|
27 августа 2019 г.
|
Дело N А81-5638/2015
|
Резолютивная часть постановления объявлена 20 августа 2019 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 27 августа 2019 года.
Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего Зориной О.В.
судей Брежневой О.Ю., Шаровой Н.А.
при ведении протокола судебного заседания секретарём Ауталиповой А.М.,
рассмотрев в открытом судебном заседании заявления конкурсного управляющего открытого акционерного общества "Уренгоймонтажпромстрой" Полищука Алексея Евгеньевича и заявления общества с ограниченной ответственностью "Солюшен Финанс" о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества "Уренгоймонтажпромстрой" (ИНН 8904002990 ОГРН 1028900622156),
при участии в судебном заседании представителей:
от Белоконова Александра Владимировича - представитель Завалишин М.С., доверенность N 63АА 4896705 от 24.07.2018 сроком действия на пять лет); представитель Клешков А.А., доверенность N 63АА 5435865 от 05.07.2019 сроком действия один год;
от Яткевича Владимира Анатольевича - представитель Завалишин М.С., доверенность от 01.04.2019, срок три года;
от Давлетьярова Бориса Фаварисовича - представитель Курбанов Р.А., доверенность N 77/519-н/77-2018-13-2432 от 27.08.2018 сроком действия один год,
от конкурсного управляющего открытого акционерного общества "Уренгоймонтажпромстрой" Полищука Алексея Евгеньевича - представитель Насыров Р.З., доверенность от 01.02.2019, срок один год;
от общества с ограниченной ответственностью "Солюшен Финанс" - представитель Кочуг Ю.Р., доверенность от 12.03.2019 сроком действия один год,
Михаэлис Владимир Евгеньевич - лично, предъявлен паспорт; представитель Шапаренко Р.В., доверенность N 77АВ 8838698 от 19.11.2018 сроком действия один год;
от Попова Анатоли Андреевича - представитель Шапаренко Р.В., доверенность N 61АА 6389511 от 10.01.2019 сроком действия на три года;
от Петренко Анатолия Борисовича - представитель Шапаренко Р.В., доверенность N 77АВ 9877288 от 05.12.2018 сроком действия два года;
от Боциевой Илины Измаиловой - представитель Дворцов А.С., доверенность N 78/53-н/78-2019-18-312 от 15.04.2019 сроком действия три года,
от Капника Александра Наумовича - представитель Дворцов А.С., доверенность N 77/788-н/77-2018-21-1190 от 14.12.2018 сроком действия три года,
от Каминского Валерия Ефимовича - представитель Крутяков А.А. по доверенности N 5030/18 от 07.08.2018 сроком действия на три года;
установил:
решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 13.05.2016 (резолютивная часть от 10.05.2016) заявление индивидуального предпринимателя Грачева Василия Михайловича о признании ликвидируемого должника - открытого акционерного общества "Уренгоймонтажпромстрой" (далее - ОАО "Уренгоймонтажпромстрой", должник) несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден Усенко Дмитрий Сергеевич (далее - Усенко Д.С.).
Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 28.12.2016 Усенко Д.С. освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ОАО "Уренгоймонтажпромстрой".
Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 06.02.2017 конкурсным управляющим ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" утвержден Полищук Алексей Евгеньевич (далее - Полищук А.Е., конкурсный управляющий).
Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении солидарно Капника Александра Наумовича (далее - Капник А.Н.), Белоконова Александра Владимировича (далее - Белоконов А.В.), Тарелкиной Ирины Юрьевны (далее - Тарелкина И.Ю.), Боциевой Илины Измаиловны (далее - Боциевой И.И.), Петренко Анатолия Борисовича (далее - Петренко А.Б.), Давлетьярова Бориса Фаврисовича (далее - Давлетьярова Б.Ф.), Каминского Валерия Ефимовича (далее - Каминский В.Е.), Евтушенко Владимира Олеговича (далее - Евтушенко В.О.) (именуемые далее совместно "контролирующие должника лица") к субсидиарной ответственности.
Общество с ограниченной ответственностью "Солюшен Финанс" (далее - ООО "Солюшен Финанс") обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении Боциевой И.И., Капника А.Н., Попова Анатолия Андреевича (далее - Попов А.А.), Белоконова А.В., Петренко А.Б., Давлетьярова Б.Ф., Каминского В.Е., Яткевича В.А., Михаэлиса Владимира Евгеньевича (далее - Михаэлис В.Е.), Соболева В.В. к субсидиарной ответственности в размере 1 763 567,882 тыс. руб.
Суд первой инстанции выделил в отдельное производство требования о привлечении к субсидиарной ответственности Тарелкиной И.Ю. и Евтушенко В.О., поскольку признал такое раздельное рассмотрение требований соответствующим целям эффективного правосудия.
Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 18.03.2019:
- выделены в отдельное производство заявления конкурсного управляющего и ООО "Солюшен Финанс" в отношении привлечения к субсидиарной ответственности Тарелкиной И.Ю. и Евтушенко В.О.;
- признано обоснованным заявление конкурсного управляющего и заявление ООО "Солюшен Финанс" о привлечении контролирующих должника лиц Боциевой И.И., Капника А.Н., Попова А.А., Белоконова А.В., Петренко А.Б., Давлетьярова Б.Ф., Каминского В.Е., Яткевича В.А., Михаэлиса В.Е. к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника;
- признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих должника лиц: Боциевой И.И., Капника А.Н., Попова А.А., Белоконова А.В., Петренко А.Б., Давлетьярова Б.Ф., Каминского В.Е., Яткевича В.А., Михаэлиса В.Е.;
- приостановлено производство по рассмотрению заявлений ООО "Солюшен Финанс" и конкурсного управляющего о привлечении вышеуказанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" в части определения размера до окончательного расчета с кредиторами;
- в удовлетворении заявления ООО "Солюшен Финанс" о привлечении контролирующего должника лица Соболева В.В. к субсидиарной ответственности отказано.
Не согласившись с указанным судебным актом, Каминский В.Е., Капник АН., Петренко А.Б., Михаэлис В.Е., Давлетьяров Б.Ф., Попов А.А., Белоконов А.В., Яткевич В.А. обратились с апелляционными жалобами, в которых просили обжалуемое определение суда первой инстанции отменить в части признания обоснованным заявлений о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, принять в указанной части по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего и ООО "Солюшен Финанс".
Каминский В.Е., Давлетьяров Б.Ф. в обоснование своих апелляционных жалоб указали следующее:
- судом первой инстанции применен Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) в редакции, которая не действовала на даты совершения действий (бездействий), которые, по мнению заявителей, являются основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника;
- Каминский В.Е., Давлетьяров Б.Ф. не являются контролирующими должника лицами;
- суд первой инстанции посчитал установленными обстоятельства, содержащиеся во вступившем в законную силу судебном акте по спору, в котором Каминский В.Е., Давлетьяров Б.Ф. участия не принимали;
- Каминский В.Е., Давлетьяров Б.Ф. являлись членами совета директоров должника, в то время как решение о выплате дивидендов принималось общим собранием акционеров должника (протокол от 04.07.2014);
- как следовало из финансовых показателей деятельности должника, отраженных в бухгалтерской отчетности последнего за 2013 год, на основании которой советом директоров принимались рекомендации общему собранию акционеров о распределении прибыли, финансовое состояние должника позволяло выплатить дивиденды без причинения вреда интересам кредиторов должника.
Капник А.Н. в обоснование своей апелляционной жалобы указал, что в мотивировочной части обжалуемого определения суд первой инстанции пришел к выводу о том, что основания для привлечения Капника А.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отсутствуют, тогда как в резолютивной части определения содержится противоположный вывод.
Петренко А.Б., Попов А.А. в обоснование своих апелляционных жалоб указали следующее:
- заявителями не доказано, что Петренко А.Б., Поповым А.А. совершены действия, связанные с принятием решения о выплате дивидендов;
- совет директоров, давая рекомендации акционерам о распределении прибыли по результатам 2013 финансового года, руководствовался бухгалтерской отчетностью должника за 2013 год, впоследствии утвержденной аудиторским заключением от 15.04.2014, из которой не следовало наличие у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества;
- из устава должника следует, что принятие решения о выплате годовых дивидендов относится к исключительной компетенции общего собрания акционеров;
- судом первой инстанции сделан неправильный вывод о том, что о наличии оснований для привлечения членов совета директоров должника заявителем стало известно только 19.12.2017.
Михаэлис В.Е. в своей апелляционной жалобе указал следующее:
- судом первой инстанции не дана оценка доводам Михаэлиса В.Е. о пропуске заявителями срока исковой давности обращения с настоящими заявлениями;
- Михаэлис В.Е. при приеме его на работу 11.07.2016 не мог знать о фактически возникших у должника убытках и их размере, осознавать критичность положения должника.
Белоконов А.В. в своей апелляционной жалобе, дополнении к ней указал следующее:
- суд первой инстанции посчитал установленными обстоятельства, содержащиеся во вступившем в законную силу судебном акте по спору, в котором Белоконов А.В. участия не принимал;
- после выплаты дивидендов Белоконовым А.В. было заключено множество прибыльных контрактов на выполнение работ, судом первой инстанции неправильно оценены обстоятельства, связанные с пожаром на объекте строительства;
- вывод суда первой инстанции о том, что на момент увольнения Белоконова А.В. сложилась критическая ситуация в ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" не соответствует действительности;
- вина Белоконова А.В. в наступлении банкротства должника из материалов дела не следует, напротив, Белоконов А.В. в 2014-2015 годах осуществлял активные действия, направленные на поиск новых заказчиков и заключение контрактов на выполнение работ, что подтверждается материалами дела, в частности, отчетом общества с ограниченной ответственностью "Директ-Консалт" (далее - ООО "Директ-Консалт" от 12.12.2018;
- суд первой инстанции ошибочно заключил, что заявителями не пропущен срок исковой давности обращения с настоящим заявлением.
Яткевич В.А. в своей апелляционной жалобе, дополнениях к ней указал следующее:
- настоящий обособленный спор рассмотрен судом первой инстанции в отсутствие Яткевича В.А., который не был надлежащим образом извещен о судебном процессе;
- Яткевич В.А. не являлся контролирующим должника лицом и не входил в состав совета директоров должника.
До начала заседания суда апелляционной инстанции, назначенного на 04.06.2019, от конкурсного управляющего поступил отзыв на апелляционные жалобы.
В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 04.06.2019, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) объявлен перерыв до 11.06.2019 в целях предоставления суду копии паспорта Яткевича В.А. для проверки доводов о ненадлежащем извещении данного лица о дате и времени судебного заседания по рассмотрению обособленного спора.
Информация о перерыве в судебном заседании размещена в информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.
Рассмотрев материалы дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам рассмотрения дела судом первой инстанции в связи со следующим.
Обжалуемым определением суд первой инстанции установил наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Яткевича В.А.
Между тем указанное лицо в качестве ответчика судом к рассмотрению обособленного спора не привлекалось, доказательств его уведомления о рассмотрении обособленного спора в деле нет.
Из материалов дела следует, что письмом от 14.06.2018 суд первой инстанции запросил в Главном управлении по вопросам миграции МВД России, Управлении по вопросам миграции ГУ МВД России по г. Москве, Управлении по вопросам миграции УМВД России по ЯНАО сведения о месте регистрации Яткевича В.А. (том 1, лист дела 42).
От Управления по вопросам миграции УМВД России по ЯНАО поступил ответ на запрос, в котором оно сообщило, что Яткевич В.А. значился зарегистрированным по месту жительства по адресу: ЯНАО, г. Новый Уренгой, мкр. Советский, д. 7, корп. 3, кв. 71 в период с 28.11.2006 по 23.03.2017 (том 1, лист дела 64).
От Управления по вопросам миграции ГУ МВД России по г. Москве поступил ответ, согласно которому Яткевич В.А. зарегистрированным в г. Москве и Московской области не значится (том 1, лист дела 92).
Согласно ответу Главного управления по вопросам миграции МВД России по указанным установочным данным в информационных системах МВД России невозможно идентифицировать сведения в отношении запрашиваемых граждан (том 1, лист дела 109).
Несмотря на невозможность установить место регистрации Яткевича В.А. из указанных выше ответов, судом первой инстанции повторные запросы с указанием более подробных сведений о запрашиваемом лице не направлялись.
Запрос о месте направления выезда, указанном при прекращении регистрации, судом также не направлялся.
Таким образом, судом первой инстанции достоверно не было установлено место регистрации Яткевича В.А. по месту жительства либо сведения о последнем месте регистрации по месту жительства.
Как следует из материалов дела, извещение Яткевича В.А. о судебном процессе осуществлялось судом первой инстанции по адресу: ЯНАО, г. Новый Уренгой, мкр. Советский, д. 7, корп. 3, кв. 71, по которому он был зарегистрирован, согласно ответу Управления по вопросам миграции УМВД России по ЯНАО, до 23.03.2017 (том 1, лист дела 75, том 4, лист дела 32).
На основании статьи 153 АПК РФ разбирательство дела осуществляется в судебном заседании арбитражного суда с обязательным извещением лиц, участвующих в деле, о времени и месте заседания.
Согласно части 1 статьи 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса извещаются арбитражным судом о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия путем направления копии судебного акта.
По правилам части 1 статьи 122 АПК РФ копия судебного акта направляется арбитражным судом по почте заказным письмом с уведомлением о вручении либо путем вручения адресату непосредственно в арбитражном суде или по месту нахождения адресата, а в случаях, не терпящих отлагательства, путем направления телефонограммы, телеграммы, по факсимильной связи или электронной почте либо с использованием иных средств связи.
Согласно пункту 2 части 4 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.
Согласно пункту 1 статьи 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.
Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.
В пункте 67 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" содержатся разъяснения, согласно которым юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения.
Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. Если в юридически значимом сообщении содержится информация об односторонней сделке, то при невручении сообщения по обстоятельствам, зависящим от адресата, считается, что содержание сообщения было им воспринято, и сделка повлекла соответствующие последствия (например, договор считается расторгнутым вследствие одностороннего отказа от его исполнения).
Статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное (пункт 68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
В случае, если место нахождения или место жительства ответчика неизвестно, надлежащим извещением считается направление извещения по последнему известному месту нахождения или месту жительства ответчика (пункт 5 статьи 123 АПК РФ).
Таким образом, суду первой инстанции надлежало достоверно установить последний адрес регистрации Яткевича В.А. по месту жительства (либо последний известный адрес при принятии всех необходимых мер) и осуществлять извещение по такому адресу, а не извещать Яткевича В.А. по адресу, в отношении которого у суда были сведения о регистрации Яткевича В.А. в определенный период времени в отсутствие доказательств, указывающих на то, что указанный адрес являлся последним местом регистрации Яткевича В.А., либо последним известным местом его жительства или нахождения.
Таким образом, настоящее дело было рассмотрено судом первой инстанции в отсутствие Яткевича В.А., не извещенного надлежащим образом о времени и месте судебных заседаний (пункт 2 части 4 статьи 270 АПК РФ).
Согласно пункту 4 части 4 статьи 270 АПК РФ основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции в любом случае является принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.
Согласно части 6.1 статьи 268 АПК РФ при наличии оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 настоящего Кодекса, арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, в срок, не превышающий трех месяцев со дня поступления апелляционной жалобы вместе с делом в арбитражный суд апелляционной инстанции. О переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции выносится определение с указанием действий лиц, участвующих в деле, и сроков осуществления этих действий.
В связи с изложенным суд апелляционной инстанции усмотрел основания для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.
Определением от 14.06.2019 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению заявления конкурсного управляющего и заявления ООО "Солюшен Финанс" о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО "Уренгоймонтажпромстрой", по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в суде первой инстанции, судебное заседание назначено на 15.07.2019.
Капник А.Н. указал, что производство по настоящему спору в части привлечения Капника А.Н. к субсидиарной ответственности подлежит прекращению.
Определением суда от 22.07.2019 рассмотрение заявлений отложено на 13.08.2019. Информация об отложении размещена в информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.
От конкурсного управляющего поступило ходатайство об истребовании у акционерного общества "Арктикгаз" заверенных копий дополнительных соглашений, актов о приемке выполненных работ, справок об их стоимости.
Впоследствии на указанном ходатайстве конкурсный управляющий не настаивал, поскольку данные документы были представлены в дело представителем Белоконова А.В.
В заседании суда, открытом 13.08.2019, в соответствии со статьей 163 АПК РФ объявлен перерыв до 19.08.2019, после окончания которого судебное заседание продолжено.
Информация о перерыве в судебном заседании размещена в информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.
В заседании суда, открытом 19.08.2019, в соответствии со статьей 163 АПК РФ объявлен перерыв до 20.08.2019 (в пределах пяти рабочих дней), после окончания которого судебное заседание было продолжено.
Информация о перерыве в судебном заседании размещена в информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.
В заседании от 13.08.2019-20.08.2019 арбитражным судом заслушаны доводы и пояснения лиц, участвующих в деле, и их представителей.
В соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ заявления рассмотрены судом в отсутствие неявившихся лиц.
Рассмотрев ходатайство Капника А.Н. о прекращении производства по заявленным в его отношении требованиям, суд отказывает в его удовлетворении.
Ходатайство мотивировано тем, что в отношении Капника А.Н. Арбитражным судом Ямало-Ненецкого автономного округа по обособленному спору о привлечении контролирующих должника лиц в рамках дела N А81-5638/2015 о банкротстве ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" было принято определение от 25.06.2018, которым Капник А.Н. привлечен к субсидиарной ответственности.
Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2018 и постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 07.12.2018 указанное определение от 25.06.2018 оставлено без изменений.
При этом привлечение Капника А.Н. к субсидиарной ответственности суд мотивировал причинением существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения недействительных сделок, с учетом обстоятельств, установленных вступившим в законную силу постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2018, принятого по делу о несостоятельности (банкротстве) ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" N А81-5638/2015.
В настоящем споре конкурсный управляющий и ООО "Солюшен Финанс" также обосновывают свои требования причинением существенного вреда имущественным правам кредиторов со ссылкой на обстоятельства, установленные постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2018 по делу N А81-5638/2015.
На тождественность фактических обстоятельств, на которых основано заявление конкурсного управляющего и ООО "Солюшен Финанс", также обратил внимание Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в постановлении от 07.12.2018.
Вместе с тем суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что в рамках обособленного спора, по результатам которого Капник А.Н. привлечен к субсидиарной ответственности, ему вменялось совершение сделок (выплата дивидендов), которые впоследствии были признаны недействительными по заявлению конкурсного управляющего (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве), тогда как в рамках настоящего обособленного спора Капнику А.Н. дополнительно вменяется необращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве), в связи с чем заявления не являются полностью тождественными, основания для прекращения производства по заявлениям конкурсного управляющего и ООО "Солюшен Финанс" в соответствующей части (в части необращения с заявлением) отсутствуют.
При этом требование о привлечении Капника А.Н. к субсидиарной ответственности по причине выплаты дивидендов судом апелляционной инстанции не рассматривается, так как оно уже было рассмотрено ранее и по нему принят судебный акт.
Из материалов настоящего дела следует, что ООО "Солюшен Финанс" обратилось 11.05.2018 в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.
18.06.2018 с таким же заявлением обратился конкурсный управляющий.
Поскольку привлечение к субсидиарной ответственности (присуждение) осуществляется в пользу должника, иски о привлечении к субсидиарной ответственности являются косвенными исками.
Поэтому оба заявителя, по существу, являются законными представителями конкурсной массы должника.
Следовательно, при наличии оснований для рассмотрения требований по существу, суд рассматривает их вне зависимости от того, кем именно заявлено то или иное требование.
Комплексно требования обоих заявителей изложены в таблице "Вменяемые контролирующим должника лицам нарушения норм Закона о банкротстве", приложенной к дополнениям ООО "Солюшен Финанс" к заявлению от 17.12.2018 (том 12, листы дела 122-125).
Согласно указанной таблице ряду ответчиков, названных контролирующими лицами должника, вменяется совершение следующих действий (бездействия):
1) Боциевой И.И. - непередача конкурсному управляющему имущества и документации должника и необоспечение их сохранности, в результате чего затруднено проведение процедур в деле о банкротстве (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве);
2) Капнику А.Н., Попову А.А., Белоконову А.В., Петренко А.Б., Давлетьярову Б.Ф., Каминскому В.Е., Яткевичу В.А., Михаэлису В.Е., Соболеву В.В. - необращение с заявлением о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве);
3) Капнику А.Н., Попову А.А., Белоконову А.В., Петренко А.Б., Давлетьярову Б.Ф., Каминскому В.Е., Яткевичу В.А. - формирование советом директоров рекомендаций акционерам, в том числе по выплате дивидендов (протокол совета директоров от 19.03.2014) (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве);
4) Белоконову А.В. - списание имущества должника на сумму 14 518,6 тыс. руб., совершение от имени должника невыгодных для него сделок (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве);
5) Петренко А.Б. - списание основных средств должника на сумму 55 650 тыс. руб., исчезновение имущества должника при закрытии его филиала на сумму 10 229,716 тыс. руб., совершение невыгодных для должника сделок (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве);
6) Михаэлису В.Е. - совершение от имени должника невыгодных для него сделок (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве).
Суд апелляционной инстанции, рассмотрев заявления конкурсного управляющего и ООО "Солюшен Финанс" по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, приходит к следующим выводам.
Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве". Федеральный закон от 29.07.2017 N 266-ФЗ вступил в силу с 30.07.2017, в связи с чем его действие в соответствующей части распространяется на заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, поданные только после 01.07.2017.
Согласно абзацу третьему статьи 4 вышеназванного закона, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции указанного выше Федерального закона).
ООО "Солюшен Финанс" обратилось в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц (далее также - КДЛ) 11.05.2018 (штамп входящей корреспонденции суда), конкурсный управляющий - 18.06.2018(штамп входящей корреспонденции суда).
Учитывая указанные обстоятельства, суд считает возможным применить к спорным правоотношениям абзац третий статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ о рассмотрении спора по новым правилам.
Вместе с тем суд апелляционной инстанции учитывает, что указанные правила применяются судом только в части процессуальных правоотношений.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; при этом либо в тексте закона содержится специальное указание о таком действии во времени, либо в правовом акте о порядке вступления закона в силу имеется подобная норма; законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений; обратная сила закона применяется преимущественно в отношениях, которые возникают между индивидом и государством в целом, и делается это в интересах индивида (уголовное законодательство, пенсионное законодательство); в отношениях, субъектами которых выступают физические и юридические лица, обратная сила не применяется, ибо интересы одной стороны правоотношения не могут быть принесены в жертву интересам другой, не нарушившей закон (Решение от 1 октября 1993 года N 81-р; определения от 25 января 2007 года N 37-О-О, от 15 апреля 2008 года N 262-О-О, от 20 ноября 2008 года N 745-О-О, от 16 июля 2009 года N 691-О-О, от 23 апреля 2015 года N 821-О и др.).
Данная правовая позиция дополнительно закреплена в Постановлении Конституционного Суда РФ от 15.02.2016 N 3-П "По делу о проверке конституционности положений части 9 статьи 3 Федерального закона "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" в связи с жалобой гражданина Е.В. Потоцкого".
Пунктом 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что под основаниями требования о привлечении к субсидиарной ответственности, предполагающего обоснование статуса контролирующего должника лица, понимаются не ссылки на нормы права, а фактические обстоятельства спора, на которых основано притязание гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, о возмещении вреда, обращенное к конкретному лицу.
Следовательно, обстоятельства, указанные в пункте 4 статьи 10 в виде материальных презумпций, сами по себе могут являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.
Исходя из указанного разъяснения, установленные в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве презумпции, в том числе о том, что должник признан банкротом в связи с заключением бывшим руководителем должника сделки, указанной в статье 61.2 Закона о банкротстве, являются презумпциями материального характера.
Поскольку вопросы субсидиарной ответственности - это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.
В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим органом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ, то применению подлежат положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности по обязательствам должника в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.
Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ, то применению подлежат положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности по обязательствам должника в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.
Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (статьей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве) в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.
Данный вывод также подтвержден в Определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу N А22-941/2006.
По мнению ответчиков, заявителями пропущен срок исковой давности обращения с настоящими заявлениями.
Так, Каминский В.Е., Давлетьяров Б.Ф. считают, что сроки исковой давности по рассматриваемым требованиям надлежит исчислять в соответствии с положениями абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ. Годичный срок исковой давности, установленный для обращения в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, должен исчисляться с учетом следующего.
В Обзоре судебной практики N 2 (2018), утверждённом Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, разъяснено, что срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчётов со всеми кредиторами.
Как следует из заявлений конкурсного управляющего об оспаривании сделок по выплате дивидендов акционерам должника, поступивших в арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа 10-11 мая 2017, сведения о лицах, контролирующих должника (имеющих фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), а также о неправомерных действиях (бездействии) данных лиц, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, были известны конкурсному управляющему как минимум в указанный момент (не позднее 10-11 мая 2017 г.). Еще раньше конкурсному управляющему и конкурсным кредиторам было известно о недостаточности активов должника для проведения расчётов со всеми кредиторами, поскольку банкротство должника осуществляется в рамках процедуры банкротства ликвидируемого должника, что само по себе означает недостаточность активов для проведения расчетов с кредиторами. Заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности было подано им 18.06.2018 года, то есть с пропуском годичного срока исковой давности, установленного абзацем четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве.
Кроме того, о наличии всех указанных выше обстоятельств должно было быть известно и конкурсному управляющему и конкурсному кредитору не позднее 14.04.2017 г. - дня проведения собрания кредиторов должника, в рамках которого рассматривался отчет конкурсного управляющего, включавшего в себя и сведения о совершении должником сделок, факт совершения которых являлся основанием для предъявления требований о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.
Белоконов А.В. указал, что в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" также было разъяснено, что после вступления в силу новых норм, регулирующих положения о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, основания для применения субсидиарной ответственности квалифицируются исходя из законодательства, действовавшего на тот момент, когда соответствующие обстоятельства имели место, а процедура привлечения к ответственности применяется согласно новой редакции Закона о банкротстве.
Вышеуказанные нормы содержат указание на необходимость применения двух сроков исковой давности однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ); трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.
В рассматриваемом случае, производство по делу о банкротстве возбуждено определением суда от 18.11.2015 года, конкурсное производство открыто решением суда от 13.05.2016 года, то есть после вступления в силу Закона N 134-ФЗ, следовательно, начало исчисления срока исковой давности на подачу заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности к рассматриваемым правоотношениям Закон о банкротстве связывает с моментом, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.
Конкурсный управляющий Усенко Д.С, а в последствии его полный правопреемник Полищук А.Е., утвержденный определением суда 06.02.2017 года, на дату признания должника банкротом, действуя добросовестно и разумно, могли предположить наличие/отсутствие оснований для привлечения Белоконова А.В. к субсидиарной ответственности с момента его утверждения в качестве конкурсного управляющего должника (13.05.2016 года).
Заявление о привлечении Белоконова А.В. к субсидиарной ответственности подано 16.04.2018 года, то есть более чем через два года после того, как конкурсный управляющий мог предположить наличие соответствующего основания для привлечения Белоконова А.В. к субсидиарной ответственности, в связи с чем конкурсным управляющим и конкурсным кредитором пропущен срок, установленный в абзаце четвертом пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления, если об истечении срока исковой давности заявлено стороной в споре (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).
По мнению Боциевой И.И., ООО "Солюшен Финанс" и конкурсным управляющим Полищуком А.Е. пропущен срок исковой давности.
Согласно положениям статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), действующего на момент совершения вмененных конкурсным управляющим и конкурсным кредитором действий, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.
В соответствии со статьей 126 Закона о банкротстве Боциева И.И., как руководитель ликвидационной комиссии, в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего была обязана обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.
Решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 13.05.2016 в отношении должника введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден Усенко Д.С.
Следовательно, вмененное Боциевой И.И. якобы неисполнение обязанности по передаче документов имело место уже 17.05.2016.
Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 06.02.2017 конкурсным управляющим ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" утвержден Полищук А.Е., следовательно, о якобы имевшем место нарушении обязательств по передаче документации конкурсный управляющий мог узнать по истечению 3-х дней с указанной даты, то есть 10.02.2017.
Также о якобы имевшем место нарушении конкурсный кредитор ООО "Солюшен Финанс" и конкурсный управляющий Полищук А.Е. должны были узнать из открытых источников, в частности Картотеки арбитражных дел и определению Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 19.01.2017.
Как следует из материалов дела по настоящему обособленному спору, заявление о привлечении контролирующих должника лиц подано конкурсным управляющим и конкурсным кредитором 18.06.2018 и 11.05.2018 соответственно.
Таким образом, конкурсным кредитором ООО "Солюшен Финанс" и конкурсным управляющим Полищуком А.Е. пропущен срок исковой давности по требованию о привлечении Боциевой И.И. к субсидиарной ответственности.
Согласно доводам Петренко В.Б., Михаэлиса В.Е., Попова А.А. 25.09.2018 и 21.11.2018 ООО "Солюшен-Финанс" и конкурсный управляющий обратились в арбитражный суд с требованиями к ним.
Согласно статье 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Пленум Верховного суда РФ в своем постановлении от 21.12.2017 N 53 (п. 59) указал на то, что срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу (ст. 200 ГК РФ), исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).
Заявители при должной добросовестности могли узнать о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности и обратиться с соответствующим заявлением в суд значительно ранее 25.09.2018 и 21.11.2018 ввиду следующего: учитывая открытость и общедоступность сведений о единоличных исполнительных органах юридических лиц в сети интернет, в том числе на таких сайтах как egrul.nalog.ru, casebook.ru, focus.kontur.ru, установить факт того, что ответчик Михаэлис В.Е. являлся последним руководителем должника конкурсный кредитор и конкурсный управляющий могли 19.01.2017 (дата включения требований кредитора в реестр требований кредиторов должника) и 10.05.2016 (дата признания должника банкротом) соответственно.
Согласно заявлению Яткевича В.А. о пропуске срока исковой давности по требованию к нему необходимо применять два срока исковой давности - однолетний субъективный, исчисляемый по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ); и трехлетний объективный, исчисляемый со дня признания должника банкротом.
В рассматриваемом случае производство по делу о банкротстве возбуждено определением суда от 18.11.2015, конкурсное производство открыто решением суда от 13.05.2016 года, то есть после вступления в силу Закона N 134-ФЗ, следовательно, начало исчисления срока исковой давности на подачу заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности к рассматриваемым правоотношениям Закон связывает с моментом, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.
ООО "УСТ", а впоследствии его полный правопреемник в рамках рассматриваемого дела ООО "Солюшен Финанс", на дату включения в реестр требований кредиторов, действуя добросовестно и разумно, могли предположить наличие/отсутствие оснований для привлечения Яткевича В.А. к субсидиарной ответственности с даты включения требования ООО "УСТ"в реестр требований кредиторов (20.01.2017).
Заявление о привлечении Яткевича В.А. к субсидиарной ответственности подано 11.05.2018 года, то есть более чем через год после того, как конкурсный кредитор мог установить наличие соответствующего основания для привлечения Яткевича В.А. к субсидиарной ответственности, в связи с чем конкурсным управляющим и конкурсным кредитором пропущен срок, установленный в абзаце четвертом пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления, если об истечении срока исковой давности заявлено стороной в споре (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).
Конкурсный управляющий, возражая на заявление о пропуске им срока давности на обращение с заявлением привлечения к субсидиарной ответственности, указал:
Действительно, 10.05.2017 конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с заявлением об оспаривании сделок должника по выплате дивидендов за 2013 в пользу Капника А.Н., ООО "Фиджен, ООО "УТС УМПС", ООО "СНГА". Вместе с тем, выводы о неправомерности действий акционеров и членов совета директоров, причинившие вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, мог сделать только суд по результатам его рассмотрения в соответствии с нормами АПК РФ и Закона о банкротстве.
Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 10 октября 2017 года по делу N А81-5638/2015 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" Полищук Алексея Евгеньевича о признании недействительными сделок должника по перечислению денежных средств в счёт выплаты дивидендов за 2013 год в пользу ООО "Стройнефтегаз Альянс", Капника А.Н., ООО "УТС УМПС", ООО "Фиджен" было отказано.
И только Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2017 апелляционная жалоба Полищука А.Е. была удовлетворена. Определение Арбитражного суда ЯмалоНенецкого автономного округа от 10 октября 2017 года по делу N А81-5638/2015 отменено, принят новый судебный акт. Заявление конкурсного управляющего открытого акционерного общества "Уренгоймонтажпромстрой" Полищука Алексея Евгеньевича о признании недействительными сделок удовлетворено. Признаны недействительными сделками выплаты открытым акционерным обществом "Уренгоймонтажпромстрой" дивидендов пользу ООО "Стройнефтегаз Альянс", Капника А.Н., ООО "УТС УМПС", ООО "Фиджен" за 2013 год и взыскано в пользу должника 297 млн. рублей.
При рассмотрении данного спора в суде апелляционной конкурсным управляющим было впервые установлено, что основанием для возникновения признаков банкротства ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" послужил пожар, повлекший полное уничтожение построенного должником здания для группы компаний НОВАТЭК по договору между должником и ОАО "Арктикгаз", а прямые убытки составили 600 млн. руб. Так как данные обстоятельства были озвучены акционерами должника впервые, следовательно, срок исковой давности следует исчислять с 03 декабря 2017 г. - даты судебного заседания в Восьмом арбитражном апелляционном суде, где данные обстоятельства были раскрыты для конкурсного управляющего.
Кроме того, в течение 2017 конкурсным управляющим активно велись мероприятия по формированию конкурсной массы, что подтверждается многочисленными обособленными спорами об оспаривании сделок должника, размещенными в картотеке арбитражных дел, в частности, заявления об оспаривании сделок:
- с ОАО "Ямал СПГ", ЗАО "Трест КХМ" на 434,330 млн.рублей (Определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 13.11.2017, оставленное без изменения Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2018 по делу N А81-5638/2015);
- с ОАО "Арктикгаз" на 801, 205 млн.рублей (Определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 17.04.2018, оставленное без изменения Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2018 по делу N А81-5638/2015);
- с ОАО "Ямал СПГ", ОАО "Арктикгаз", ОАО "Арктик СПГ 2", ООО "Спецстрой", ООО "СтройИмпорт", ООО "Велестрой" на 707,267 млн.рублей (Определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 28.11.2017, оставленное без изменения Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2018 г. по делу N А81-5638/2015).
То есть, учитывая размер заявленных конкурсным управляющим требований, недостаточность активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами в размере 1,7 млрд. рублей возможно было установить только по результатам рассмотрения данных заявлений в арбитражном суде.
Указанный вывод подтверждается судебной практикой (Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2018 по делу N А45-10364/2014, Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2018 N 08АП-773/2018 по делу N А70-11814/2015, оставленное без изменения Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 14.06.2018 N Ф04-1318/2016, Определением Верховного Суда РФ от 04.10.2018 N 304-ЭС16-17558(2,3)).
Оценив данные заявления о пропуске срока давности и возражения конкурсного управляющего, суд апелляционной инстанции указывает следующее.
По смыслу определения Верховного Суда РФ от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу N А22-941/2006 нормы о применении срока давности привлечения к субсидиарной ответственности применяются в той редакции, которая действовала на момент совершения ответчиком вменяемого правонарушения.
Вместе с тем если материально-правовые основания привлечения к ответственности на дату совершения правонарушения и на дату обращения с заявлением не изменились и на дату прекращения действия предыдущих редакций данного Закона (и Гражданского кодекса Российской Федерации), предусматривавших иной порядок исчисления давности по этой категории дел, срок исковой давности привлечения к субсидиарной ответственности не истек (или даже не начинал течь), к вопросу о продолжительности и порядку исчисления исковой давности подлежит применению новая норма.
Данный подход опирается на сложившуюся в позитивном праве традицию исчисления сроков давности при их законодательном изменении (пункт 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации", пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21.07.2005 N 109-ФЗ
"О внесении изменения в статью 181 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
Таким образом, если по состоянию на дату введения в действие статьи 61.14 Закона о банкротстве (30.07.2017) ранее действовавший срок давности не истек, к правоотношениям применяется срок давности, предусмотренный статьей 61.14 Закона о банкротстве.
По смыслу по смыслу действовавшей на момент совершения контролирующими должника лицами вменяемых им конкурсным управляющим незаконных действий редакции статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также последующих редакций данной статьи и статьи 10 Закона о банкротстве исковая давность по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности в любом случае не могла начать течь ранее момента возникновения у истца права на иск и объективной возможности для его реализации.
Вменяемые группе ответчиков действия (бездействия) совершены в период действия статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ, согласно которой заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.
В силу пункта 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53
"О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).
Если в ходе рассмотрения обособленного спора (дела) будет установлено, что недобросовестно действующий в интересах контролирующего должника лица арбитражный управляющий скрыл от кредиторов обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, срок исковой давности не может быть исчислен с момента осведомленности такого управляющего.
Кроме того, по смыслу пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности, лежит на ответчиках.
В данном случае обстоятельства пропуска срока давности подлежали доказыванию ответчиками, а обстоятельства сокрытия первоначальным конкурсным управляющим от кредиторов информации об основаниях привлечения к субсидиарной ответственности подлежали доказыванию истцами.
Между тем, конкурсный управляющий и кредитор-истец таких доказательств не представляли.
Поэтому оснований для исчисления срока давности по дате осведомленности вновь назначенного управляющего суд апелляционной инстанции не усматривает.
Вместе с тем суд апелляционной инстанции учитывает, что кредитор-истец не мог узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ранее конкурсного управляющего.
Предоставление законодателем конкурсному кредитору права требовать привлечения контролирующих должника к субсидиарной ответственности в интересах имущественной массы должника и опосредованно в интересах всех кредиторов, несмотря на то, что у этой имущественной массы уже имеется законный представитель (конкурсный управляющий), который обязан действовать в интересах всех кредиторов и подавать соответствующие заявления при наличии к тому оснований, означает, что законодатель дал дополнительную защиту кредиторам от недобросовестности, неразумности, нерачительности или нерасторопности управляющего.
Следовательно, в ситуации одновременного обращения с иском конкурсного управляющего и конкурсного кредитора (двух представителей имущественной массы должника) давность должна быть исчислена по моменту осведомленности конкурсного кредитора (за исключением случая, когда он не подпадает под понятие "обычного независимого кредитора"), так как в противном случае (если давность будет исчисляться по конкурсному управляющему) смысл предоставления законодателем дополнительной защиты утрачивается.
Поскольку основания привлечения к субсидиарной ответственности, на которые сослался конкурсный управляющий, поглощаются основаниями, на которые сослался кредитор-истец, суд апелляционной инстанции далее исходит из того, когда о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности узнал или должен был кредитор ООО "Солюшен финанс", поскольку доказательств того, что он не является обычным независимым кредитором, в деле нет.
Требование к Боциевой И.И. (непередача документации, пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве) заявлено ООО "Солюшен Финанс" 11.05.2018, конкурсным управляющим - 18.06.2018, уточнено ООО "Солюшен Финанс"17.12.2018.
Требование к Капнику А.Н., Попову А.А., Белоконову А.В., Петренко А.Б., Давлетьярову Б.Ф., Каминскому В.Е., Яткевичу В.А., Михаэлису В.Е., Соболеву В.В. (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве) заявлено ООО "Солюшен Финанс" 11.05.2018, уточнено ООО "Солюшен Финанс" 25.09.2018, уточнено ООО "Солюшен Финанс"17.12.2018, по соответствующему основанию к Белоконову А.В., Михаэлису В.Е. конкурсным управляющим - 21.11.2018.
Требование к Капнику А.Н., Попову А.А., Белоконову А.В., Петренко А.Б., Давлетьярову Б.Ф., Каминскому В.Е., Яткевичу В.А. в связи с формированием советом директоров рекомендаций акционерам, в том числе по выплате дивидендов (протокол совета директоров от 19.03.2014) (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве) заявлено ООО "Солюшен Финанс" 11.05.2018, уточнено ООО "Солюшен Финанс" 25.09.2018, уточнено ООО "Солюшен Финанс"12.12.2018, к Белоконову А.В. по указанному основанию конкурсным управляющим - 18.06.2018, по указанному основанию к Давлетьярову Б.Ф., Каминскому В.Е. - 21.11.2018.
Требование к Белоконову А.В. в связи со списанием имущества должника на сумму 14 518,6 тыс. руб., совершением от имени должника невыгодных для него сделок (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве) заявлено конкурсным управляющим 18.06.2018, заявлено ООО "Солюшен Финанс"17.12.2018.
Требование к Петренко А.Б. в связи со списанием основных средств должника на сумму 55 650 тыс. руб., исчезновением имущества должника при закрытии его филиала на сумму 10 229,716 тыс. руб., совершением невыгодных для должника сделок (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве) заявлено конкурсным управляющим 18.06.2018, заявлено ООО "Солюшен Финанс"17.12.2018.
Требование к Михаэлису В.Е. в связи с совершением от имени должника невыгодных для него сделок (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве) заявлено конкурсным управляющим 21.11.2018, ООО "Солюшен Финанс" - 17.12.2018.
Разрешение вопроса истечения давности далее будет дано ниже при обосновании выводов суда по отдельным требованиям.
Из материалов дела следует, что согласно статье 11 Устава ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" от 2013 года органами управления общества являются: общее собрание акционеров; совет директоров; генеральный директор (единоличный исполнительный орган); ревизионная комиссия.
Согласно положениям устава общества (пункты 3.1, 3.17, 3.18 статьи 13) совет директоров определяет приоритетные направления деятельности общества, а также принимает решения о заключении крупных сделок, связанных с приобретением и отчуждением обществом имущества, а также прочих сделок.
Положения устава общества не содержат полномочий совета директоров сверх полномочий, оговоренных для данного органа законом.
Согласно статье 14 Устава генеральный директор (единоличный исполнительный орган) назначается и досрочно прекращает свои полномочия по решению совета директоров общества и, осуществляя руководство текущей деятельностью общества, обеспечивает выполнение решений совета директоров общества.
Заявители сослались на то, что, как указано в опубликованных обществом документах в порядке раскрытия информации об акционерных обществах на сайте http://www.disclosure.ru, членами совета директоров ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" в период с 2012 года являлись Капник В.Н. - председатель совета директоров, владелец 24,99% акций ОАО "Уренгоймонтажпромстрой", Белоконов А.В. - член совета директоров, генеральный директор, Попов А.А. - член совета директоров, владелец 3,16% акций ОАО "Уренгоймонтажпромстрой", Давлетьяров Б.Ф. Петренко А.Б. член совета директоров, директор филиала ОАО "Уренгоймонтажпромстрой"", Каминский В.Е.
Согласно представленным уполномоченным органом сведениям руководителями (генеральными директорами) ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" являлись:
- Белоконов А.В. в период с 08.05.2007 по 23.06.2015;
- Соболев В.В. в период с 23.06.2015 по 27.07.2015;
- Михаэлис В.Е. в период с 27.07.2015 по 25.11.2015.
Согласно выписке из ЕГРЮЛ Боциева И.И. являлась руководителем (председатель ликвидационной комиссии) ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" в период с 25.11.2015 по 20.06.2016.
Ссылаясь на совершение указанными лицами неправомерных действий в отношении кредиторов, заявители просили привлечь их к субсидиарной ответственности.
1. В настоящем случае Капнику А.Н., Попову А.А., Петренко А.Б., Давлетьярову Б.Ф., Каминскому В.Е., Яткевичу В.А., как членам Совета директоров, Белоконову А.В., Соболеву В.В., Михаэлису В.Е. как единоличному исполнительному органу должника вменяется бездействие, выразившееся в необращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).
Относительно незаконности бездействия, выразившегося в необращении Капника А.Н., Попова А.А., Петренко А.Б., Давлетьярова Б.Ф., Каминского В.Е., Яткевича В.А. с заявлением о признании должника банкротом, конкурсный управляющий в заявлении указал, что датой возникновения у контролирующих должника лиц обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом в связи принятием советом директоров решением выплаты дивидендов, при наличии информации об убытках общества вследствие пожара, случившегося в апреле 2014 года, является 20.08.2014.
Конкурсным кредитором взят за основание срок, когда совершены выплаты всех дивидендов - декабрь 10.12.2014 (постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2017 по настоящему делу), то есть не позднее 10.01.2015.
По мнению заявителей, зная, что должник обладает признаками неплатежеспособности, имеется непогашенная кредиторская задолженность, незаконно выплатив дивиденды акционерам, члены совета директоров, обладающие правом созывать совет директоров для принятия решения об обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом, не исполнили соответствующую обязанность, что является основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.
Однако в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, подлежащей применению в рамках настоящего обособленного спора, основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам являлось нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона. Указанное влекло за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.
Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве была предусмотрена обязанность руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника, в частности, в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.
Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.
Дополнительное основание для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам, предусмотренное пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, а именно неисполнение обязанности по созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения собственником имущества должника - унитарного предприятия, появилось в связи с введением статьи 61.12 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.
Так, в соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.
Случаи, в которых руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, предусмотрены пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.
При этом на основании пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока:
собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;
лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи.
В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что при неисполнении руководителем должника, ликвидационной комиссией в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве решение об обращении в суд с таким заявлением должно быть принято органом управления, к компетенции которого отнесено разрешение вопроса о ликвидации должника (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).
Между тем соответствующие изменения, внесенные в Закон о банкротстве Законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ, вступили в силу только 30.07.2017, тогда как вменяемое Капнику А.Н., Попову А.А., Петренко А.Б., Давлетьярову Б.Ф., Каминскому В.Е., Яткевичу В.А. бездействие, по его мнению заявителей, имело место в 2014-2015 годах (в любом случае не позднее вступления в законную силу соответствующих изменений, внесенных в Закон о банкротстве).
Настоящее дело о банкротстве было возбуждено 18.11.2015, поэтому с момента его возбуждения любая обязанность по обращению с заявлением прекратилась.
Как было указано выше, нормы материального права должны применяться на дату предполагаемого неправомерного действия или бездействия контролирующего лица.
Учитывая изложенное, неисполнение обязанности по созыву собрания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения не может быть вменено Капнику А.Н., Попову А.А., Петренко А.Б., Давлетьярову Б.Ф., Каминскому В.Е., Яткевичу В.А., в качестве основания для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.
До возбуждения настоящего дела о банкротстве указанное бездействие (несозыв собрания участников для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или непринятие такого решения собственником имущества должника - унитарного предприятия) не было предусмотрено Законом о банкротстве в качестве основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.
При таких обстоятельствах основания для удовлетворения заявления ООО "Солюшен Финанс", конкурсного управляющего о привлечении Капника А.Н., Попова А.А., Петренко А.Б., Давлетьярова Б.Ф., Каминского В.Е., Яткевича В.А., к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, статьи 61.12 Закона о банкротстве отсутствуют.
В отношении давности привлечения к ответственности по этому основанию суд апелляционной инстанции указывает следующее:
Требование Общества с ограниченной ответственностью "Уренгойспецтехнология" (далее ООО "УСТ") было включено в реестр требований кредиторов должника определением от 19.01.2017.
Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 14.11.2017 по настоящему делу было осуществлено процессуальное правопреемство.
Правопреемником стало ООО "Солюшен Финанс".
В силу части 3 статьи 48 АПК РФ и 201 ГК РФ срок давности подлежит исчислению с момента, когда ООО "УСТ" (или его правопреемник ООО "Солюшен Финанс", если правопредшественник не должен был знать до момента правопреемства) узнало или должно было узнать об основаниях привлечения к субсидиарной ответственности.
Как уже было сказано выше, лицо считается осведомленным о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, если оно осведомлено о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).
Таким образом, осведомленность должна иметь место не просто о наличии действий (бездействия), но и о том, что такие действия (бездействие) являются неправомерными) и причинили вред кредиторам.
Иными словами, заявители должны быть осведомлены не просто о бездействии, но и об обстоятельствах незаконности (недобросовестности) такого бездействия.
Как указал конкурсный управляющий, при обращении им в рамках настоящего дела с заявлением об оспаривании сделок должника по выплате дивидендов за 2013 в пользу Капника А.Н., ООО "Фиджен, ООО "УТС УМПС", ООО "СНГА" в ходе рассмотрения апелляционной жалобы конкурсным управляющим из пояснений председателя совета директоров должника Капника А.Н., данных в судебном заседании 03 декабря 2017 г., было впервые установлено, что признаки банкротства ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" возникли в связи с пожаром, повлекшим полное уничтожение построенного должником здания производственного цеха для группы компаний НОВАТЭК по договору между должником и ОАО "Арктикгаз", а прямые убытки составили 600 млн. руб. по причине того, что затраты на восстановление указанного цеха не были приняты к возмещению заказчиком.
Именно при наличии этих убытков выплата дивидендов акционерам являлась неправомерным действием, которое могло являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.
Поскольку документация должника в полном объеме конкурсному управляющему не передавалась, что подтверждается определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого округа от 09.02.2018 по настоящему делу, а опровергающих доказательств о наличии более ранней даты осведомленности об указанных Капником А.Н. обстоятельствах ответчики не привели, следует признать, что независимый кредитор не мог узнать об этих обстоятельствах ранее конкурсного управляющего, который узнал о них 03.12.2017 года.
Таким образом, следует признать, что давность по состоянию на 30.07.2017 года еще даже не начала течь, начала течь не ранее 03.12.2017 года и не могла истечь по состоянию на дату обращения с заявлением ООО "Солюшен Финанс" или конкурсного управляющего.
На дату обращения не истекла ни годичная (пункт 5 статьи 10 в редакции Закона N 134-ФЗ от 28.06.2013), ни трехгодичная (пункт 5 статьи 61.14 в редакции Закона N 266-ФЗ от 29.07.2017) давность. При этом, как уже было сказано ранее, применяться в этом случае должна не годичная, а трехгодичная субъективная давность.
Но и годичная давность пропущенной не является.
Основания для удовлетворения заявлений конкурсного управляющего и ООО "Солюшен Финанс" о привлечении Соболева В.В., Михаэлиса В.Е. к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве также отсутствуют в связи со следующим.
Как было указано ранее, из материалов дела усматривается, что Соболев В.В. исполнял обязанности руководителя должника в период с 23.06.2015 по 27.07.2015 (то есть один месяц); Михаэлис В.Е. - в период с 27.07.2015 по 25.11.2015 (то есть четыре месяца).
Михаэлис В.Е. в своих возражениях, в том числе изложенных в апелляционной жалобе, указал, что при приеме его на работу в июле 2015 года акционеры должника не поставили его в известность о фактически возникших убытках и их масштабе (в том числе, о пожаре и убытках, возникших при устранении его последствий).
При приеме его на работу на должность руководителя должника мажоритарными акционерами последнего перед ним были поставлены производственные целевые задачи по обеспечению выполнения работ по контракту, заключенному с группой компаний НОВАТЭК на строительство объекта "Входные сооружения". При этом ответчик был заверен в том, что указанный контракт ценой в 19 млрд. руб. имел высокую рентабельность, предполагал получение чистой прибыли порядка 2 млрд. руб. В свою очередь положительная репутация заказчика позволяла должнику рассчитывать на своевременную оплату выполняемых работ.
Кроме того, бухгалтерская отчетность должника за 2014 год, с которой ответчик мог ознакомиться при приеме на работу и из которой мог оперативно выявить признаки неплатежеспособности общества, имела положительные показатели (чистая прибыль превышала 40 млн. рублей). Оснований не доверять отчетности у ответчика не было ввиду того, что она была подтверждена ревизионной комиссией и аудиторским заключением ООО АФ "Кодастр".
Наличие кредиторской задолженности и судебных споров с контрагентами в условиях ожидаемых поступлений от работ по строительству "Входных сооружений" при наличии сведений о стабильном финансовом положении общества не могло являться основанием для принятия решения об обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом.
Из изложенного следует, что в указанных обстоятельствах ответчик был лишен возможности при приеме его на работу 11.07.2015 безусловно знать о фактически возникших у должника убытках и их масштабе, а также осознавать критичность положения в обществе, очевидно свидетельствующую о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.
Конкурсный управляющий указывает, что договор N 2/17 о проведении согласованных процедур (фактически аудита предприятия) с ООО "ГОРСИ-Аудит" заключен 10.03.2017, также в материалы дела приложен акт о выполнении ООО "ГОРСИ-Аудит" согласованных процедур, датированный 19.06.2017. Таким образом, специализированному предприятию потребовалось 102 дня для проверки финансового состояния должника и формированию соответствующих выводов.
Учитывая стодневный разумный срок, необходимый в настоящем случае для выявления добросовестным руководителем признаков банкротства, месячный срок не мог начать течь ранее 19.10.2015. Таким образом, обязанность у ответчика по подаче заявления должника в арбитражный суд возникла не ранее 20.11.2015.
Между тем, заявление первого заявителя ИП Грачева Василия Михайловича было подано в суд уже 05.11.2015 года и принято к производству 18.11.2015, то есть в связи с невозможностью возбуждения двух дел о банкротстве одного должника оснований для подачи заявления должником не имелось.
Кроме того, Михаэлис В.Е. пояснил, что перед ним была поставлена основная задача - не сорвать производственную программу на 2015 год, поскольку он обладает компетентностью именно в области строительства особо опасных объектов. Председатель совета директоров Капник А.Н. пояснил, что финансовыми вопросами будет заниматься он сам.
Данные пояснения подтверждаются пояснениями других ответчиков, которые в ходе рассмотрения спора подтверждали определяющее влияние Капника А.Н. на деятельность должника.
Именно он являлся мажоритарным кредитором, который контролировал деятельность должника как непосредственно через совет директоров, будучи его председателем, так и с использованием решений собраний кредиторов, учитывая, что ему и его подконтрольным лицам - ООО "Управление транспортного строительства Уренгоймонтажпромстрой", ООО "Фиджен" принадлежало более 68% голосов.
Так, согласно протоколу повторного годового общего собрания акционеров ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" от 04.07.2014 (том 1, листы дела 21-31) Капнику А.Н. принадлежало 24,99% голосов, ООО "Фиджен" - 19,90% голосов, ООО "Управление транспортного строительства Уренгоймонтажпромстрой" - 24,99% голосов.
Учредителем ООО "Фиджен" являлся также Капник А.Н.
Несмотря на то, что ООО "Управление транспортного строительства Уренгоймонтажпромстрой" принадлежало 24,99% голосов в уставном капитале должника, должник при этом являлся единственным участником ООО "Управление транспортного строительства Уренгоймонтажпромстрой". В последнем был сформирован тот же состав совета директоров (Попов А.А., Белоконов А.В., Петренко А.Б., Давлетьяров Б.Ф., Каминский В.Е., Зверев А.Г. - том 3, листы дела 14-15), который, по существу, был подконтролен Капнику А.Н., так как кроме Давлетьярова Б.Ф., Каминского В.Е. был сформирован за счет администрации должника.
Арбитражный суд считает приведенные доводы и объяснения Михаэлиса В.Е. обоснованными, подтверждающимися материалами дела и надлежащим образом не опровергнутыми заявителями.
Согласно пункту 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. При этом по обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают солидарно (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).
Учитывая, что Михаэлис В.Е. исполнял обязанности руководителя должника на протяжении только четырех месяцев, в то время как из материалов дела следует, является очевидным и не оспаривается лицами, участвующими в деле, что деятельность должника имела значительные масштабы и объемы, вся отчетность за предыдущие годы свидетельствовала о прибыльности деятельности должника, у Михаэлиса В.Е. в столь короткие сроки (четыре месяца) объективно отсутствовала возможность установить наличие у должника признаков, свидетельствующих о возникновении у Михаэлиса В.Е. обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.
Обратное заявителями иска не доказано.
Более того, согласно не опровергнутым доводам Михаэлиса В.Е., последний был назначен контролирующими должника лицами на должность генерального директора должника в целях проведения работы по выполнению производственной программы, обязательств перед крупными заказчиками, обеспечению безубыточности деятельности.
Учитывая, что Михаэлис В.Е. являлся лицом, специально привлеченным для реализации соответствующих проектов, его немедленное обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом противоречило бы обычному разумному поведению вновь назначенного менеджера.
Как пояснил данный ответчик, увольнение Михаэлиса В.Е. как раз и последовало после фактического принятия акционерами решения о ликвидации должника и обращения с заявлением о признании должника банкротом.
Доказательств того, что Михаэлис В.Е. заведомо знал, что продолжение деятельности должника в условиях поставленных перед ним задач ведет к ущемлению прав и законных интересов кредиторов, в деле нет.
К тому же объем ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве ограничивается ответственностью перед конкретными кредиторами, обязательства должника перед которыми возникли после истечения месяца с того момента, как у контролирующего должника лица возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.
Ответственность, предусмотренная пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, имеет персональный характер.
Контролирующее лицо отвечает лишь перед теми кредиторами, которые вступили в отношения с должником, не будучи поставленными в известность о наличии у него признаков объективного банкротства, а также вынужденными кредиторами, чьи требования возникли после возникновения признаков объективного банкротства, а не перед всеми кредиторами.
Поэтому размер ответственности равен объему новых обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.
Следовательно, заявители обязаны были обосновать и представить доказательства того, когда именно Михаэлис В.Е. (а не кто-либо другой) был обязан обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, какие именно обязательства возникли после этой даты, учитывая то, что КДЛ (контролирующие должника лица) не являются участниками дела о банкротстве, а являются исключительно участниками данного обособленного спора.
То есть заявители были обязаны обосновать, обязательства каких именно кредиторов входят в состав ответственности Михаэлиса В.Е., а не всех в целом.
Таких доказательств заявители не представляли. Следовательно, доказательств того, что у должника имелись кредиторы, перед которыми у Михаэлиса В.Е.наступила ответственность по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, не представлено.
Соболев В.В. являлся руководителем должника в течение еще менее продолжительного срока - одного месяца, что также означает объективное отсутствие у него возможности в столь непродолжительный срок, исходя из масштабов деятельности должника, установить наличие у него признаков неплатежеспособности, а следовательно, обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.
Из протокола N 21/2015 заседания совета директоров ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" от 09.07.2015 следует, что по вопросу N 2 повестки дня выступил член совета директоров Капник А.Н., который пояснил, что в июне 2015 года в ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" на должность генерального директора по совместительству был приглашен Соболев В.В. для проведения финансового и технического аудита. Свою работу он выполнил оперативно и грамотно, данные о фактическом состоянии компании были предоставлены акционерам, в связи с чем его полномочия подлежат прекращению.
ООО "Солюшен Финанс", конкурсным управляющим не представлены достоверные доказательства в подтверждение того, что Соболев В.В., Михаэлис В.Е. исполняли обязанности руководителя должника недобросовестно, вступая в должность и осуществляя руководство деятельностью ОАО "Уренгоймонтажпромстрой", имели недобросовестные намерения, которые впоследствии были ими реализованы.
С учетом изложенного основания для удовлетворения заявлений конкурсного управляющего и ООО "Солюшен Финанс" о привлечении Соболева В.В., Михаэлиса В.Е. к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве отсутствуют.
В применении срока исковой давности в отношении данных лиц суд также отказывает по причинам, изложенным выше в отношении требований к ответчикам Капнику А.Н., Попову А.А., Петренко А.Б., Давлетьярову Б.Ф., Каминскому В.Е., Яткевичу В.А. по причине неподачи заявления о признании должника банкротом.
Выводы суда апелляционной инстанции относительно неисполнения обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом Белоконовым А.В. будут изложены ниже.
2. Попову А.А., Петренко А.Б., Давлетьярову Б.Ф., Каминскому В.Е., Яткевичу В.А. вменяется формирование советом директоров рекомендаций акционерам по выплате дивидендов (протокол совета директоров от 19.03.2014).
Согласно статье 2 Закона о банкротстве в редакции, подлежащей применению в рамках настоящего обособленного спора, контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника) (абзац введен Федеральным законом от 28.04.2009 N 73-ФЗ, в ред. Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ).
Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой к спорным правоотношениям редакции если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.
Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.
Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.
Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.
В обоснование заявлений в соответствующей части конкурсный управляющий, ООО "Солюшен Финанс" указали, что постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2017 по делу N А81-5638/2015 были признаны недействительными сделками выплаты ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" дивидендов за 2013 год:
1) обществу с ограниченной ответственностью "Управление транспортного строительства Уренгоймонтажпромстрой" в сумме 87 642 644 рублей 40 копеек, осуществленные - по платежному поручению N 6430 от 19.08.2014 на сумму 1 000 000,00 рубля; - по платежному поручению N 6708 от 28.08.2014 на сумму 41 858 676,40 рублей; - по платежному поручению N 9618 от 11.12.2014 на сумму 42 858 676,40 рублей; - по платежному поручению N 9917 от 23.12.2014 на сумму 1 925 291,60 рубль;
2) обществу с ограниченной ответственностью ООО "Фиджен" в сумме 68 233 052, 00 руб., осуществленные: - по платежному поручению N 6428 от 19.08.2014 на сумму 34 116 526,00 руб.; - по платежному поручению N 9322 от 03.12.2014 на сумму 34 116 526,00 руб.;
3) обществу с ограниченной ответственностью ООО "Стройнефтегаз Альянс" в сумме 85 720 819,08 руб. осуществленные: - по платежному поручению N 6426 от 19.08.2014 на сумму 42 860 409,00 рубля; - по платежному поручению N 9287 от 02.12.2014 на сумму 42 860 410,08 рублей;
4) Капнику В.Н. в сумме 85 686 378 рублей 04 копейки, осуществленные: - по платежному поручению N 9283 от 02.12.2014 на сумму 1 843 189,52 рублей; - по платежному поручению N 9286 от 02.12.2014 на сумму 41 000 000 рублей; - по платежному поручению N 9540 от 10.12.2014 на сумму 42 843 188,52 рублей.
По мнению конкурсного кредитора и конкурсного управляющего, члены совета директоров Петренко А.Б., Давлетьяров Б.Ф., Каминский В.Е., Яткевич В.А. подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника в связи с принятием ими рекомендаций, адресованных собранию кредиторов должника, по выплате соответствующих сумм дивидендов в период, когда финансовое состояние должника являлось неустойчивым (протокол совета директоров от 19.03.2014), что подтверждается постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2017 по делу N А81-5638/2015.
Помимо этого заявители иска сослались на протоколы совета директоров от N 5 от 28.04.2014, N 7 от 28.05.2014, которыми члены совета директоров подтверждали ранее принятое решение от 19.03.2014 года в связи с тем, что собрание кредиторов на основании ранее принятого решения не состоялось из-за отсутствия необходимого кворума.
В отношении Яткевича В.А. суд учитывает следующее:
Рекомендация о выплате дивидендов за 2013 год, вменяемая заявителями контролирующим должника лицам, оформлена протоколом совета директоров от 19.03.2014, повторные заседания совета директоров состоялись 28.04.2014, 28.05.2014.
Из протоколов заседания совета директоров от 28.04.2014, 28.05.2014 следует, что Яткевич В.А. присутствовал и голосовал на соответствующих заседаниях как член совета директоров должника (том 8, листы дела 36-44).
Однако, из материалов дела следует, что Яткевич В.А. был избран в состав совета директоров должника решением повторного годового общего собрания акционеров от 04.07.2014 (том 1, лист дела 30, то есть уже после проведения заседаний совета директоров с рекомендациями о размере выплачиваемых дивидендов.
При этом из протоколов совета директоров от 12.08.2014, 31.10.2014, 05.06.2015, 09.07.2015, 05.11.2014, 20.01.2015, 10.08.2015, 23.10.2015, 14.12.2015 (за более поздние даты) не следует, что Яткевич В.А. принимал участие в заседаниях совета директоров должника.
Какие-либо достоверные доказательства в подтверждение того, что на момент принятия рекомендаций о выплате дивидендов Яткевич В.А. являлся членом совета директоров должника и участвовал в принятии соответствующего решения, заявителями в материалы дела не представлены.
В связи с указанными обстоятельствами Яткевич В.А. не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с принятием советом директоров соответствующих рекомендаций.
Более того, из пояснений конкурсного управляющего следует, что Яткевич В.А. в отличие от иных ответчиков, не получал вознаграждения как член совета директоров должника, протоколы совета директоров, представленные в дело, не содержат персональных подписей членов совета директоров, поэтому доказательств того, что Яткевич В.А. вообще исполнял реально обязанности члена совета директоров должника, в деле нет.
Поэтому оснований для признания его контролирующим должника лицом в отношении вменяемых ему действий не имеется.
Далее, в соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.
Указанная презумпция, по мнению суда, имеет процессуальный характер и применяется к спорным правоотношениям (часть 4 статьи 3 АПК РФ).
В силу главы VIII Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее Закона об акционерных обществах) совет директоров (наблюдательный совет) общества осуществляет общее руководство деятельностью общества, за исключением решения вопросов, отнесенных настоящим Федеральным законом к компетенции общего собрания акционеров. Совет директоров не отнесен законодателем к исполнительным органам общества, осуществляющим руководство текущей деятельностью общества (пункт 1 статьи 69 Закона об акционерных обществах).
Поэтому презумпция подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве на членов Совета директоров не распространяется. Отнесение членов совета директоров к контролирующим лицам подлежит доказыванию на общих основаниях.
Однако таких доказательств лица, участвующие в деле, не представили.
Заявители настаивали на том, что ответчики являлись контролирующими лицами только в силу того, что являлись членами совета директоров.
Поэтому достоверных доказательств того, что Попов А.А., Петренко А.Б., Давлетьяров Б.Ф., Каминский В.Е. являлись контролирующими должника лицами, в деле нет.
Кроме того, в соответствии с частью 1 статьи 42 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" общество вправе по результатам первого квартала, полугодия, девяти месяцев отчетного года и (или) по результатам отчетного года принимать решения (объявлять) о выплате дивидендов по размещенным акциям, если иное не установлено настоящим Федеральным законом. Решение о выплате (объявлении) дивидендов по результатам первого квартала, полугодия и девяти месяцев отчетного года может быть принято в течение трех месяцев после окончания соответствующего периода.
Источником выплаты дивидендов является прибыль общества после налогообложения (чистая прибыль общества). Чистая прибыль общества определяется по данным бухгалтерской (финансовой) отчетности общества. Дивиденды по привилегированным акциям определенных типов также могут выплачиваться за счет ранее сформированных для этих целей специальных фондов общества (часть 2 статьи 42 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах").
Как следует из части 3 статьи 42 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", решение о выплате (объявлении) дивидендов принимается общим собранием акционеров. Указанным решением должны быть определены размер дивидендов по акциям каждой категории (типа), форма их выплаты, порядок выплаты дивидендов в неденежной форме, дата, на которую определяются лица, имеющие право на получение дивидендов. При этом решение в части установления даты, на которую определяются лица, имеющие право на получение дивидендов, принимается только по предложению совета директоров (наблюдательного совета) общества.
При этом согласно пункту 2.5 статьи 12 Устава должника от 19.04.2013 принятие решения о выплате годовых дивидендов, в том числе промежуточных, утверждение их размера, формы и порядка их выплаты на основании предложения совета директоров, относится к исключительной компетенции общего собрания акционеров.
Таким образом, из приведенных норм права, учредительных документов должника следует, что принятие решения о выплате дивидендов отнесено к исключительной компетенции общего собрания акционеров должника, совет директоров ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" не уполномочен принимать решение по указанному вопросу, его компетенция ограничивается внесением соответствующего предложения собранию акционеров, принятие которого последним не является обязательным.
Как уже было сказано выше, согласно статье 2 Закона о банкротстве в редакции, подлежащей применению в рамках настоящего обособленного спора, контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.
В развитие понимания возможности фактического контроля над совершением должником невыгодных для кредиторов действий законодателем в пункте 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве разъяснено:
Возможность определять действия должника может достигаться:
1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;
2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;
3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);
4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.
Заявители иска не представили доказательств того, что Попов А.А., Петренко А.Б., Давлетьяров Б.Ф., Каминский В.Е. имели реальную возможность принудить акционеров выплатить дивиденды по итогам 2013 года.
В этой связи члены совета директоров ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" (в частности, Попов А.А., Петренко А.Б.) не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности за принятие решения об определении размера дивидендов по итогам 2013 года в условиях неплатежеспособности должника, так как соответствующее решение ими не принималось, доказательств реального влияния на решение собрания о выплате дивидендов в дело не представлено, а следовательно, требования заявителей в соответствующей части удовлетворению не подлежат.
Кроме того, суд апелляционной инстанции суд учитывает, что установленные соответствующим судебным актом обстоятельства, в частности, выплата должником в 2013 году дивидендов в условиях его неплатежеспособности, не имеют преюдициального значения для ответчиков (часть 2 статьи 69 АПК РФ), так как они не участвовали в рассмотрении обособленного спора о признании недействительными сделками выплат ОАО "Уренгоймонтажпромстрой" дивидендов за 2013 год.
Поэтому они никак не могут быть связаны обстоятельствами причин объективного банкротства, на которых суд основывал свое постановление и которые привел при разрешении предыдущего спора Капник А.Н., тем более что последний являлся в данном споре ответчиком и выстраивал свою процессуальную позицию сообразно своим собственным интересам и стратегиям защиты.
В этой связи соответствующие обстоятельства, равно как наличие оснований для привлечения Попова А.А., Петренко А.Б., Давлетьярова Б.Ф., Каминского В.Е., Яткевича В.А. к субсидиарной ответственности в связи с такими обстоятельствами, подлежали доказыванию в общем порядке (статья 65 АПК РФ).
Однако таких доказательств представлено не было.
Напротив, в деле имеются доказательства того, что в соответствии с бухгалтерской отчетностью по итогам 2013 года активы должника составили 4 855 680 тыс. руб., пассивы - 863 944 тыс. руб., чистые активы составили 863 944 тыс. руб., чистая прибыль - 463 725 тыс. руб., увеличение капитала составило 463 857 тыс. руб.
В отношении доводов о наличии признаков контролирующих лиц у Давлетьярова Б.Ф. и Каминского В.Е. по причине того, что они являлись участниками акционера ООО "Стройнефтегаз Альянс" с пакетом в 44% у Давлетьярова Б.Ф., 44,5% у Каминского В.Е., а акционер ООО "Стройнефтегаз Альянс" являлся получателем дивидендов в сумме 85 720 819 руб. 08 коп. по оспоренным ранее сделкам по выплате дивидендов (постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2017 по настоящему делу), суд апелляционной инстанции указывает следующее:
Данные обстоятельства материалами дела подтверждаются.
Дивиденды действительно были выплачены в пользу ООО "Стройнефтегаз Альянс".
Однако в дело не представлено доказательств того, что указанные лица имели фактическое влияние на принятие решений контролирующим собственником Капником А.Н.
Согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).
Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.
Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.
Никаких доказательств того, что Давлетьяров Б.Ф. и Каминский В.Е. влияли на принятие решений о выплате дивидендов, учитывая то, что ООО "Стройнефтегаз Альянс" принадлежало только 25% акций, в дело не представлено.
Оснований для применения презумпции, предусмотренной подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, согласно которой пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд также не усматривает, поскольку заявителями иска не представлено доказательств того, что полученные ООО "Стройнефтегаз Альянс" дивиденды были использованы именно в интересах указанных ответчиков.
Несмотря на то, что они действительно являлись участниками ООО "Стройнефтегаз Альянс", факт получения ими личной выгоды в целях применения презумпции подлежал доказыванию.
Податели иска не заявляли ходатайств, направленных на выяснение направления расходования денежных средств, полученных ООО "Стройнефтегаз Альянс" в качестве дивидендов.
К тому же подателями иска, как уже было сказано ранее, не доказывался факт наличия неспособности в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов, то есть признаков объективного банкротства на дату принятия решения о выплате дивидендов, на дату их выплаты.
Они сослались на наличие преюдиции, несмотря на то, что оснований для применения ее к ответчикам не раскрыто.
Следовательно, в целях применения презумпции подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве не было доказано и наличие незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, нелюбое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствии контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3) по делу N А22-941/2006).
Данные разъяснения означают, что по спорам о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания возможности давать обязательные указания должнику и влиять на принятие решений полностью лежит на истце.
Помимо прочего следует сказать, что согласно пункту 1 Постановления N 53 привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).
Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.
По смыслу указанных разъяснений институт субсидиарной ответственности применяется только в случае незаконных, недобросовестных действий контролирующих лиц, нарушивших интересы конкурсных кредиторов, но не может применяться в случае принятия неверных управленческих решений, находящихся в пределах обычного делового предпринимательского риска.
Коль скоро суд не наделен правом проверки экономической целесообразности принимаемых решений, институт субсидиарной ответственности применяется только в случае если данные решения явно и очевидно для всех выходили за пределы разумного предпринимательского риска и любой разумный и добросовестный предприниматель в таких условиях не стал бы совершать соответствующие действия на предлагаемых условиях, понимая, что данные действия приведут к нарушению прав кредиторов.
В данном случае Давлетьяров Б.Ф. и Каминский В.Е., располагая бухгалтерской отчетностью по итогам 2013 года, добросовестно исходили из наличия у должника чистой прибыли, которая и подлежала распределению в виде дивидендов.
Доказательств того, что они знали о наличии у должника признаков объективного банкротства или о том, что они наступят в результате выплаты дивидендов, не представлено.
Напротив, как следует из последующего поведения данных директоров, они наступивший финансовый кризис в деятельности должника вопреки данным бухгалтерской отчетности стал для них неожиданным.
Так, в деле имеется протокол заседания совета директоров ОАО "УМПС" от 19.02.2015.
В указанную дату состоялось заседание совета директоров ОАО "УМПС", что подтверждается протоколом N 8/2015, на котором был заслушан прогнозный отчет генерального директора по итогам работы ОАО "УМПС" за 2014 год.
В данном отчете Белоконов А.В. сообщил, что по итогам 2014 года ожидаемые показатели финансового результата составят: Выручка от реализации составит - 10 497 029 тыс. руб. без НДС. Себестоимость - 10 528 065 тыс. руб. без НДС. Валовый убыток - (-)31 036 тыс. руб. без НДС. Убыток до налогообложения - (-)247 372 тыс. руб. без НДС. Чистый убыток - (-)197 898 тыс. руб. без НДС.
Убыток сформировался за счет снижения выработки собственными силами в связи с вводом в эксплуатацию основных объектов строительства в 1-3 кварталах 2014 года (строительно-монтажные работы были в основном объеме завершены на 2 месяца ранее) в т.ч.: Запущена в эксплуатацию УКПГ-1А (1-ая очередь) в конце 1 квартала 2014 года. Введен в эксплуатацию ДКС 3-я очередь с 1 сентября 2014 года. 15 ноября запущена в эксплуатацию УКПГ-1А (2-ая очередь) и завершены работы по восстановлению цеха на УКПГ-1А.
В 2014 году компания выполняла работы в строгом соответствии с установленными договорами графиками, что позволило Заказчику приступить к эксплуатации УКПГ-1А (1-ая очередь) в марте 2014 года. По объектам ДКС 3-я очередь и УКПГ-1А (2-ая очередь) договорами были установлены сроки ввода в эксплуатацию - первого сентября 2014 года и первого ноября 2014 года соответственно.
Таким образом, планировалось снижение объемов выполнения работ со второго квартала 2014 года и как следствие снижение численности персонала на 600-700 человек, что в соответствии с ТК РФ относится к категории массовых увольнений и требует дополнительных процедур по уведомлению о сокращении Центра занятости. Ориентировочные затраты, связанные с массовым сокращением, составили бы 336 млн. руб.
При этом в апреле 2014 года произошла авария на УКПГ-1А. По поручению заказчика ОАО "УМПС" экстренно приступило к устранению последствий аварии и восстановительным работам на территории действующего объекта в условиях повышенной пожароопасности.
Для выполнения восстановительных работ были привлечены специалисты, ранее планируемые к сокращению.
По факту выполнения восстановительных работ ОАО "УМПС" недополучило 136 441 тыс. руб. без НДС.
По результатам отчета генерального директора по итогам работы ОАО "УМПС" за 2014 год советом директоров было принято и оглашено следующее решение: по предложению члена Совета директоров Каминского В.Е. результаты деятельности Общества в 2014 году были признаны неудовлетворительными; в связи с неудовлетворительной оценкой предварительного отчета Генерального директора Белоконова А.В. об итогах работы за 2014 год, члены Совета директоров отказались от рассмотрения программы работы Общества на 2015, генеральному директору Белоконову А.В. было предложено создать комиссию с привлечением независимого аудитора с целью проверки итогов работы Общества за 2014 год с предоставлением в срок до 18 марта 2015 года членам Совета Директоров заключения по результатам проверки. Срок создания комиссии до 27 февраля 2015 года, в срок до 18 марта 2015 года предоставить членам Совета Директоров прогнозный бюджет работы Общества на 2015 год; провести внеочередное заседание Совета Директоров ОАО "УМПС" 25 марта 2015 года со следующей повесткой дня: Рассмотрение заключения комиссии с привлечением независимого аудитора о результатах финансово-хозяйственной деятельности ОАО "УМПС" за 2014 год. Рассмотрение производственной программы ОАО "УМПС" на 2015 год. Рассмотрение прогнозного бюджета доходов и расходов ОАО "УМПС" на 2015 год. Рассмотрение отчета Генерального директора о предварительных итогах работы за 2014 год, с учетом подписанных дополнительных соглашений к договорам с Заказчиком по фактически выполненным ОАО "УМПС" дополнительным объемам работ.
То есть члены совета директоров Давлетьяров Б.Ф. и Каминский В.Е. не обладали информацией о том, что выплата дивидендов будет осуществляться в условиях возможного получения убытка по итогам 2014 года.
Таким образом, в данном случае достоверных доказательств того, что решение о выплате дивидендов принималось под влиянием Давлетьярова Б.Ф. и Каминского В.Е., что они действовали недобросовестно и сознавали негативное влияние этого решения на кредиторов, в деле нет.
Поэтому оснований для удовлетворения иска в отношении данных ответчиков не имеется.
В применении срока исковой давности в отношении данных лиц суд также отказывает по причинам, изложенным выше в отношении требований к ответчикам Капнику А.Н., Попову А.А., Петренко А.Б., Давлетьярову Б.Ф., Каминскому В.Е., Яткевичу В.А. по причине неподачи заявления о признании должника банкротом.
Учитывая то, что для подачи заявления ООО "Солюшен финанс" должно было быть осведомлено о выплате дивидендов в условиях объективного банкротства, а такие сведения были предоставлены Капником А.Н. только 03.12.2017, оснований для вывода о пропуске давности, не имеется.
3. Капник А.Н. привлечен ранее к субсидиарной ответственности за выплату дивидендов в условиях объективного банкротства, поэтому оснований для его повторного привлечения по данному основанию у суда нет.
4. Относительно наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Белоконова А.В. по причине неподачи заявления о признании должника банкротом не позднее 10.01.2015 (апреля-июля 2014 года (том 8, лист дела 33, том 1, лист дела 18, том 9, лист дела 57), 31.01.2015 (том 13, лист дела 27)) и принятия решения о выплате дивидендов в условиях объективного банкротства суд апелляционной инстанции указывает следующее.
Заявители иска считают, что Белоконов А.В. неправомерно допустил выплату дивидендов в условиях объективного банкротства и неправомерно не обратился с заявлением о признании должника банкротом немедленно после такой выплаты, зная, что данная выплата ухудшает финансовое положение должника, а значит, вероятность удовлетворения требований его кредиторов.
В обоснование данного утверждения заявители иска сослались на:
- обстоятельства, установленные в постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2017 года по настоящему делу в связи по спору об оспаривании сделок по выплате дивидендов;
- протокол заседания совета директоров ОАО "УМПС" N 8/2015 от 19.02.2015;
- заключение конкурсного управляющего о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ОАО "Уренгоймонтажпромстрой".
Оценивая исковые требования суд апелляционной инстанции учитывает следующее:
Как уже было сказано выше, для Белоконова А.В. постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2017 года по настоящему делу не может иметь преюдициальной силы, поскольку участником обособленного спора по оспариванию сделок выплаты дивидендов Белоконов А.В. не являлся, реально прекратил трудовые отношения с должником и с собственниками бизнеса должника в июне 2015 года.
В отношении подтверждения осведомленности Белоконова А.В. о недопустимости выплаты дивидендов протоколом совета директоров от 19.02.2015 года суд указывает следующее:
19.02.2015 состоялось заседание совета директоров ОАО "УМПС", что подтверждается протоколом N 8/2015, на котором был заслушан прогнозный отчет генерального директора по итогам работы ОАО "УМПС" за 2014 год.
В данном отчете Белоконов А.В. сообщил, что по итогам 2014 года ожидаемые показатели финансового результата составят: Выручка от реализации составит - 10 497 029 тыс. руб. без НДС. Себестоимость - 10 528 065 тыс. руб. без НДС. Валовый убыток - (-)31 036 тыс. руб. без НДС. Убыток до налогообложения - (-)247 372 тыс. руб. без НДС. Чистый убыток - (-)197 898 тыс. руб. без НДС.
Убыток сформировался за счет снижения выработки собственными силами в связи с вводом в эксплуатацию основных объектов строительства в 1-3 кварталах 2014 года (строительно-монтажные работы были в основном объеме завершены на 2 месяца ранее) в т.ч.: Запущена в эксплуатацию УКПГ-1А (1-ая очередь) в конце 1 квартала 2014 года. Введен в эксплуатацию ДКС 3-я очередь с 1 сентября 2014 года. 15 ноября запущена в эксплуатацию УКПГ-1А (2-ая очередь) и завершены работы по восстановлению цеха на УКПГ-1А.
В 2014 году компания выполняла работы в строгом соответствии с установленными договорами графиками, что позволило Заказчику приступить к эксплуатации УКПГ-1А (1-ая очередь) в марте 2014 года. По объектам ДКС 3-я очередь и УКПГ-1А (2-ая очередь) договорами были установлены сроки ввода в эксплуатацию - первого сентября 2014 года и первого ноября 2014 года соответственно.
Таким образом, планировалось снижение объемов выполнения работ со второго квартала 2014 года и как следствие снижение численности персонала на 600-700 человек, что в соответствии с ТК РФ относится к категории массовых увольнений и требует дополнительных процедур по уведомлению о сокращении Центра занятости. Ориентировочные затраты, связанные с массовым сокращением, составили бы 336 млн. руб.
При этом в апреле 2014 года произошла авария на УКПГ-1А. По поручению заказчика ОАО "УМПС" экстренно приступило к устранению последствий аварии и восстановительным работам на территории действующего объекта в условиях повышенной пожароопасности.
Для выполнения восстановительных работ были привлечены специалисты, ранее планируемые к сокращению.
По факту выполнения восстановительных работ ОАО "УМПС" недополучило 136 441 тыс. руб. без НДС.
Также Белоконовым А.В. были предложены мероприятия по оптимизации работы компании на 2015 год:
- В целях оформления с Заказчиком актов выполненных работ на полную стоимость дополнительных работ в сумме не менее 1 404 457 тыс.руб. без НДС тыс. руб. без НДС. необходимо: провести переговоры с Заказчиком, согласовать стоимость дополнительных работ, подписать дополнительные соглашения и акты выполненных работ с Заказчиком. Срок - март 2015 года.
- Разработать программу оптимизации численности на основании производственной программы на 2015 год. Срок - март 2015 года.
- Изменить систему оплаты труда и дополнительной мотивации персонала с учетом объемов выполняемых работ и привязки к проектам. Срок - март 2015 года.
- Обеспечить оформление актов выполненных работ на ежемесячной основе в соответствии с внутренними формами КС-2 для своевременного отражения выручки по Компании. Срок - май 2015 года.
- Провести ревизию имеющейся техники и по возможности отказаться от услуг сторонних организаций.
- Сформировать бюджет на 2015 г. Срок апрель 2015 года.
- Обеспечить ежемесячное проведение в бухгалтерской отчетности основных статей затрат (материалы, механизмы, ФОТ). Ежеквартально проводить сравнительный анализ ожидаемого факта и бюджета. Выявлять значимые отклонения. Минимизировать отклонения через разработку и выполнение организационно-технических мероприятий. Срок - июнь 2015 года.
- При заключении договоров с субподрядчиками и на поставку МТР сравнивать с ключевыми показателями бюджета Срок - май 2015 года.
Внесение Белоконовым А.В. соответствующих предложений косвенно подтверждается решениями совета директоров, принятыми на заседании 19.02.2015, следует из доклада генерального директора к прогнозному отчету по итогам работы ОАО "УМПС" за 2014 год.
По результатам отчета генерального директора по итогам работы ОАО "УМПС" за 2014 год советом директоров было принято и оглашено следующее решение: по предложению члена Совета директоров Каминского В.Е. результаты деятельности Общества в 2014 году были признаны неудовлетворительными; в связи с неудовлетворительной оценкой предварительного отчета Генерального директора Белоконова А.В. об итогах работы за 2014 год, члены Совета директоров отказались от рассмотрения программы работы Общества на 2015, генеральному директору Белоконову А.В. создать комиссию с привлечением независимого аудитора с целью проверки итогов работы Общества за 2014 год с предоставлением в срок до 18 марта 2015 года членам Совета Директоров заключения по результатам проверки. Срок создания комиссии до 27 февраля 2015 года, в срок до 18 марта 2015 года предоставить членам Совета Директоров прогнозный бюджет работы Общества на 2015 год; провести внеочередное заседание Совета Директоров ОАО "УМПС" 25 марта 2015 года со следующей повесткой дня: Рассмотрение заключения комиссии с привлечением независимого аудитора о результатах финансово-хозяйственной деятельности ОАО "УМПС" за 2014 год. Рассмотрение производственной программы ОАО "УМПС" на 2015 год. Рассмотрение прогнозного бюджета доходов и расходов ОАО "УМПС" на 2015 год. Рассмотрение отчета Генерального директора о предварительных итогах работы за 2014 год, с учетом подписанных дополнительных соглашений к договорам с Заказчиком по фактически выполненным ОАО "УМПС" дополнительным объемам работ.
На основании указанного заседания совета директоров от 19.02.2019 по настоянию акционера ООО "СНГ "Альянс" была проведена комиссионная проверка деятельности должника с участием работников данного акционера и работников должника.
Результатом стала комиссионная оценка предварительных итогов финансово-хозяйственной деятельности общества за 2014 год, представленных на Совет директоров от 19.02.2015.
Согласно этой оценке были выявлены следующие недостатки:
- выпуск сметной документации для субподрядных организаций осуществлялся со значительным опозданием, что повлекло временные затраты;
- периоды, в которых закрывались соответствующие строительно-монтажные работы в генподрядом и субподрядном выполнении, не совпадают, субподряд оформлялся значительно позже, что привело к искажению формирования финансового результата общества по договорам субподряда в отчетный период;
- практически все договоры на предоставление услуг по перевозке, за исключением договоров с фиксированной стоимостью, фиксируют расценки и не имеют информации ни о номенклатуре перевозимых грузов, ни об объемах, ни о маршрутах, что крайне затрудняет анализ и сопоставление фактических затрат по данным договорам, данная система заключения договоров не дает понимания обоснованности и эффективности привлечения услуг по перевозке, возможности осуществления контроля, что создает предпосылки для злоупотребления руководством, отвечающим за данные направления работы;
- выявлен дисбаланс по материалам, запроцентованным у заказчика в рамках генподрядного выполнения и списанным на расходы в отчетном периоде.
Согласно результатам проведенного анализа, в деятельности должника в 2014 г. наблюдалась существенная диспропорция между доходной и расходной частями, которая в значительной степени была связана с тем, что часть генподрядной выручки была отражена в отчетности должника за 2013 год, а расходы, связанные с формированием указанной выручки - в 2014 году (стр. 7 Оценки).
Кроме того, в результате проведенной оценки выяснилось, что производство работ собственными силами должника имело отрицательную рентабельность -53,83% (стр. 12 Оценки). Комиссией было обнаружено, в результате дисбаланса между стоимостью работы основного рабочего персонала для самого должника и стоимостью, предусмотренной договорными ценами, допущен существенный перерасход по трудозатратам (стр. 13 Оценки).
Также были выявлены недостатки учета материалов и запасов при списании их в производство, так, только, по предварительной оценке комиссии, сумма неправомерно несписанных материалов составила 319 638 000 руб. (стр. 21 Оценки).
То есть итогом работы комиссии стало выявление недостатков учета себестоимости работ, которые препятствовали оценке текущей эффективности хозяйственной деятельности должника в оперативном режиме.
Вместе с тем, при окончательном подведении итогов работы за 2014 год убыток получен не был. Чистая прибыль по итогам 2014 года составила 40 263 руб. (том 7, лист дела 47).
При этом, как следует из отчета о финансовых результатах за январь-декабрь 2014 (том 7 лист дела 47) себестоимость основной строительной деятельности должника за 2014 год по сравнению с годом 2013 выросла с 90% от дохода до 97% от дохода, то есть прогнозная восьми-десятипроцентная прибыль не обеспечивалась, что и привело к существенному ухудшению финансового результата деятельности должника в сравнении с 2013 годом.
Оценив указанные обстоятельства, суд апелляционной инстанции учитывает следующее:
Белоконов А.В. являлся единоличным исполнительным органом должника, поэтому в силу презумпции, предусмотренной подпунктом 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, относится к контролирующим должника лицам.
Кроме того, согласно пункту 4 статьи 43 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" общество не вправе выплачивать объявленные дивиденды по акциям если на день выплаты общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве) или если указанные признаки появятся у общества в результате выплаты дивидендов.
Поэтому в случае наличия таких признаков вне зависимости от решения собрания акционеров о выплате дивидендов Белоконов А.В. не имел права осуществлять их выплату.
Однако по смыслу пункта 4 и пункта 9 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" признаки банкротства, влекущие запрет на выплату дивидендов наступают в момент, когда должник стал неспособен (или окажется неспособен в результате выплаты дивидендов) в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.
При этом добросовестность конкретного руководителя оценивается с точки зрения того, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.
Заявители иска не представили доказательств того, что по состоянию на даты выплаты дивидендов в рамках стандартной управленческой практики, учитывая многомиллиардные годовые обороты, коллектив свыше 3 000 человек Белоконов А.В. уже располагал информацией о неудачных финансовых итогах деятельности должника в 2014 году и неизбежном кризисе неплатежей.
Напротив, в связи с необходимостью отчета перед советом директоров он получил такую информацию в феврале 2015 года в целях доведения итогов деятельности до членов совета директоров.
Обратного из материалов дела не следует.
Заявители иска не представили суду доказательств того, что предполагаемое наличие убытка по итогам 2014 года само по себе означало наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.
Суд апелляционной инстанции также учитывает, что специфика строительной деятельности, являющейся основным видом деятельности должника, состоит в наличии временного разрыва между вложениями подрядчика в строящийся объект и возмещением расходов на строительство, выплатой сметной прибыли после принятия результата работ заказчиком.
Поэтому наличие вложений и затрат в определенный период не означает убыточности этих вложений в будущем.
Следовательно, то обстоятельство, что в 2014 году должник осуществлял расходы на строительную деятельность в объеме, превышающем доходы в этом году, не может само по себе свидетельствовать о наличии признаков объективного банкротства, пока не доказано обратное.
Помимо сказанного, специфика строительной деятельности объектов нефте-газодобычи, переработки, являвшейся основным видом деятельности должника, состоит в ее значительной зависимости от наличия (отсутствия) заказчиков. Возможность существенного повышения финансовых показателей деятельности подрядчика зависит от его способности вступить в хозяйственные отношения с крупными заказчиками, по существу, являвшимися монополистами на рынке заказов данного вида услуг (ПАО "НОВАТЭК", Газпром и т.п.).
Это, в свою очередь, влечет вынужденную необходимость жертвовать сиюминутной доходностью в интересах последующего стабильного получения портфеля заказов и обеспечения функционирования предприятия.
Как следует из материалов дела, заявители иска, опираясь на выводы постановления Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2017 по делу N А81-5638/2015, сослались на следующие обстоятельства:
Между должником и АО "Арктикгаз" (заказчиком) был заключен договор подряда N АГ/12-1645 от 14.12.2012 по строительству Объектов Установки комплексной подготовки газа (УКПГ) (в т.ч. "Сети внутриплощадочные"), расположенных на стройке: "Обустройство ачимовских отложений Уренгойского месторождения Самбурского лицензионного участка на период ОПЭ".
В перечне объектов строительства, являющемся приложением N 1 к договору, поименован технологический корпус деэтанизации конденсата (пункт 12).
Согласно расчету стоимости строительства объектов стоимость строительно-монтажных работ на объекте технологический корпус деэтанизации конденсата согласована сторонами в размере 251 891 673 руб. 73 коп. без НДС.
По состоянию на март 2014 года объект был практически построен (в том числе, корпус деэтанизации конденсата), за исключением работ по благоустройству, и был передан заказчику ОАО "Арктикгаз" в опытно-промышленную эксплуатацию.
Однако в апреле 2014 года на объекте строительства произошла техногенная авария, в результате которой огнем полностью уничтожена установка деэтанизации, совместно с подключающимися технологическими эстакадами, трубопроводами, кабельно-проводниковой продукцией и технологическим оборудованием.
На основании документов, представленных АО "Арктикгаз" в арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа 08.06.2016 вместе с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника, конкурсный управляющий установил, что 26 сентября 2014 года между ОАО "Арктикгаз" и ОАО "УМПС" было заключено дополнительное соглашение N 2 к договору подряда N АГ12-1645 от 14.12.2012 г. (далее - договор подряда) на выполнение дополнительных работ по устранению последствий внештатной ситуации на поз. 3.1. "УДК. Технологический корпус деэтанизации конденсата".
Согласно выписке из решения Тендерного комитета ООО "Северэнергия" (учредителя АО "Арктикгаз"), оформленного Протоколом N 455-ПРц-2014-1 от 05.09.2014 АО "Арктикгаз" принято решение о заключении дополнительного соглашения с ОАО "УМПС" на следующих условиях:
Стоимость дополнительных работ:
944 740 542,39 руб. с НДС из них:
524 740 542,39 руб. с НДС - фиксированная стоимость СМР
420 000 000,00 руб. с НДС - ориентировочная стоимость МТР
Срок исполнения обязательств Контрагентом: с 10.06.2014 г. по 30.11.2014 г.
При изучении приложения N 2 к дополнительному соглашению N 2 от 26.09.2014 (Расчет стоимости строительства объектов) можно установить, что в пп. 14. Установка деэтанизации конденсата. Корпус технологический (поз.3.1) содержатся позиции как по монтажу объектов строительства, так и по демонтажу очевидно сгоревших объектов.
Как следует из выписки из решения Тендерного комитета ООО "Северэнергия" от 05.09.2014 данные дополнительные работы должны были быть выполнены с 10.06.2014 г. по 30.11.2014 г. (в течение 6 месяцев), при этом общий срок окончания работ по договору по сравнению с первоначальной редакцией договора изменился только на 2 месяца (с 30.09.2014 г. до 30.11.2014 г.) несмотря на то, что как выразился Белоконов А.В. в своем докладе Совету директоров 19.02.2015 "ОАО "УМПС" экстренно приступило к устранению последствий аварии и восстановительным работам на территории действующего объекта в условиях повышенной пожароопасности и, как следствие, не завершило в срок все работы на объекте по договору, так как продолжало выполнять работы с декабря 2014 г. по август 2015 г. Что повлекло предъявление штрафных санкции со стороны АО "Арктикгаз" по требованию от 15.01.2016 N СВ-122/01-11.
Таким образом, по утверждению конкурсного управляющего, Белоконов А.В. не только согласился постфактум подписать дополнительное соглашение к договору подряда (в сентябре были подписаны сметы на работы, выполняемые с июня 2014 г.), согласно которому стоимость строительно-монтажных работ на выполнение дополнительных работ по устранению последствий внештатной ситуации на поз. 3.1. "УДК. Технологический корпус деэтанизации конденсата" составила всего 524 млн. руб., несмотря на то, что должник затратил 1 140 000 тыс. руб. на восстановление сгоревшего объекта, что подтверждается письмом от 30.07.2015 N 1726-07/15, но и согласился завершить все работы на объекте строительства не позднее 30.11.2014, несмотря на то, что восстановление объекта потребовало отвлечения трудовых ресурсов от выполнения фронта работ согласно графику производства работ по договору подряда.
Вместе с тем, исходя из обычая делового оборота и норм Гражданского кодекса РФ ОАО "УМПС" было вправе требовать пересмотра сметы, если по не зависящим от него причинам стоимость работ превысила смету не менее чем на десять процентов (ст. 743, 744 Гражданского кодекса РФ), тем более что АО "Арктикгаз" письменно одобряло данные работы выданной в производство рабочей документацией и указаниями.
Между тем данные доводы заявителей не соответствуют действительности и не могут свидетельствовать о наличии оснований для субсидиарной ответственности Белоконова А.В.
Действительно, между должником и АО "Арктикгаз" (заказчиком) был заключен договор подряда N АГ/12-1645 от 14.12.2012 по строительству Объектов Установки комплексной подготовки газа (УКПГ) (в т.ч. "Сети внутриплощадочные"), расположенных на стройке: "Обустройство ачимовских отложений Уренгойского месторождения Самбурского лицензионного участка на период ОПЭ" на следующих условиях.
Предметом договора является выполнение подрядчиком работ по строительству объекта установки комплексной подготовки газа (УКПГ) (в т.ч. "Сети внутриплощадочные"), расположенных на стройке: "Обустройство ачимовских отложений Уренгойского месторождения Самбургского лицензионного участка на период ОПЭ", указанные в Приложении N 1 к договору, и сдача результатов выполненных работ заказчику по акту приема-передачи законченного строительством объекта по форме КС-11, в том числе работ, которые возникнут в период гарантийного срока, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ по договору, принять их результат и оплатить стоимость выполненных и принятых работ (пункт 2.1 договора).
Подрядчик обязуется выполнить все работы по настоящему договору в соответствии с утвержденной проектной, рабочей документацией (в соответствующих случаях Техническим заданием заказчика), строительными нормами и правилами (СНиП), ведомственными строительными нормами (ВСН) и иными действующими в РФ нормативными документами, подлежащими применению при выполнении Работ, являющимися предметом настоящего договора (пункт 2.2 договора).
Общая стоимость договора является ориентировочной и составляет сумму в размере 8 170 527 370 руб., в том числе НДС 18%, из них:
- 4 052 527 370 рублей 00 коп., в том числе НДС 18% - ориентировочная стоимость всех Работ Подрядчика, связанных со строительством (включая все Работы, подлежащие выполнению Подрядчиком до момента получения соответствующего разрешения о вводе Объекта в эксплуатацию) Объектов, указанных в Приложении N 1 настоящего Договора, а также стоимости иных Работ Подрядчика (за исключением стоимости материалов и оборудования, поставки Подрядчика указанной в п.3.1.2. настоящего Договора),
- 4 118 000 000 рублей 52 копейки - ориентировочная стоимость материалов и оборудования поставки подрядчика, приобретаемых им в соответствии с Приложением N 6 к договору.
Порядок оплаты работ установлен статьей 4 договора: для выполнения Подрядчиком мобилизации, Заказчик выплачивает аванс в размере 120 000 000 руб. 00 коп., в т.ч. НДС 18% в течение 30 (тридцати) календарных дней с даты подписания настоящего Договора и предоставления Подрядчиком оригинала счёта на сумму аванса. Погашение аванса на мобилизацию производится ежемесячно, в размере 20 (двадцати) % фактически выполненных и принятых Заказчиком в отчетном месяце Работ до его полного погашения; текущие платежи за выполненные Работы производятся Заказчиком ежемесячно, в размере стоимости фактически выполненных и принятых Заказчиком Работ (отдельно по каждому Объекту) в отчетном месяце на основании подписанных Заказчиком Актов о приемке выполненных работ по форме КС-2 и Справки о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3 (за минусом 20 (двадцати) % стоимости выполненных Работ, направляемых на погашение авансового платежа выплаченного Подрядчику для выполнения мобилизации (до его полного погашения) и за минусом 5(пяти) % стоимости выполненных работ, удерживаемых в обеспечение надлежащего выполнения Подрядчиком своих обязательств по настоящему Договору) с учетом выполнения условий, предусмотренных в п. 4.1.2. настоящего Договора; оплата материалов и оборудования, поставляемых Подрядчиком производится на условиях Протоколов согласования поставки Подрядчика (согласование которых предусмотрено Приложением N б к настоящему Договору).
Оплата за выполненные Работы производится путем перечисления денежных средств на расчетный счет Подрядчика в течение 60 календарных дней после предоставления Подрядчиком Заказчику, не позднее последнего числа отчетного месяца, оригиналов документов, поименованных в пункте 4.1.2 договора (пункт 3.1 договора).
Сроки выполнения Работ по настоящему Договору: Срок начала Работ: 01.12.2012, Срок окончания Работ: 30.09.2014, Работы, обеспечивающие строительную готовность Объектов к пуску газа, должны быть выполнены до 01.12.2013. Сроки начала и завершения Работ по настоящему Договору определены в Плане-графике производства работ (Приложение N 4) (пункт 5.1 договора).
В перечне объектов строительства, являющемся приложением N 1 к договору, поименован технологический корпус деэтанизации конденсата (пункт 12).
Согласно расчету стоимости строительства объектов стоимость строительно-монтажных работ на объекте технологический корпус деэтанизации конденсата согласована сторонами в размере 251 891 673 руб. 73 коп. без НДС.
Дополнительным соглашением N 1 от 26.05.2014 стороны согласовали общую стоимость договора в размере 8 964 497 128 руб. 27 коп., срок начала выполнения работ - 01.12.2012, окончания - 30.09.2014.
Дополнительным соглашением N 2 от 26.09.2014 к договору подряда стороны согласовали общую стоимость договора в размере 9 909 237 670 руб. 66 коп. Начало выполнения работ - 01.12.2012, окончание работ - 30.11.2014, устранение недостатков - до 31.12.2014.
Согласно приложению N 2 к дополнительному соглашению "Расчет стоимости строительства объектов" стоимость строительства технологического корпуса деэтанизации конденсата согласована в сумме 1 083 783 318 руб. 36 коп. с НДС.
Дополнительным соглашением N 3 от 18.02.2015 стороны согласовали общую стоимость договора в размере 9 938 452 029 руб. 28 коп., N 6 от 01.06.2015 - 10 115 009 738 руб. 85 коп., N 7 от 18.08.2015 - 10 172 684 343 руб., N 9 от 28.09.2015 - 10 172 684 343 руб., N 11 от 23.10.2015 - 10 051 697 575 руб. 30 коп.
Дополнительным соглашением N 12 от 22.12.2015 стороны согласовали общую стоимость договора в размере 9 942 748 399 руб. 56 коп., из которых 4 704 217 763 руб. 90 коп. - фиксированная стоимость всех работ подрядчика, связанных со строительством, 187 486 043 руб. 56 коп. - стоимость поставляемого по договору товара.
Согласно приложению N 2 к дополнительному соглашению "Расчет стоимости строительства объектов" стоимость строительства технологического корпуса деэтанизации конденсата согласована в сумме 1 147 634 658 руб. 07 коп. с НДС.
Таким образом, если допустить, что должник затратил 1 140 000 тыс. руб. на восстановление сгоревшего объекта, как это было указано в письме письмом от 30.07.2015 N 1726-07/15, то невозмещенная разница составляет не более 289 587 516 руб. 93 коп. (1 140 000 тыс. руб. - (итоговая стоимость работ по строительству цеха деэтанизации, согласованная заказчиком, включая стоимость первоначального строительства 1 147 634 658 руб. 07 коп. с НДС. - стоимость первоначального строительства 251 891 673 руб. 73 коп. без НДС. - 45 340 501 руб. 27 коп. НДС)).
Как следует из итоговой справки о стоимости выполненных работ и затрат N 29 от 31.08.2015, всего работ по установке деэтанизации конденсата выполнено на сумму 972 571 744 руб. 13 коп. (без НДС), 1 147 634 658 руб. 28 коп. (с НДС).
То есть должником были выполнены работы в полном объеме, расшифровки непринятых заказчиком работ не представлено.
Заявители иска не представили доказательств ни наличия затрат в сумме 1 140 000 тыс. руб. (помимо указанного письма, которое могло быть продиктовано простым желанием увеличить цену на выполнение работ), ни невозможности компенсации этих затрат при надлежащем обращении к заказчику.
Вменять Белоконову А.В. такое необращение нельзя, поскольку он был уволен и не является лицом, аффилированным с собственником должника, фактически принявшим решение о ликвидации.
Риски, связанные с пожаром, полностью возлагались на заказчика - АО "Арктикгаз", которому соответствующий объект строительства был передан в опытно-промышленную эксплуатацию.
Обратного из материалов дела не следует.
Напротив, данное обстоятельство подтверждается регулярным увеличением стоимости строительства в связи с необходимостью проведения дополнительных работ на восстановление сгоревшего цеха деэтанизации (дополнительное соглашение N 2 от 26.09.2014, приложение N 2 к нему, дополнительное соглашение N 12 от 22.12.2015, приложение N 2 к нему). То есть заказчик был заинтересован в дополнительных работах и совершал действия, необходимые для их оформления и оплаты по мере обращения к нему подрядчика.
ОАО "УМПС" выполняло работы по строительству объектов установки комплексной подготовки газа (УКПГ), расположенной на стройке: обустройство Ачимовских отложений Уренгойского месторождения Самбурского лицензионного участка на период опытно-промышленной эксплуатации. Заказчик работ - ОАО "Арктикгаз". Работы выполнялись с декабря 2012 года по декабрь 2015 года (ориентировочно). В апреле 2014 года объект был практически построен, Заказчик приступил к его опытно-промышленной эксплуатации.
28 апреля 2014 года на объекте строительства произошла техногенная авария (пожар), в результате которой огнем полностью уничтожена установка деэтанизации, совместно с подключающимися технологическими эстакадами, трубопроводами, кабельно-проводниковой продукцией и технологическим оборудованием.
01 мая 2014 года Заказчик ОАО "Арктикгаз" обратился к ОАО "УМПС" с просьбой проведения оплачиваемых аварийно-восстановительных.
Аварийно-восстановительные работы были практически завершены к июню 2015 года. Подписание дополнительных соглашений на указанные работы происходило поэтапно, по мере формирования стоимости их выполнения. Вплоть до увольнения Белоконова А.В. велась и контролировалась работа по формированию договорной цены. Так, 01 июня 2015 года Белоконовым А.В. было подписано очередное дополнительное соглашение на увеличение договорной цены (N 6 от 01.06.2015 года к договору подряда N АГ12-1645 от 14.12.2012 года) по уже выполненным работам на сумму 176 557 709,57 рублей 57 копеек. После увольнения Белоконова А.В. необходимо было оформить акты выполненных работ и направить их на согласование и оплату Заказчику.
На момент увольнения Белоконова А.В. работа по формированию стоимости аварийно-восстановительных работ велась. Никаких доказательств, подтверждающих безвозмездное выполнение ОАО "УМПС" работ на объектах ОАО "Арктикгаз", в материалах дела нет.
Податели иска, в частности, конкурсный управляющий, ссылаются на то, что восстановление установки деэтанизации по просьбе заказчика осуществлялось должником за его собственный счет до согласования с заказчиком стоимости дополнительных работ, то есть без гарантии их полного возмещения.
Материалами дела подтверждается, что должник действительно приступил к выполнению работ по восстановлению цеха деэтанизации до согласования стоимости дополнительных работ с заказчиком.
Белоконов А.В. пояснил, что восстановление установки деэтанизации осуществлялось по просьбе заказчика в срочном порядке, так как она составляла один из основных элементов производственного цикла, заказчик терпел существенные убытки, существовала опасность причинения вреда другим элементам производственного комплекса, а параллельно сторонами согласовывался дополнительный объем работ на объекте, поскольку у такого крупного заказчика согласительные процедуры занимают много времени.
Однако, учитывая, как уже было сказано выше, очевидную зависимость должника от такого рода заказчиков, как группа компаний НОВАТЭК, действия должника, осуществлявшего работы с риском возникновения затруднений в вопросе последующего возмещения стоимости дополнительных работ заказчиком, были направлены на обеспечение получения заказов от данного заказчика в будущем.
Поскольку в техногенной аварии отсутствует вина должника, в случае если бы заказчик уклонился от оплаты дополнительных работ, должник был бы вправе обратиться с заявлением о взыскании с него сумм неосновательного обогащения.
Такие действия в условиях сложившихся на данном рынке отношений не являются заведомо неразумными или недобросовестными, а находятся в пределах нормального предпринимательского риска.
Согласно письму исполняющего обязанности генерального директора ОАО "УМПС" Морозова В.А. в адрес первого заместителя Председателя Правления ОАО "НОВАТЭК" от 03.07.2015 (через месяц после увольнения Белоконова А.В.) 30.06.2015 года состоялась встреча руководства ОАО "УМПС" с руководством ОАО "Арктикгаз" и ОАО "Новатэк". По результатам данной встречи было констатировано, что затраты ОАО "УМПС" на восстановительные работы после аварии на поз. 3.1. Установка деэтанизации конденсата. Корпус технологический" составили 1140 млн. рублей. При этом ОАО "Арктикгаз" произвел частичную оплату выполненных работ в сумме 701,29 млн. рублей. В адрес ОАО "НОВАТЭК" и ОАО "АРКТИКГАЗ" направлены документы на оплату 190,070 млн. рублей. В последующем письмом от 30.07.2019 года ОАО "УМПС" просило от ОАО "АРКТИКГАЗ" оплатить еще 86,207 млн. руб.
Таким образом, из данного письма следует, что ОАО "АРКТИКГАЗ" не уклонялось от возмещения затрат подрядчика на восстановление сгоревшего цеха.
Доказательств того, что в результате выполнения дополнительных работ и деятельности Белоконова А.В. у должника возник не подлежащий последующему покрытию убыток в сумме около 600 млн. руб., на что ссылались податели иска, в деле нет.
При этом Белоконовым А.В. вплоть до его увольнения осуществлялись мероприятия, направленные на увеличение объемов деятельности должника и привлечение крупных заказчиков, в целях улучшения финансовых показателей, полученных по итогам 2014 года, что подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами.
25.11.2014 был подписан договор с ОАО "АРКТИКГАЗ" на общую сумму 1 082 041 032 рубля.
12.01.2014 был заключен договор с ОАО "Роспан Интернешнл" на общую сумму 168 125 895 рублей.
15.01.2015 по результатам проведенных переговоров был подписан договор с ООО "НОВАТЭК-ЮРХАРОВНЕФТЕГА" на общую сумму 4 986 936 рублей.
26.02.2015 по результатам проведенных переговоров был подписан договор с ОАО "Ямал СПГ" на общую сумму 16 651 755 260 рублей.
16.03.2015 по результатам проведенных переговоров был подписан договор с ОАО "Ямал СПГ" на общую сумму 132 038 214 рублей.
11.03.2015 по результатам проведенных переговоров был подписан договор с ОАО "Ямал СПГ" на общую сумму 130 525 рублей.
01.04.2015 по результатам проведенных переговоров был подписан договор с ОАО "Ямал СПГ" на общую сумму 54 350 045 рублей.
Таким образом, в конце 2014 года - начале 2015 года руководителем ОАО "УМПС" Белоконовым А.В. было получено заказов на выполнение работ более чем на 18 200 000 000 рублей. Общий портфель заказов к моменту увольнения Белоконова А.В. превышал 21 000 000 000 рублей. Данные контракты позволяли обществу вести текущую деятельность по строительству, а также выполнять обязательства перед контрагентами. В случае если бы договоры были исполнены ОАО "УМПС" в полном объеме, запланированная прибыль по данным контрактам составила более 10%, т.е. более 2 000 000 000 рублей.
Доказательств явной и очевидной для всех неразумности или недобросовестности этих прогнозов деятельности должника на 2015 года заявителями иска не представлено.
Белоконов А.В. согласовал заключение кредитного договора между ОАО "УМПС" и ОАО "Первобанк" с размером кредитной линии 100 000 000 рублей.
Данный кредитный договор был заключен в целях выполнения работ по договору N 146/15-ЯСПГ от 26.02.2015 на строительство, материально-техническое обеспечение, подготовку к пуско-наладке объекта "входные сооружения и резервуары хранения конденсата" заключенному с ОАО "Ямал СПГ" в объеме стоимостью до 18 000 000 000 рублей.
Однако данный договор предусматривал выполнение работ в 2 Фазы.
Согласно протоколу N 19/2015 заседания Совета Директоров от 03 июня 2015 г. выступил член Совета директоров Давлетьяров Б.Ф., который предложил членам Совета Директоров, в связи с неудовлетворительными итогами финансово-хозяйственной деятельности общества в 2014 году и первом квартале 2015 года досрочно прекратить полномочия Генерального директора ОАО "УМПС" Белоконова А.В.
Большинством голосов было принято решение досрочно прекратить полномочия генерального директора ОАО "УМПС" Белоконова А.В. с 05 июня 2015 г.
Поэтому прекращение Белоконовым А.В. деятельности, направленной на восстановление высокой доходности деятельности должника в 2015 году было вынужденным.
Как указал ответчик, в связи с тем, что ОАО "УМПС" допустило срыв срока производства работ 24 августа 2015 года, то есть уже после увольнения Белоконова А.В., было подписано дополнительное соглашение N 3, согласно которому работы по объекту производит основной субподрядчик - ЗАО "Трест Коксохиммонтаж", который будет получать оплату за работу напрямую у заказчика ОАО "Ямал СПГ".
31 августа 2015 года по результатам заочного заседания конкурсного комитета ОАО "Ямал СПГ" победителем тендера на строительно-монтажные работы по Объекту "ВХОДНЫЕ СООРУЖЕНИЯ И РЕЗЕРВУАРЫ ХРАНЕНИЯ КОНДЕНСАТА. ФАЗА 2" было признано ЗАО "Трест Коксохиммонтаж". Стоимость контракта 7 619 224 тыс. руб.
Согласно п. 2.3. дополнительного соглашения N 9 от 29.01.2016 к договору N 146/15-ЯСПГ от 26.02.2015 окончательная твердая цена по Фазе-1 составляет 1 368 745 631, 50 рубль. Стороны пришли к соглашению не осуществлять работы по Фазе-2 и завершить все работы по договору на дату завершения работы Фазы-1.
Таким образом, именно после увольнения Белоконова А.В. контролирующим собственником должника Капником А.Н. стали совершаться действия, направленные на сворачивание деятельности должника, и приводящие к невозможности восстановления доходности этой деятельности за счет новых контрактов, заключенных Белоконовым А.В..
Как указывает Белоконов А.В., ежемесячная выручка компании на момент увольнения Белоконова А.В. превышала 250 000 000 рублей. Сумма заключенных договоров и выполняемых работ только в конце 2014 - начале 2015 года была более 21 000 000 000 рублей. Общая сумма действующих контрактов, начиная с 2012 года, составляла более 40 000 000 000 рублей. Кроме того, за одну неделю до увольнения Белоконова А.В. - 26 мая 2015 года подписано дополнительное соглашение N 5 к договору подряда N АГ12-1645 от 14.12.2012 года на предоставления аванса в размере 120 000 000 рублей для выполнения ОАО "УМПС" мобилизации, которая фактически уже была выполнена. Т.е. указанных денежных средств хватило бы, чтобы закрыть всю имеющуюся просроченную задолженность. В период руководства ОАО "УМПС" не было ни одного вступившего в законную силу решения суда на сумму более 300 000 рублей, а также отсутствовала задолженность по налогам и заработной плате.
30.06.2015 состоялось годовое собрание акционеров, на котором были утверждены: годовой отчет общества за 2014 год, годовая бухгалтерская отчетность за 2014 год, в том числе отчет о прибылях и об убытках, заключение ревизионной комиссии по проверке финансово-хозяйственной деятельности общества за 2014 год.
Бухгалтерская отчетность за 2014 год имела положительные показатели, чистая прибыль предприятия составила 40 263 тыс.рублей. Достоверность бухгалтерской отчетности на момент исполнения обязанностей генерального директора должника Белоконовым А.В., подтверждена заключением от 25.05.2015 ревизионной комиссией ОАО "УМПС" о достоверности данных, содержащихся в Годовом отчете общества за 2014 год, и аудиторским заключением от 25.05.2015 подготовленным ООО АФ "Кодастр". Бухгалтерский баланс за первый квартал 2015 год также имел положительные показатели. Чистая прибыль составила 11 455 тыс. рублей.
Удовлетворительное финансовое положение также подтверждалось выдачей кредитов:
- в декабре 2014 года в размере 130 млн. рублей по кредитному договору N КЛ0000-13-0153 от 24.10.13 г. ПАО "Первый Объединенный Банк" (возобновляемая кредитная линия с лимитом задолженности 130 млн. руб.);
- в марте 2015 году предприятию был предоставлен кредит в размере 98,4 млн. рублей по договору N КЛ0001-15-0014 от 23.03.2015 г. (ПАО "Первый Объединенный Банк").
Перед выдачей кредита производится обязательная проверка заемщиков банком.
Иное из материалов дела не следует.
Как указал ответчик, между ОАО "УМПС" и контрагентами сложили давние деловые отношения, просрочка платежа по 6 месяцев и более для некоторых контрагентов была нормой (указанное подтверждается направленными в адрес Белоконова А.В. письмами).
Так, в адрес Белоконова А.В. было направлено письмо конкурсного кредитора ОАО "УМПС" - ООО "Меткорстрой" (исх. N 08-1/02 от 08.02.2019), согласно которому в период руководства ОАО "УМПС" Белоконовым А.В. между ООО "Метконстрой" и ОАО "УМПС" сложились давние партнерские отношения проверенные стройками севера. До подачи Индивидуальным предпринимателем Грачевым Василием Михайловичем заявления о банкротстве должника у ООО "Метконстрой" не было сомнений и поводов усомниться в погашении задолженности со стороны ОАО "УМПС" за выполненные работы и поставленные материалы и оборудование. При руководстве компании ОАО "УМПС" Белоконовым А.В. нарушения по срокам оплаты были незначительны, в рамках обычной хозяйственной деятельности. В период руководства Белоконовым А.В. компанией ОАО "УМПС", у ООО "Меткорстрой" не было планов принимать меры по принудительному взысканию задолженности с ОАО "УМПС".
В адрес Белоконова А.В. направлено письмо конкурсных кредиторов ОАО "УМПС" - ООО "Веза-Север" (исх. N 104 от 14.02.2019), ЗАО "Промспецстрой" (исх. от 15.10.2018), ООО "Уренгойконтрольсервис" (исх. N 178/2 от 07.02.2019), ООО "СМФ "Монтажизоляция" (исх. N 32 от 12.02.2019), ЗАО "Завод электромонтажных конструкций Гидроэлектромонтаж" (исх. N 169 от 12.02.2019), ООО "Аскон" (исх. N 11/02/19-06 от 11.02.2019), ООО"Серебряный мир 2000" (исх. N 310 от 11.02.2019), ООО "Сиб.СВ-Снаб" (исх. N 5 от 11.02.2019), АО "Строительно-монтажная фирма "Гидравлик" (исх. N 36 от 08.02.2019), ООО "Строительная компания "Мастер" аналогичного содержания.
Как пояснил сам Белоконов А.В. в заседании суда апелляционной инстанции, конфликт с собственниками, в частности с Капником А.Н. возник в связи с тем, что увеличившаяся себестоимость по итогам 2014 года, повлекшая риск перехода на убыточную деятельность, была вызвана разногласиями директора и собственника по вопросу о необходимости работы с постоянным трудовым коллективом.
Как указал Белоконов А.В., собственник считал, что переход на аутсорсинг существенно удешевит себестоимость строительства, тогда как Белоконов А.В. полагал, что содержание сложившегося опытного трудового коллектива с исполнением всех принятых на себя социальных обязательств является гарантией обеспечения заказов, так как только такой коллектив способен осуществлять высокотехнологичное строительство в условиях Крайнего Севера и только такому коллективу будут доверять заказчики.
Данные объяснения косвенно подтверждаются последовавшими после увольнения Белоконова А.В. крупными увольнениями работников.
По заказу ответчика ООО "Директ-Консалт" был подготовлен отчет по результатам проведения согласованных процедур деятельности ОАО "УПМС" (оценка экономически обоснованных действий Белоконова А.В.).
ООО "Директ-Консалт", проанализировав представленные документы, делает вывод, что руководителем ОАО "УМПС" Белоконовым А.В. были предприняты экономически обоснованные шаги по предупреждению банкротства предприятия.
В частности, для вывода предприятия из "опасной зоны" при условии сохранения персонала с использованием внутренних и внешних резервов сделано следующее:
1. Был заключен ряд хозяйственных договоров, выполнение которых позволило бы предприятию увеличить денежный поток, обеспечить занятость сотрудников компании, увеличить чистую прибыль, снизить уровень кредиторской задолженности.
2. Намерение провести переоценку основных средств предприятия, которая должна была состояться в конце 2015 года.
3. Перевод краткосрочной кредиторской задолженности в долгосрочную задолженность. Руководителем были привлечены заемные денежные средства в форме долгосрочных займов по договорам, заключенными с физическими и юридическими лицами на общую сумму 100 000 тыс. рублей:
- договор N 335-3/2014 от 02.02.2014 г. на сумму 40 000 тыс. руб. со сроком погашения 31.12.2017;
- договор N 347-3/2014 от 09.12.2014 г. на сумму 30 000 тыс. руб. со сроком погашения 31.12.2017;
- договор N 336-3/2014 от 03.02.2014 г. на сумму 30 000 тыс. руб. со сроком погашения 31.12.2017
Предпринятые меры при
