Траст" - Бобылев И.А., представитель по нотариально заверенной доверенности N 77 АГ 4956015 (187/СМ/2020) от 26.08.2020, зарегистрированной в реестре за N 77/287-н/77-2020-16-1365 (после перерыва);
от иных лиц - представители не явились, извещены надлежащим образом;
рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы Банка "ТРАСТ" (ПАО) и конкурсного управляющего АО "ПЭМЗ Спецмаш" Солодухина Д.Н. в на определение Арбитражного суда Московской области от 18 октября 2021 года по делу N А41-20564/16 о несостоятельности (банкротстве) АО "ПЭМЗ спецмаш" (ИНН 5036043568, ОГРН 1025004701380), по заявлению конкурсного управляющего АО "ПЭМЗ Спецмаш" о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности,
УСТАНОВИЛ:
Решением Арбитражного суда Московской области от 29.09.2017 Акционерное общество "Подольский электромеханический завод специального машиностроения" (далее - АО "ПЭМЗ спецмаш") признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден Солодухин Денис Николаевич.
16.09.2019 года кредитор Королева Раиса Константиновна обратилась в суд с заявлением (с учетом уточнения в порядке ст. 49 АПК РФ) о привлечении к субсидиарной ответственности следующих лиц: Умаханова Умахана Магомедгаджиевича, Магомедовой Найды Гаджиевны, АО "Подольский электромеханический завод" (далее - АО "ПЭМЗ"), ООО "АГРО-Инвест", ЗАО "Жуковка *****", ООО УК "ИН-Инвест Групп", ООО "МАШСТРОЙ", Теплинского Александра Олеговича, Закарадзе Мурмана Хасановича, Чич Святослава Ереджибовича, Иванова Владимира Николаевича, Тимофеенко Евгения Викторовича, Титова Юрия Владимировича, Ясулова Вячеслава Камильевича, Цулая Вахтанга Ражденовича, Золотокопова Александра Яковлевича, Назирова Халида Саидахмедовича, Шонуса Георгия Григорьевича, Арашевского Мурада Арашевича, Позднякова Валерия Викторовича, Шеиной Натальи Юрьевныы, Шиняева Михаила Ивановича, Джамаловой Оксаны Хаджиназаровны, Стрельниковой Аллы Васильевны, Жолудь Елены Александровны к субсидиарной ответственности по долгам АО "ПЭМЗ Спецмаш" за невозможность полного погашения требований кредиторов и взыскании с них 3 438 084 850,03 рублей; а также привлечении к субсидиарной ответственности Закарадзе Мурмана Хасановича, Теплинского Александра Олеговича, Позднякова Валерия Викторовича, Шеиной Натальи Юрьевны, Шиняева Михаила Ивановича, Джамаловой Оксаны Хаджиназаровны за неподачу заявления о банкротстве АО "ПЭМЗ Спецмаш" и взыскании с них денежных средств в размере 334 894 651,97 рублей (т.1, л.д. 4-28;.т.13, л.д. 64-65).
25.02.2020 года конкурсный управляющий должника обратился с ходатайством о вступлении в дело в качестве соистца по заявлению Королевой Р.К.
Определением от 15 июля 2020 года Арбитражный суд Московской области привлек к участию в деле конкурсного управляющего Солодухина Д.Н. в качестве соистца.
Кроме того, конкурсный управляющий обратился с самостоятельным заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности следующих лиц: Умаханова У.М., Магомедовой Н.Г., АО "ПЭМЗ", ООО "АГРО-Инвест", ЗАО "Жуковка *****", ООО УК "ИНИнвестГрупп", Теплинского А.О., Закарадзе М.Х., Позднякова В.В., Шеиной Н.Ю., Шиняева М.И., ООО "Маш Строй", Чича С.Е., Иванова В.Н., Тимофеенко Е.В., Титова Ю.В., Ясулова В.К., Цулая В.Р., Золотокопова А.Я., Назирова Х.С,, Шонуса Г.Г., Арашевского М.А., Джамаловой О.Х., Стрельниковой А.В., Жолудь Е.А. к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов, а также привлечении к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника Закарадзе М.Х. - в размере 781 798 012,23 руб., АО "ПЭМЗ" - в размере 635 427 690,90 руб.; Позднякова В.В., Шеину Н.Ю., Шиняева М.И., Джамалову О.Х. в размере 496 013 207,92 рублей (т.13, л.д. 107-122; т.16, л.д. 144-154).
Определением Арбитражного суда Московской области от 25 августа 2020 года производство по заявлению Королевой Р.К. о привлечении к субсидиарной ответственности прекращено.
Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 14 октября 2020 года данное определение отменено в части прекращения производства по заявлению конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Дело в указанной части направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.
Определением Арбитражного суда Московской области от 30.03.2021 объединены в одно производство обособленные заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности.
22.03.2021 года от конкурсного управляющего должника в порядке статьи 49 АПК РФ поступило ходатайство об уточнении заявленных им требований, в соответствии с которым управляющий просил:
- привлечь АО "ПЭМЗ", ЗАО "Жуковка*****", Магомедову Н.Г., ООО "АГРО-Инвест", Титова Ю.В., Ясулова В.К., Арашевского М.А., Теплинского А.О., Закарадзе М.Х., ООО "МашСтрой", Позднякова В.В. к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов;
- привлечь к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве АО "ПЭМЗ спецмаш": Закарадзе М.Х. в размере 781 798 012,23 руб.; АО "ПЭМЗ" в размере 635 427 690,90 руб.; Шиняева М.И., Строкова И.В., Оленченко С.Н., Жендарева В.П., Мельникова С.В., Оленченко Ю.С., Клячкина И.А., Иванова А.В. в размере 496 013 207,92 руб. (т.23, л.д.139).
Определением Арбитражного суда Московской области от 05 октября 2021 года заявление конкурсного управляющего в части привлечения к субсидиарной ответственности Иванова Александра Владимировича оставлено без рассмотрения (т.23, л.д.134).
По результатам разрешения настоящего обособленного спора определением Арбитражного суда Московской области от 18 октября 2021 года в удовлетворении заявления кредитора Королевой Р.К., к которому присоединился конкурсный управляющий, а также заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности отказано.
Не согласившись с определением суда первой инстанции от 18.10.2021, Банк "ТРАСТ" (ПАО) и конкурсный управляющий АО "ПЭМЗ Спецмаш" Солодухин Д.Н. подали апелляционные жалобы, в которых просят его отменить и принять новый судебный акт о привлечении всех ответчиков к субсидиарной ответственности.
Ответчики: Умаханов У.М., Магомедова Н.Г., конкурсный управляющий ЗАО "Жуковка*****" Титкова В.В., Теплинский А.О., конкурсный управляющий АО "ПЭМЗ" Земцов П.А., Поздняков В.В., Шеина Н.Ю. и ООО "МашСтрой" представили отзывы, в которых просят отказать в удовлетворении апелляционных жалоб.
Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 223, 266, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
В судебных заседаниях апелляционного суда представители конкурсного управляющего АО "ПЭМЗ Спецмаш" Солодухина Д.Н. и кредитор Банка "ТРАСТ" (ПАО) поддержали доводы апелляционных жалоб.
Представители Теплинского А.О., конкурсного управляющего ЗАО "Жуковка *****", Умаханова У.М., Магомедовой Н.Г., Шонуса Г.Г., конкурсного управляющего ООО "Машстрой", а также Поздняков В.В. и Шеина Н.Ю. возражали против удовлетворения апелляционных жалоб. Просили оставить определение суда первой инстанции без изменения.
Дело рассмотрено в соответствии с нормами ст. 121-123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие представителей остальных ответчиков, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на сайте http://kad.arbitr.ru.
Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционных жалоб конкурсного управляющего АО "ПЭМЗ Спецмаш" Солодухина Д.Н. и Банка "ТРАСТ" (ПАО), доводы отзывов на апелляционные жалобы, выслушав объяснения представителей участвующих в деле лиц, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.
Как следует из материалов дела, 19 апреля 2016 года в арбитражный суд поступило заявление ОАО "Ковровский электромеханический завод" о признании несостоятельным (банкротом) ОАО "ПЭМЗ спецмаш".
Определением Арбитражного суда Московской области от 22 апреля 2016 года указанное заявление было принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве ОАО "ПЭМЗ спецмаш".
Определением Арбитражного суда Московской области от 03 октября 2016 г. в отношении АО "ПЭМЗ спецмаш" введена процедура наблюдение.
Решением Арбитражного суда Московской области от 29.09.2017 АО "ПЭМЗ спецмаш") признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.
Обращаясь с настоящими заявлениями, конкурсный управляющий просил возложить субсидиарную ответственность по обязательствам должника на ответчиков по трем основаниям: за неподачу заявления о банкротстве; за осуществление деятельности, повлекшей невозможность полного погашения требований кредиторов в результате совершения и исполнения сделок должника (нецелевое использование кредита, выданного ПАО "Сбербанк России", договоров беспроцентного займа N 25/16 от 17.10.2016 г., аренды N04-15 от 27.02.2015 г. и N24-15 от 01.10.2015 г., договора аренды N24-15 от 01.10.2015 г., перечисления денежных средств в пользу АО "ПЭМЗ" и ЗАО "Жуковка*****" с предпочтением, заключение в процедуре наблюдения трудовых договоров с установлением компенсации в размере 3 000 000,00 рублей), а также за не передачу конкурсному управляющему бухгалтерской документации и транспортного средства (автомобиля Тайота Лэнд Крузер 200 гос.номер М337РН 190 РН).
При разрешении требований конкурсного управляющего арбитражный апелляционный суд принимает во внимание следующие обстоятельства.
В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.
Согласно пункту 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.
При этом, по смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.
Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период совершения действий.
При этом, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.
Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.
Применительно к рассматриваемому случаю, поскольку события, в связи с которыми конкурсным управляющим поставлен вопрос об ответственности ответчиков, имели место в 2014-2015 годах (в части не обращения с заявлением о банкротстве должника), а также в 2012 - 2017 гг. в части совершения сделок), то настоящий спор должен быть разрешен согласно нормам материального права, действовавшим на момент событий, то есть Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ.
В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.
В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.
Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.16 N 309-ЭС15-16713 по делу N А50-4524/2013, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.
При исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве (п. 14 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации N 4 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2022).
Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 N 309-ЭС15-16713 по делу N А50-4524/2013, возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве - в связи с нарушением обязанности по подаче в арбитражный суд заявления должника о его собственном банкротстве, обусловлена недобросовестным сокрытием от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица, что, в свою очередь, влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.
В силу ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.
Также апелляционным судом учитывается правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированная в постановлении от 18 июля 2003 г.
N 14-П, в соответствии с которой формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не может являться свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве. Для решения вопроса необходимо учитывать доход, позволяющий своевременно расплачиваться с кредиторами.
Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"), это означает, что обоснованность и пределы ответственности должны устанавливаться на всестороннем и полном исследовании всех значимых обстоятельств дела и основываться на доказательствах.
Согласно бухгалтерским балансам АО "ПЭМЗ Спецмаш" за 2013-2016 гг. основные финансовые показатели предприятия имели следующее значение:
|
Показатель
|
2013 г.
|
2014 г.
|
2015 г.
|
2016 г.
|
|
Оборотные активы
|
2 844 272 000
|
3 149 520 000
|
2 973 923 000
|
2 442 304 000
|
|
Запасы
|
1 647 008 000
|
1 875 038 000
|
1 920 768 000
|
1 714 548 000
|
|
Дебиторская задолженность
|
1 123 449 000
|
1 229 740 000
|
1 043 409 000
|
720 782 000
|
|
Денежные средства и денежные эквиваленты
|
20 503 000
|
130 000
|
7 078 000
|
2 151 000
|
|
Финансовые вложения
|
0
|
0
|
0
|
0
|
|
Кредиторская задолженность
|
1 465 104 000
|
1 756 096 000
|
1 732 063 000
|
1 644 246 000
|
|
Заемные средства
|
1 360 457 000
|
51 110 000
|
509 161 000
|
500 517 000
|
|
Прочие обязательства
|
0
|
0
|
0
|
0
|
В 2013 г. в пассивах должника резко увеличилась доля заемных средств, то есть пассивы компании практически на половину начали состоять из привлеченного капитала.
Резкое увеличение доли заемных средств в пассивах должника было связано с получением кредита от ПАО "Сбербанк России" по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии N 00800012/17014200 от 20 июля 2012 г.
После получения финансирования от ПАО "Сбербанк России" должник перестал публиковать бухгалтерскую отчетность, и в 2013-2015 гг. она была публично не доступна.
В 2014 году в бухгалтерском балансе отсутствовали сведения о наличии у должника заемных средств в размере 1 309 347 000 руб. (т.е. 96,24% заемных средств), при этом данные денежные средства не были потрачены на расчеты с кредиторами - соразмерного уменьшения кредиторской задолженности не последовало.
27 июня 2013 г. (через год после получения кредита) должник допустил просрочку по уплате процентов перед основным кредитором ПАО "Сбербанк России", 31 декабря 2014 г. - по уплате основного долга.
В 2013-2016 гг. коэффициенты, характеризующие платежеспособность предприятия должника, выглядели следующим образом:
|
Показатель
|
2013 г.
|
2014 г.
|
2015 г.
|
2016 г.
|
|
Коэффициент абсолютной ликвидности
|
0,007
|
0,00007
|
0,003
|
0,001
|
|
Коэффициент
текущей ликвидности
|
1
|
1,74
|
1,33
|
1,14
|
|
Обеспеченность обязательств должника его активами
|
0,041
|
0,184
|
0,145
|
0,114
|
Согласно результатам анализа финансового состояния должника, проведенного в процедуре наблюдения, АО "ПЭМЗ спецмаш" имело признаки неплатежеспособности с начала анализируемого периода (01.01.2013 г.); анализ коэффициентов, характеризующих финансовую устойчивость, показал, что предприятие на протяжении всего анализируемого периода не обладало достаточными собственными оборотными средствами, кредиторская задолженность увеличивалась на протяжении всего анализируемого периода; значение коэффициента абсолютной ликвидности стремилось к 0 (показатель абсолютной ликвидности равный либо стремящийся к 0 дает явный сигнал о том, что финансовая устойчивость должника находится в критической зоне, и при наступлении неблагоприятных экономических условий имеется риск роста кредиторской задолженности и как следствие - банкротство).
Значение коэффициента текущей ликвидности менее 1, что свидетельствует об утрате платежеспособности и о том, что предприятие имело неудовлетворительную структуру баланса.
Коэффициенты, отражающие деловую активность должника, характеризуют низкий уровень управления на предприятии, а также неэффективную финансово-хозяйственную деятельность в течение 2013-2014 годов.
По состоянию на конец декабря 2014 года предприятие должника фактически прекратило исполнение части денежных обязательств, то есть, по сути стало неплатежеспособным.
Следовательно, датой наступления объективного банкротства должника следует считать 31 декабря 2014 г., поскольку на данную дату: была допущена просрочка уплаты основного долга перед ПАО "Сбербанк России", требование которого составляет около половины реестра требований кредиторов должника; в пассивах должника заемные средства уменьшились на 1 309 347 000 руб., то есть на 96,24% (т.е. 96,24% заемных средств), при этом данные денежные средства не были потрачены на расчеты с кредиторами, то есть соразмерного уменьшения кредиторской задолженности не последовало; в условиях резкого уменьшения заемных средств и отсутствия у должника свободных денег должник утратил возможность в дальнейшем погашать свои требования перед кредиторами.
При указанных обстоятельствах, учитывая объективные данные о финансовом состоянии, в котором находилось предприятие должника, арбитражный апелляционный суд пришёл к выводу о том, что именно на 31.12.2014 сложилась такая критическая ситуация, когда по смыслу п. 1 ст. 9 и п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве руководителю предприятия необходимо было обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.
В силу п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве такое заявление должно было быть подано не позднее чем через месяц, то есть не позже 31.01.2015.
В этот период времени (с 21.05.2012 по 27.01.2017) руководителем (генеральным директором) АО "ПЭМЗ спецмаш", то есть лицом, осуществляющим непосредственное руководство текущей деятельностью предприятия, имеющим доступ к финансовой и бухгалтерской отчетности, являлся Закарадзе Мурман Хасанович.
Именно Закарадзе М.Х. обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании АО "ПЭМЗ спецмаш" несостоятельным (банкротом) не позднее 31.01.2015.
Однако с соответствующим заявлением Закарадзе М.Х. в арбитражный суд не обратился; заявление о признании должника банкротом было подано в арбитражный суд кредитором - ОАО "Ковровский электромеханический завод" 19 апреля 2016 года.
Следовательно, Закарадзе М.Х. подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании п. 1 ст. 9 и п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона N 134-ФЗ).
В соответствии с правовым подходом, изложенным в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801 по делу N А50-5458/2015, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах 5 и 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.
Таких доказательств и пояснений (отсутствие вины в неподаче в арбитражный суд заявления должника, принятие мер по разрешению критической ситуации и восстановление нормальной хозяйственной деятельности предприятия и т.п.) ответчиком Закарадзе Мурманом Хасановичем в материалы дела не представлено.
Исходя из п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, субсидиарная ответственность руководителя по заявленному основанию ограничивается объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.
Данная правовая позиция подтверждается Определением Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2019 N 305-ЭС19-9992.
Согласно расчету конкурсного управляющего, размер обязательств перед кредиторами: ОАО "Ковровский электромеханический завод", ООО "ВОСТОК", АО "ФНПЦ "Титан-Баррикады", УП "Минотор-Сервис", АО "ВНИИ "СИГНАЛ", ПАО "МЗИК", ПАО Банк "ФК Открытие", ПАО "Ярославский радиозавод", ООО "Бизнес Ресурс", АО "Шумерлинский завод специализированных автомобилей", АО "Рособоронэкспорт" и ОАО "ММЗ", возникших после истечения месячного срока, установленного в п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве (01.02.2015) составляет 781 798 012,23 рублей (т. 16, л.д. 152-153).
Требования кредиторов на данную сумму включены в реестр требований кредиторов должника.
Расчет проверен арбитражным апелляционным судом.
Контррасчет субсидиарной ответственности Закарадзе М.Х. в материалы дела не представлен.
Оснований для уменьшения размера субсидиарной ответственности также не установлено.
Таким образом, размер субсидиарной ответственности Закарадзе М.Х. по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 9 и п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, составляет 781 798 012,23 рублей.
Конкурсный управляющий просит также привлечь к субсидиарной ответственности единственного акционера предприятия должника - АО "Подольский электромеханический завод", указывая на неисполнение обязанности по принятию решения об обязании руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника (11.07.2015).
Между тем статья 9 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона N 134-ФЗ не возлагала обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве на акционера юридического лица, даже если он является единственным.
Предусмотренная абзацем 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротством была введена Законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ, вступившей в силу 30.07.2017 и распространяет свою силу на отношения, возникшие с момента вступления в силу данных изменений, при этом, эти изменения не имеют обратной силы.
На дату возникновения признаков объективного банкротства (31.12.2014) положения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" не предусматривали обязанность акционера по принятию решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника.
Таким образом, требование конкурсного управляющего о привлечении АО "Подольский электромеханический завод" за непринятие решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника является неправомерным.
Также конкурсный управляющий просит привлечь к субсидиарной ответственности за непринятие решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника Шиняева Михаила Ивановича, Строкова Игоря Владимировича, Оленченко Сергея Николаевича, Жендарева Вячеслава Павловича, Мельникова Сергея Владимировича, Оленченко Юрия Сергеевича, Клячкина Илью Александровича, являвшихся в период с 30.06.2015 г. по 30.06.2016 г. членами совета директоров АО "ПЭМЗ спецмаш" и АО "ПЭМЗ".
Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не установил оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по заявленному основанию.
Материалы дела не содержат доказательств, позволяющих сделать вывод о том, что к полномочиям членов совета директоров АО "ПЭМЗ спецмаш" отнесено принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве.
В деле нет доказательств, свидетельствующих о том, что в спорный период на заседаниях совета директоров обсуждался вопрос и принято решение о не обращении в арбитражный суд с заявлением должника.
Редакция Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", подлежащая применению к обстоятельствам, на которые ссылается конкурсный управляющий должника, ограничивает круг ответчиков по такого рода спорам только единоличным исполнительным органом должника и не включает в себя членов совета директоров общества.
Также конкурсный управляющий не обосновал индивидуальную (персональную) ответственность (наличие вины) каждого члена совета директоров за не подачу заявления должника в арбитражный суд, учитывая, что решения на заседании совета директоров принимаются коллегиально, путем выработки общей позиции, на основании информации о результатах деятельности предприятия.
Ссылка заявителя на пункт 6.1.4 Устава АО "ПЭМЗ спецмаш", согласно которому принятие решения о ликвидации общества, формирование ликвидационной комиссии, утверждение ликвидационного баланса отнесено к компетенции Общего собрания акционеров, полномочиями на созыв которого обладает совет директоров, не означает наличие у членов совета директоров обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением должника, поскольку указанные вопросы (принятие решения о ликвидации и порядок ее проведения), касающиеся дальнейшей деятельности предприятия, его существование как самостоятельного юридического лица, разрешаются в ином, гражданско-правовом порядке.
Редакция Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", действовавшая в спорный период (конец 2014 г. - начало 2015 г.) возлагала обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением должника непосредственно на руководителя организации, в данном случае - Закарадзе М.Х.
Требование конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности Теплинского Александра Олеговича за не подачу в арбитражный суд заявления должника также не подлежит удовлетворению, поскольку Теплинский А.О. приступил к исполнению обязанностей генерального директора АО "ПЭМЗ спецмаш" с 27 января 2017 года, в процедуре наблюдения, что исключает его субсидиарную ответственность по указанному основанию.
В отношении требования о привлечении к субсидиарной ответственности за не подачу в арбитражный суд заявления должника Позднякова Валерия Викторовича, установлено, что Поздняков В.В. с 29.12.2016 является генеральным директором Общества с ограниченной ответственностью "МашСтрой", которое выполняет функции управляющей копании АО "ПЭМЗ" (акционера должника) с 20.02.2017 г. по 31.07.2019 г.
Также Поздняков В.В. с 16.03.2017 года являлся членом Совета директоров должника.
В период с 31.12.2014 до 16.03.2017 г. Поздняков В.В. не входил в состав Совета директоров АО "ПЭМЗ спецмаш".
При таких обстоятельствах, с учётом положений статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона N 134-ФЗ) Поздняков В.В., не являющийся непосредственно руководителем предприятия должника, не может быть отнесен к числу лиц, ответственных за принятие решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве АО "ПЭМЗ спецмаш" в начале 2015 года.
В отношении Шеиной Н.Ю. установлено, что она вошла в состав Совета директоров АО "ПЭМЗ спецмаш" только 16.03.2017 года, при том, что неплатежеспособность должника возникла намного раньше - 31.12.2014.
В период с 31.12.2014 до 16.03.2017 г. Шеина Н.Ю. не являлась руководителем предприятия должника и не входила в состав Совета директоров АО "ПЭМЗ спецмаш", что подтверждается решениями единственного акционера АО "ПЭМЗ спецмаш" об избрании членов Совета директоров от 28.04.2012 г., 30.06.2016 г., 16.03.2017 г., 30.06.2017 г., протоколом заседания Совета директоров АО "ПЭМЗ спецмаш" от 12.02.2015 г., трудовой книжкой Шеиной Н.Ю. и трудовым договором между АО "ПЭМЗ спецмаш" и Шеиной Н.Ю. от 07.03.2017.
Таким образом, оснований для возложения на Шеину Н.Ю. субсидиарной ответственности за не подачу заявления должника нет.
Относительно требования о привлечении к субсидиарной ответственности Джамаловой Оксаны Хаджиназаровны за неподачу заявления о банкротстве должника судом апелляционной инстанции установлено, что Джамалова О.Х. являлась членом совета директоров АО "ПЭМЗ Спецмаш".
Обязанности руководителя предприятия должника она в период возникновения признаков банкротства и формирования кредиторской задолженности не исполняла.
Поэтому Джамалова О.Х. привлечению к субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника не подлежит.
Кредитор Королева Р.К., заявление которой поддержал конкурсный управляющий, а также непосредственно конкурсный управляющий просили привлечь к субсидиарной ответственности за осуществление деятельности, повлекшей невозможность полного погашения требований кредиторов в результате совершения и исполнения сделок должника в 2012 - 2017 гг. следующих лиц: Умаханова У.М., Магомедову Н.Г., АО "ПЭМЗ", ООО "АГРО-Инвест", ЗАО "Жуковка *****", ООО УК "ИН-ИнвестГрупп", Теплинского А.О., Закарадзе М.Х., Позднякова В.В., Шеиной Н.Ю., Шиняева М.И., ООО "Маш Строй", Чича С.Е., Иванова В.Н., Тимофеенко Е.В., Титова Ю.В., Ясулова В.К., Цулая В.Р., Золотокопова А.Я., Назирова Х.С,, Шонуса Г.Г., Арашевского М.А., Джамалову О.Х., Стрельникову А.В. и Жолудь Е.А.
Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона N 134-ФЗ, действовавшей в период совершения сделок), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.
Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.
Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.
При установлении вины контролирующих должника лиц необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника) (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 53 ГК РФ, п. 1 ст. 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", абзац 1 пункта 1, пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").
Под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.
Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.
Таким образом, исходя из вышеуказанных норм права, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, следует установить, что должник признан несостоятельным (банкротом) в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.
Пунктом 16 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" установлено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.
Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.
Принимая во внимание, что конкурсным управляющим поставлен вопрос о субсидиарной ответственности широкого круга лиц, имеющих отношение к должнику, при разрешении настоящего спора арбитражным апелляционным судом учитывается правовая позиция, изложенная в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 N 305-ЭС19-14439(3-8) по делу N А40-208852/2015, о том, при разрешении требований о привлечении к субсидиарной ответственности за осуществление деятельности, приведшей к банкротству организации, необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству организации.
При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:
- наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника;
- реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (при этом не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок);
- ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").
Как следует из материалов дела, 20 июля 2012 г. между ПАО "Сбербанк России" и АО "ПЭМЗ Спецмаш" заключен договор N 00800012/17014200 об открытии невознобляемой кредитной лини.
Согласно п. 1.1 договора Сбербанк обязуется открыть заемщику невозбновляемую кредитную линию для финансирования затрат по действующей производственной программе, а также затрат на производство продукции по договору комиссии Р/886202111783-814119 от 2 октября 2010 г., заключенному АО "ПЭМЗ Спецмаш" и ОАО "Рособоронэкспорт" с лимитом 40 000 000 долларов США.
Таким образом, предоставление денежных средств должнику по договору кредитной линии носило целевой характер - финансирование затрат должника по действующей производственной программе, а также затрат на производство продукции по договору комиссии N Р/886202111783-814119 от 2 октября 2010 г.
Во исполнение условий договора кредитной линии ПАО "Сбербанк России" предоставило должнику денежные средства в размере и в сроки, предусмотренные договором.
Вместе с тем, предоставленные должнику денежные средства не были использованы целевым образом, а фактически выведены в пользу третьих лиц, то есть потрачены нецелевым образом.
Так, денежные средства в размере 41 320 917,03 руб. были перечислены в адрес ООО "Тархуд" (ИНН 7731559968).
При этом данная организация прекратила свою деятельность 25 декабря 2014 г. путем реорганизации в форме присоединения к ООО "Эксперт" (ИНН 3811166563), которое ликвидировано 4 мая 2016 г. на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства.
В ходе налоговой проверки по вопросу правильности и своевременности уплаты налогов и сборов за период с 01.01.2012 по 31.12.2014, проведенной Межрайонной ИФНС России N 5 по Московской области, установлено, что АО "ПЭМЗ спецмаш" заключало договоры поставки и производило оплату в адрес ООО "Диастрейд-Ком" (ИНН 7723870231), ООО "Инновационные технологии" (ИНН 7718889068), ООО "Перспектива" (ИНН 7708757030), ООО "Тархурд" (ИНН 7731559968), ООО "Техмонтаж" (ИНН 7733802978).
В отношении указанных контрагентов установлено, что они не могли осуществлять поставку товарно-материальных ценностей по заключенным договорам, договоры носят мнимый характер, не исполнялись и не могли быть ими исполнены, следовательно, денежные средства в размере 93 222 692,76 рублей были перечислены на расчетные счета указанных организаций, которые заведомо не могли осуществить поставку товарно-материальных ценностей.
Денежные средства в размере 62 676 351,05 руб. были перечислены в адрес ООО "Инновационные технологии" (ИНН 7731559968).
Денежные средства в размере 111 296 502,20 руб. перечислены в адрес ООО "ПРОГРЕСС" (ИНН 7734595298).
Денежные средства в размере 450 430 000,00 руб. перечислены в адрес ООО "Высокоскоростной инструмент" (ИНН 7728269987).
Следовательно, денежные средства в совокупном размере 665 723 770,28 руб. были перечислены должником в адрес компаний, имеющих признаки фирм-однодневок.
Невозможность ряда компаний (ООО "Инновационные технологии", ООО "Тархуд") осуществить поставку товарно-материальных ценностей в адрес должника подтверждается решением Межрайонной ИФНС N 5 по Московской области N 1302 от 17 февраля 2017 г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.
Согласно п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.
Оно несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску (ст. 53.1 ГК РФ).
Согласно абз. 3 п. 2 ст. 69 Федерального закона "Об акционерных обществах" единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы, совершает сделки от имени общества, утверждает штаты, издает приказы и дает указания, обязательные для исполнения всеми работниками общества.
Основания ответственности, предусмотренные законодательством, продублированы в п. 10.5.1 Устава АО "ПЭМЗ спецмаш", согласно которому генеральный директор несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены законодательством.
Как следует из п. 10.4.1-10.4.2 Устава, генеральный директор действует от имени должника без доверенности, имеет право выдавать доверенности.
Генеральный директор подписывает от имени должника договоры, финансовые и иные документы (п. 10.4.5 Устава).
Таким образом, руководитель АО "ПЭМЗ спецмаш", вопреки требованиям пункта 3 статьи 53 ГК РФ, пункта 1 статьи 69 Федерального закона "Об акционерных обществах", разъяснениям, изложенным в абз. 1 п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной информации в отношении контрагентов.
При этом после получения финансирования от ПАО "Сбербанк России" должник перестал публиковать бухгалтерскую отчетность, а в 2013-2015 гг. она не была публично доступна.
В 2014 году заемные средства АО "ПЭМЗ спецмаш" уменьшились на 1 309 347 000 руб., то есть на 96,24% (т.е. 96,24% заемных средств), при этом данные денежные средства не были потрачены на расчеты с кредиторами - соразмерного уменьшения кредиторской задолженности не произошло.
По мнению апелляционного суда, именно указанные действия - нецелевое расходование кредитных средств повлекли причинение вреда имущественным правам кредиторов должника и стали причиной возникновения на предприятии должника критической финансовой ситуации (неплатежеспособности, неспособности вести нормальную производственно-хозяйственную деятельность).
Несмотря на получение должником кредитных денежных средств с целевым назначением для исполнения контракта, заключенного с АО "Рособоронэкспорт", обязательства по указанному контракту не были исполнены.
Требования АО "Рособоронэкспорт" в размере 447 190 927,27 руб. (неотработанный аванс) были предъявлены АО "Рособоронэкспорт" к АО "ПЭМЗ спецмаш" в рамках дела о банкротстве для включения в реестр требований кредиторов.
Обязательства по возврату кредитных денежных средств также не были исполнены должником, в реестр требований кредиторов включена задолженность по договору N 00800012/17014200 от 20.07.2012 г. в размере 1 373 130 982,22 руб. основного долга.
Кроме того уже в 2013 году должник допускал просрочку по погашению процентов по договору кредитной линии; 31 декабря 2014 г. (дата погашения основного долга по договору) должник не погасил основной долг по договору кредитной линии.
Таким образом, действия АО "ПЭМЗ Спецмаш" по заключению сделок с лицами, которые заведомо не могли осуществить исполнение обязательств, свидетельствуют о том, что должник не рассчитывал получить встречное исполнение по обязательствам с данными лицами, а использовал совершение сделок с ними как механизм для вывода полученных по договору кредитной линии денежных средств.
При этом данные действия причинили вред предприятию АО "ПЭМЗ Спецмаш" и имущественным правам кредиторов и были направлены на вывод его активов.
Должник, заключая сделки с фирмами-однодневками, не предполагал исполнение обязательств перед своими контрагентами, что в том числе и привело к банкротству должника.
По состоянию на конец декабря 2014 года предприятие должника фактически прекратило исполнение части денежных обязательств, то есть, по сути стало неплатежеспособным.
Согласно материалам дела в спорный период (на дату заключения договора N 00800012/17014200 об открытии невозобновляемой кредитной линии от 20 июля 2012 г. и совершения сделок с контрагентами) руководителем АО "ПЭМЗ Спецмаш" являлся Закарадзе М.Х.
Таким образом, заключая от имени АО "ПЭМЗ Спецмаш" за счет кредитных средств договоры с обществами с ограниченной ответственностью "Диастрейд-Ком" (ИНН 7723870231), "Инновационные технологии" (ИНН 7718889068), "Перспектива" (ИНН 7708757030), "Тархурд" (ИНН 7731559968), "Техмонтаж" (ИНН 7733802978), Закарадзе М.Х. должен был принять все возможные и необходимые меры по выбору контрагентов в целях ведения реальной хозяйственной деятельности и минимизации возможных рисков неисполнения контрагентами своих обязательств.
Однако ни в ходе налоговой проверки, ни в рамках настоящего обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности, Закарадзе М.Х. не приведено доводов в обоснование выбора контрагентов, учитывая, что по условиям делового оборота при осуществлении указанного выбора субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но и деловая репутация, платежеспособность контрагента, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта.
Закарадзе Мурманом Хасановичем не указана причина выбора своих контрагентов.
При указанных обстоятельствах, оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ все имеющиеся в материалах дела доказательства, принимая во внимание, что полученные по договору N 00800012/17014200 об открытии невозобновляемой кредитной линии денежные средства не привели к исполнению контракта, заключенного с АО "Рособоронэкспорт", а наоборот, были уплачены организациям с сомнительной репутацией, не ведущим реальной хозяйственной деятельности, что установлено налоговой проверкой, результаты которой в установленном законодательством порядке надлежащими доказательствами не опровергнуты; уже в 2013 году должником допущена просрочка по погашению процентов за пользование кредитом, а 31.12.2014 года должник не смог исполнить обязательство по погашению основного долга, при этом финансовые показатели деятельности предприятия свидетельствовали о наступлении объективного банкротства, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о том, что именно использование кредитных средств не по целевому назначению привело к банкротству предприятия должника.
Оснований считать, что банкротство АО "ПЭМЗ Спецмаш" вызвано объективами факторами, не зависящими от действий руководителя, арбитражным апелляционным судом не установлено.
Поскольку руководителем АО "ПЭМЗ Спецмаш" являлся Закарадзе М.Х., именно он подлежит субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона N 134-ФЗ).
Кроме того, определением Арбитражного суда Московской области от 20.01.2020 с Закарадзе Мурмана Хасановича в пользу АО "ПЭМЗ спецмаш" взысканы убытки в сумме 180 321 555 рублей 68 копеек за неисполнение требований законодательства о валютном регулировании и валютном контроле (не зачисление на свои банковские счета в уполномоченных банках иностранной валюты по основаниям, предусмотренным законом); причинение существенного ущерба для АО "ПЭМЗ Спецмаш" в виде совершения сделок с неплатежеспособными юридическими лицами (ООО "Диастрейд-Ком", ООО "Инновационные технологии", ООО "Перспектива", ООО "Тархурд" и ООО "Техмонтаж") и необоснованное перечисленных указанным организациям денежных средств, в отсутствие встречного исполнения со стороны указанных контрагентов; начисление вступившим в законную силу решением налогового органа пени и штрафных санкций, а также за нарушение сроков перечисления в бюджет исчисленного и удержанного с физических лиц налога на доходы физических лиц.
При этом наличие судебного акта о взыскании с Закарадзе М.Х. убытков в результате привлечения АО "ПЭМЗ Спецмаш" к налоговой ответственности в виде необоснованного получения налогового вычета по взаимоотношениям со своими контрагентами не препятствует привлечению его к субсидиарной ответственности, поскольку основанием для этого явились иные действия, связанные с нецелевым расходованием кредитных денежных средств Сбербанка.
Конкурсный управляющий просит привлечь Закарадзе М.Х. к субсидиарной ответственности также за совершение следующих сделок:
- договора беспроцентного займа N 25/16 от 17.10.2016 г.;
- договоров аренды N 04-15 от 27.02.2015 г. и N24-15 от 01.10.2015 нежилого помещения и технологического оборудования;
- совершение в период с 26.10.2015 г. по 14.09.2017 г. сделок по перечислению должником денежных средств на расчетный счет АО "ПЭМЗ" в общей сумме 51 280 574,36 рублей;
- совершение в период с 30.11.2015 г. по 01.07.2016 г. сделок по перечислению денежных средств по досрочному погашению задолженности по договору займа N З-23/12-2014 от 23.12.2014 г. в пользу ЗАО "Жуковка *****" в общей сумме 21 478 000,00 руб.;
- перечисление денежных средств в сумме 8 000 000 рублей в пользу ООО "Прогресс-М" по платежному поручению N 421 от 1 марта 2016 г.
Согласно разъяснениям абзаца шестого пункта 23 Постановления N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.
Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.
Исследовав материалы дела, учитывая указанные разъяснения, арбитражный апелляционный суд считает, что совершение указанных сделок (договора беспроцентного займа N 25/16 от 17.10.2016, договоров аренды нежилого помещения и технологического оборудования, перечисление денежных средств в пользу АО "ПЭМЗ" в сумме 51 280 574,36 рублей, перечисление денежных средств в сумме 21 478 000,00 руб. в пользу ЗАО "Жуковка *****" и перечисление в пользу ООО "Прогресс-М" денежных средств в сумме 8 000 000 рублей), не привело и не могло явиться причиной банкротства предприятия.
Также не доказано, что совершение именно указанных сделок привело к причинению существенного вреда имущественным правам кредиторов должника в виде невозможности погашения требований кредиторов.
В частности, договор беспроцентного займа N 25/16 от 17.10.2016 г. определением суда от 20.02.2018 года признан недействительной сделкой, судом применены последствия недействительности сделки: на АО "ПЭМЗ" возложена обязанность возвратить АО "ПЭМЗ Спецмаш" 3 161 000 рублей, перечисленные по указанному договору.
Договоры аренды N 04-15 от 27.02.2015 г. и N24-15 от 01.10.2015 нежилого помещения и технологического оборудования определениями суда от 10.10.2018 и от 12.02.2019 признаны недействительными сделками на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст. ст. 10, 168 ГК РФ, судом применены последствия недействительности сделки в виде обязания АО "ПЭМЗ" возвратить АО "ПЭМЗ спецмаш" 125 560 120 руб. 63 коп. и 1 262 895 рублей 60 копеек соответственно.
Сделки по перечислению должником денежных средств в пользу АО "ПЭМЗ" в сумме 51 280 574,36 рублей, совершенные в период с 26.10.2015 г. по 14.09.2017 г., постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2019 признаны недействительными, судом применены последствия недействительности сделки, взыскано с АО "ПЭМЗ" в пользу АО "ПЭМЗ спецмаш" 51 280 574, 36 руб.
Сделки должника по перечислению денежных средств по досрочному погашению задолженности по договору займа N З-23/12-2014 от 23.12.2014 г. в пользу ЗАО "Жуковка *****" в сумме 21 478 000,00 руб., совершенные в период с 30.11.2015 г. по 01.07.2016 г., постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2019 признаны недействительными.
Судом применены последствия недействительности на ЗАО "Жуковка*****" возложена обязанность возвратить АО "ПЭМЗ спецмаш" 21 478 000, 00 руб.
Сделка по перечислению АО "ПЭМЗ спецмаш" денежных средств в пользу ООО "Прогресс-М" в размере 8 000 000 рублей по платежному поручению N 421 от 01.03.2016 признана недействительной постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2019, применены последствия недействительности сделки, обязав ООО "Прогресс-М" возвратить денежные средства АО "ПЭМЗ спецмаш" в размере 8 000 000 рублей.
Таким образом, совершение указанных сделок должника и последующее их признание судом недействительными, учитывая, что судом применены последствия недействительности сделки и восстановлено нарушенное право должника, не может являться самостоятельным и достаточным основанием для возложения на бывшего руководителя должника Закарадзе М.Х. субсидиарной ответственности за доведение до банкротства.
В своем заявлении конкурсный управляющий просит возложить субсидиарную ответственность за доведение предприятия до банкротства также на единственного акционера - АО "Подольский электромеханический завод".
Согласно пунктам 6.1.18, 6.1.19 Устава АО "ПЭМЗ спецмаш" к компетенции общего собрания акционеров отнесено принятие решений об одобрении сделок с заинтересованностью, предметом которых является имущество стоимостью два и более процента балансовой стоимости активов, а также принятие решений об одобрении крупных сделок, предметом которых является имущество стоимостью более 50 процентов балансовой стоимости активов.
В материалах дела нет доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что несостоятельность (банкротство) АО "ПЭМЗ спецмаш" наступила именно вследствие действий либо бездействия акционера АО "ПЭМЗ".
В материалах дела отсутствуют доказательства (решения, приказы, распоряжения и т.п.), свидетельствующие об одобрении акционером АО "ПЭМЗ спецмаш" действий директора Закарадзе М.Х. и совершенных им сделок, связанных с нецелевым использованием кредитных средств в период с 2012 по 2014 гг., а также нет доказательств дачи обязательных для директора указаний по распоряжению денежными средствами и имуществом предприятия, и что непосредственно эти действия и указания привели предприятие к критической финансовой ситуации.
