|
15 июня 2020 г.
|
Дело N А56-67039/2018/
|
Резолютивная часть постановления объявлена 02 июня 2020 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 15 июня 2020 года.
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
в составе:
председательствующего Бурденкова Д.В.
судей Аносовой Н.В., Герасимовой Е.А.
при ведении протокола судебного заседания: секретарем Бойко К.Б. (после перерыва секретарем Анисимовой К.А.)
при участии: согласно протоколу судебного заседания
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-36042/2019, 13АП-36046/2019) конкурсного управляющего Назарова Евгения Константиновича, Прокопцовой Ирины Станиславовны на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.11.2019 по делу N А56-67039/2018/сд.16 (судья Ю.В. Ильенко), принятое
по заявлению конкурсного управляющего Назарова Евгения Константиновича
к Прокопцовой Ирине Станиславовне об оспаривании сделок должника
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО "Балтийская экспедиторская компания",
УСТАНОВИЛ:
Общество с ограниченной ответственностью "ПРОКАМИ" (далее - заявитель, ООО "ПРОКАМИ") обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью "Балтийская экспедиторская компания" (далее - должник, ООО "БЭК") несостоятельным (банкротом).
Определением арбитражного суда от 01.06.2018 заявление ООО "ПРОКАМИ" принято к производству.
Определением суда от 16.07.2018 заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена Ванюшкина Елизавета Владиславовна. Указанные сведения опубликованы в газете "Коммерсантъ" N 138 от 04.08.2018.
Решением арбитражного суда от 19.02.2019 ООО "БЭК" признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должником возложено на временного управляющего Ванюшкину Е.В.
Определением арбитражного суда от 02.04.2019 конкурсным управляющим должником утвержден Назаров Евгений Константинович.
В рамках дела о банкротстве 15.05.2019 в арбитражный суд от конкурсного управляющего должником поступило заявление об оспаривании сделок должника, в котором заявитель просил признать недействительными взаимосвязанные сделки ООО "БЭК" по перечислению денежных средств за период с 25.09.2014 по 24.02.2016 в пользу Прокопцовой Ирины Станиславовны (далее - ответчик) на общую сумму 129 090 000 руб., а также взыскать с Прокопцовой И.С. в пользу ООО "БЭК" 129 090 000 руб. в качестве применения последствия признания взаимосвязанных сделок должника недействительными.
Определением арбитражного суда от 06.11.2019 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично: признана недействительной сделка ООО "БЭК" по перечислению денежных средств в пользу Прокопцовой И.С. на общую сумму 16 100 000 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата денежных средств в размере 16 100 000 руб. в конкурсную массу ООО "БЭК". С Прокопцовой И.С. в конкурсную массу ООО "БЭК" взыскано 16 100 000 руб. В удовлетворении остальной части заявления судом отказано.
Не согласившись с указанным определением, конкурсный управляющий должником Назаров Е.К. и Прокопцова И.С. обратились в суд с апелляционными жалобами.
Конкурсный управляющий в своей апелляционной жалобе просил отменить судебный акт как незаконный и необоснованный в части отказа в удовлетворении заявленных требований, полагая, что судом первой инстанции не были применены положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) о злоупотреблении правом, подлежащие применению в настоящем споре, учитывая совершение между должником и ответчиком взаимосвязанных сделок с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительной сделки, поскольку материалы дела свидетельствуют о заведомой противоправной цели совершения сделки ее сторонами, об их намерении реализовать противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов должника.
Прокопцова И.С. в своей апелляционной жалобе просила отменить определение суда как незаконное и необоснованное, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделок должника недействительными. В обоснование жалобы ее податель указала, что факт реальности оказания ответчиком услуг по агентским договорам с подробным описанием совершенных ответчиком действий и их анализом установлен вступившими в законную силу судебными актами по делу N А56-47480/2018, а также судебными актами Невского районного суда г. Санкт-Петербурга (решение от 31.10.2018 по делу N 2-1444/18) и Санкт-Петербургского городского суда (апелляционное определение от 28.05.2019 по делу N 33-12865/2019).
В материалы обособленного спора представлены первичные документы, подтверждающие оказание услуг по заключенным агентским договорам, а также многочисленные дополнительные документы, подтверждающие фактическое совершение ответчиком (в лице своего представителя по нотариальной доверенности - Прокопцова Виктора Евгеньевича) конкретных действий в рамках исполнения каждого из указанных договоров: договоры, заключенные должником в результате действий ответчика, благодарственные письма от привлеченных контрагентов, ответы привлеченных контрагентов на запросы ответчика о порядке заключения договоров (в том числе от ПАО НК "ЛУКОЙЛ" и российского представительства швейцарского концерна Honeywell UOP), транспортные документы, протоколы совещаний, переписка, протоколы допросов бывшего работника должника Наумова А.Г. и представителей привлеченных контрагентов (в том числе руководителя компании ООО "Балтик Ойл"), письмо руководителя конечного получателя товара ООО "ТД "КАТОЙЛ".
Ответчиком также была представлена таблица N 1 с упорядоченными поездками, совершенными Прокопцовым В.Е. в рамках агентского договора N 508 от 05.08.2015 с приложением транспортных документов и протоколов совещаний с компаниями Honeywell UOP и ООО "ЛУКОЙЛ-Нижегороднефтеоргсинтез". При этом податель жалобы отметила, что приложение N 1 к агентскому договору от 23.09.2014 N 2309 не содержит никаких требований к лицу, которое может быть привлечено агентом в качестве покупателя, в связи с чем приобретение товара покупателем ООО "Балтик Ойл", фактически подконтрольным агенту, но по цене, предложенной должником в приложении N 1 к агентскому договору от 23.09.2014 N 2309 (с существенной прибылью для должника), по мнению ответчика, не причинило никакого вреда должнику.
Податель жалобы не согласна с выводами суда первой инстанции о наличии у должника признаков банкротства на момент совершения оспариваемых платежей, а также о заинтересованности ответчика по отношению к должнику (а следовательно осведомленности об указанных признаках банкротства). Из бухгалтерской отчетности должника за 2014-2016 годы не следует, что у должника имелись признаки неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества за период с 02.06.2015 по 24.02.2016.
Судом первой инстанции неправильно определен момент возникновения обязательств должника перед конкурсными кредиторами ОАО "Мурманское морское пароходство", ЗАО "Нефтехимпроект" и ООО "ПРОКАМИ", требования которых к должнику возникли не ранее 16.03.2016, 26.01.2016, 29.07.2016 соответственно. При этом, в любом случае наличие задолженности должника в ранний период перед отдельными кредиторами не свидетельствует о неплатежеспособности должника.
Судом первой инстанции в рамках обособленного спора N А56-67039/2018/сд.3, сд.25 (определение от 11.02.2020) установлено, что хозяйственная деятельность должника была прекращена с декабря 2017 года по решению единственного участника должника Терентьева А.В. в связи с арестом расчетных счетов в рамках уголовного дела, возбужденного по факту неуплаты налогов, а также увольнением ведущих сотрудников. По мнению подателя жалобы, указанный вывод суда первой инстанции подтверждает обстоятельство того, что признаки неплатежеспособности возникли у должника только в 2017 году. В свою очередь, недоказанность наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения сделки исключает цель причинения вреда кредиторам и, как следствие, возможность признать такую сделку недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).
Кроме того, податель жалобы считает, что совместное долевое участие Прокопцова В.Е. и Терентьева Александра Владимировича в ряде обществ, занимающихся недвижимостью и гостиничным бизнесом, в том числе ООО "Отель "Амбассадор", не является основанием для признания их аффилированными в соответствии со статьей 9 ФЗ от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции". Прокопцов В.Е. являлся работником ООО "БЭК" до 05.12.2005 в должности заместителя генерального директора и никогда не являлся руководителем должника. Арбитражным судом вынесен судебный акт от 21.01.2020 по делу N А56-85058/2019 (по жалобе ООО "БЭК" на решение N 13/01-3 от 12.03.2019), которым также было установлено, что фактическое руководство ООО "БЭК" осуществлял единолично единственный участник Терентьев А.В., который контролировал компанию по всем направлениям, все платежи в компании согласовывались с ним. Таким образом, не имеется оснований для признания ответчика лицом, заинтересованным по отношению к должнику.
В отношении поручительств Прокопцова В.Е. по кредитам ООО "БЭК", податель жалобы указала, что для реализации собственных проектов в сфере поставок товаров, которые оформлялись путем заключения агентских договоров (поиск покупателей и поставщиков товара, сопровождение сделки) Прокопцов В.Е. был заинтересован в возможности получения должником кредитных средств, наличии у него достаточных оборотных средств для закупки товара, увеличении его выручки для улучшения финансовых показателей и т.д. Прокопцов В.Е. предоставлял поручительства только по целевым кредитам, большинство из которых были связаны с его деятельностью как агента (или его супруги - ответчика), либо с деятельностью сопровождавших сделки иных агентов - Калины Р.В. и Шаленко M.B., чья компетенция была ему известна. Прокопцов В.Е. предоставлял поручительства в период до июня 2016 года, когда у должника не имелось признаков банкротства, должник являлся одной из крупнейших в регионе экспедиторских компаний с миллиардными оборотами, соответственно предоставление такого поручительства не представляло для Прокопцова В.Е. существенного риска, выходящего за рамки обычной предпринимательской деятельности.
Судом первой инстанции не учтено, что в результате оказания ответчиком услуг по каждому из приложений к агентским договорам, должником была получена значительная прибыль даже с учетом выплаты ответчику агентского вознаграждения.
Конкурсный управляющий, полагая необоснованными доводы жалобы ответчика, указал, что Прокопцова И.С, выступающая в качестве агента в агентских договорах от 23.09.2014 N 2309 и от 05.08.2015 N 508, фактически агентских услуг должнику не оказывала, что признается ответчиком, в том числе и в самой апелляционной жалобе, в то время как все действия по исполнению договора совершались супругом Прокопцовой И.С. - Прокопцовым В.Е., который также имел аналогичные договоры с должником (агентские договоры от 02.12.2013 N 212 и от 11.10.2015 N 1110).
По мнению конкурсного управляющего, данные обстоятельства свидетельствуют о притворности агентских договоров с ответчиком, а не о привлечении третьего лица к исполнению договора. Так, в силу отсутствия необходимых знаний и опыта для ведения переговоров и заключения договоров, жена Прокопцова В.Е. выступала лишь "прикрытием" деятельности Прокопцова В.Е., т.е. договор с ней носил притворный характер. При этом и деятельность самого Прокопцова В.Е. от имени своей жены в качестве агента носила мнимый характер. Конкурсный управляющий полагает, что действительный экономический смысл схемы работы должника через агентов, в том числе ответчика, заключался лишь в создании условий для вывода денежных средств. Фактически лицами, контролирующими должника, была создана схема искусственного выведения денежных средств из общества путем фиктивного оформления документов об оказании агентских услуг, которая хотя и объективно причинила вред интересам кредиторов, однако причиняла вред и самому должнику и носила противоправный характер, что привело к последующему банкротству должника, что свидетельствует о необходимости квалификаций сделок, в том числе, по статьям 10, 168 ГК РФ.
В судебном заседании лица, участвующие в обособленном споре, поддержали свои позиции по основаниям изложенным в отзывах.
Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.
Как усматривается из материалов обособленного спора и установлено арбитражным судом первой инстанции, должником в период с 25.09.2014 по 24.02.2016 в пользу Прокопцовой И.С. были перечислены денежные средства в общей сумме 129 090 000 руб.
Факт перечисления должником ответчику денежных средств за период с 25.09.2014 по 13.10.2015 по агентскому договору N 2309 от 23.09.2014 в размере 128 000 000 руб. подтверждается следующими платежными поручениями: N 2327 от 25.09.2014 на сумму 5 700 000 руб., N 2415 от 06.10.2014 на сумму 3 100 000 руб., N 2483 от 14.10.2014 на сумму 5 500 000 руб., N 2493 от 14.10.2014 на сумму 10 210 000 руб., N 2546 от 20.10.2014 на сумму 9 700 000 руб., N 2561 от 22.10.2014 на сумму 50 000 руб.; N 2627 от 30.10.2014 на сумму 7 200 000 руб., N 2648 от 31.10.2014 на сумму 8 240 000 руб., N 2668 от 06.11.2014 на сумму 2 650 000 руб., N 2894 от 02.12.2014 на сумму 4 200 000 руб., N 3023 от 17.12.2014 на сумму 3 450 000 руб., N 17 от 13.01.2015 на сумму 500 000 руб., N 285 от 19.02.2015 на сумму 3 100 000 руб., N 566 от 01.04.2015 на сумму 2 500 000 руб., N 572 от 02.04.2015 на сумму 300 000 руб., N 607 от 07.04.2015 на сумму 15 000 000 руб., N 619 от 08.04.2015 на сумму 16 000 000 руб., N 647 от 14.04.2015 на сумму 1 070 000 руб., N 717 от 24.04.2015 на сумму 2 120 000 руб., N 768 от 30.04.2015 на сумму 1 000 000 руб., N 779 от 07.05.2015 на сумму 2 000 000 руб., N 780 от 07.05.2015 на сумму 3 500 000 руб., N 869 от 19.05.2015 на сумму 200 000 руб., N 895 от 25.05.2015 на сумму 400 000 руб., N 922 от 28.05.2015 на сумму 5 300 000 руб., N 959 от 02.06.2015 на сумму 5 000 000 руб., N 963 от 03.06.2015 на сумму 1 500 000 руб., N 1157 от 07.07.2015 на сумму 1 500 000 руб., N 1194 от 10.07.2015 на сумму 300 000 руб., N 200 от 13.07.2015 на сумму 900 000 руб., N 1260 от 23.07.2015 на сумму 50 000 руб., N 1302 от 30.07.2015 на сумму 1 000 000 руб., N 1499 от 02.09.2015 на сумму 500 000 руб., N 1600 от 18.09.2015 на сумму 1 030 000 руб., N 1710 от 13.10.2015 на сумму 3 230 000 руб.
В период с 12.01.2016 по 24.02.2016 должник перечислил ответчику по агентскому договору N 508 от 05.08.2015 денежные средства в размере 1 090 000 руб., что подтверждается платежными поручениями: N 9 от 12.01.2016 на сумму 50 000 руб., N 75 от 21.01.2016 на сумму 1 020 000 руб., N 249 от 24.02.2016 на сумму 20 000 руб.
Полагая указанные платежи недействительными, конкурсный управляющий в обоснование своего заявления указал на то, что оспариваемые взаимосвязанные сделки совершены в отсутствие на то достаточных гражданско-правовых оснований с целью вывода денежных средств, прикрывая тем самым распределение прибыли в обществе в пользу Прокопцовой И.С., приходящейся супругой контролирующему должника лицу Прокопцову В.Е., входящему с должником в одну группу лиц.
Из документов, обуславливающих оспариваемые перечисления, следует, что Прокопоцовой И.С. была выдана доверенность на имя Прокопцова В.Е., согласно которой последний осуществлял от ее имени всю деятельность в рамках заключенных агентских договоров с должником. Все документы, обосновывающие перечисление денежных средств ответчику, выполнены формально при отсутствии реальной необходимости в привлечении агента. При этом, суммы вознаграждений агента очевидно превышали рыночную стоимость агентских услуг. Фактически спорные сделки были направлены на создание искусственной задолженности должника с целью вывода активов общества под предлогом оплаты агентских услуг.
Конкурсный управляющий указал, что в результате совершения вышеуказанных сделок имущественным правам кредиторов должника причинен вред, выразившейся в уменьшении конкурсной массы должника. При этом аналогичное поведение должника по перечислению значительной части денежных средств по агентским договорам осуществлялось не только в пользу Прокопцовой И.С, входящей в группу лиц совместно с Терентьевым А.В., но и в пользу Прокопцова Е.В., Багиева Е.Г., Калины Р.В. и лично в пользу Терентьева А.В. Так, конкурсным управляющим предъявлены соответствующие требования к Багиеву Е.Г. (N А56-67039/2018/сд17), Калине Р.В. (N А56-67039/2018/сд11), Калине Е.Г. (N А56-67039/2018/сд 14), Прокопцову В.Е. (N А56-67039/2018/сд 15), Шаленко М.В. (N А56-67039/2018/сд 13), а перечисление денежных средств в пользу Терентьева А.В. по аналогичным основаниям оспорено в рамках обособленного спора N А56-67039/2018/сд5, где указано, в частности, на недоказанность фактического оказания агентских услуг.
Помимо вышеуказанного конкурсный управляющий отметил, что в пропорциональном соотношении выплата агентского вознаграждения от всей прибыли должника в год лично Прокопоцовой И.С. составила в 2014 году - 11,1% (60 000 000/ 545 161 000), в 2015 году - 19,24% (68 000 000/353 379 000), в 2016 году - 8,91% (1 090 000/12 236 000).
Конкурсный управляющий также указал на отсутствие ценообразования стоимости агентских услуг, учитывая, что в деловой практике распространена зависимость агентского вознаграждения от объема и качества оказанных услуг. Указанная ссылка, по мнению конкурсного управляющего, является достаточным основанием для возложения обязанности по доказыванию и обоснованию соответствующего ценообразования по договорам на ответчика в силу специальных норм законодательства о банкротстве, а также того обстоятельства, что денежные средства в большей своей массе перечислялись методом авансирования, что исключает возможность определить на момент осуществления платежей объем и качество предполагаемых к оказанию услуг.
Таким образом, произведенные должником платежи в пользу ответчика оспорены конкурсным управляющим на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как подозрительные сделки, совершенные в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, а также на основании статей 10 и 168 ГК РФ как притворные сделки со ссылкой на то, что при их совершении стороны не преследовали цель создать реальные правовые последствия, предусмотренные для агентских договоров, и прикрывали действия, направленные на злоупотребление правом, поскольку ответчик обеспечил совершение должником заведомо убыточных сделок с целью прикрыть перераспределение доходов от бизнеса должника в свою пользу.
Представитель Терентьева А.В. сообщила, что фактически Прокопцов Е.В. являлся партнером Терентьева А.В. в ООО "БЭК", без юридического оформления такого партнерства. Денежные средства, выплаченные должником супруге Прокопцова Е.В. - Прокопоцовой И.С. являлись не агентским вознаграждением, а доходом Пркопоцова Е.В. от совместной деятельности в ООО "БЭК".
Арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения заявления конкурсного управляющего, исходя из того, что на момент совершения оспариваемых платежей, в том числе, выходящих за пределы трехлетнего срока, предшествующего принятию заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), должник уже отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества. Цель причинения имущественным правам кредиторов посредством вывода активов должника предполагается, поскольку оспариваемые платежи совершены между ООО "БЭК" и Прокопцовой И.С., являющейся супругой Прокопцова В.Е., входящего в одну группу лиц с должником и единственным участником должника Терентьевым А.В.
Таким образом, суд признал Прокопцову И.С. заинтересованным лицом по отношению к должнику на момент совершения сделок, а следовательно, осведомленной о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, что в совокупности с иными установленными по настоящему делу обстоятельствами, а также с учетом причинения должнику имущественного вреда, выразившегося в утрате кредиторами возможности получить удовлетворение части своих требований по обязательствам должника за счет денежных средств, израсходованных на выплату агентского вознаграждения ответчика, послужило основанием для признания судом оспариваемых сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в части платежей на сумму 16 100 000 руб., совершенных в трехлетний период, предшествующий дню принятия заявления о признании должника банкротом.
В отношении доводов конкурсного управляющего о недействительности спорных платежей также по общегражданским основаниям недействительности сделок, арбитражный суд указал, что в условиях конкуренции норм о недействительности, выявленные пороки сделок не выходят за пределы предусмотренных Законом о банкротстве специальных оснований для оспаривания, в связи с чем отсутствует возможность квалификации сделок по общегражданским основаниям. При этом, арбитражный суд отметил, что ответчиком не доказана реальность исполнения агентских договоров, в связи с не представлением достаточных доказательств оказания ответчиком услуг по агентским договорам. Кроме того, ответчиком не приведено обоснование ни механизма образования стоимости агентских услуг еще до их оказания, ни необходимость авансирования деятельности агента, а также не даны пояснения относительно причин необходимости привлечения агента к деятельности должника, в том числе, для заключения договоров с организациями, с которыми у должника уже имелись договорные отношения.
Повторно исследовав доводы подателей апелляционных жалоб, позиции иных участвующих в обособленном споре лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по делу доказательствами, апелляционный суд приходит к следующим выводам.
В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).
Положениями статьи 61.9 и пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсному управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.
Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", далее - Постановление N 63).
По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам направленным на уменьшение конкурсной массы.
В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.
Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления N 63).
Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.
Указанная правовая позиция нашла отражение в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069 по делу N А40-17431/2016.
Оспариваемые конкурсным управляющим платежи были совершены должником в пользу ответчика в рамках двух заключенных агентских договоров:
1) агентский договор N 2309 от 23.09.2014 и приложение N 1 к нему от 23.09.2014 (с учетом дополнения N 1 от 01.07.2015), в соответствии с которыми ответчиком были оказаны агентские услуги, направленные на реализацию должником согласованного товара (платиносодержащий катализатор изомеризации I-82 и оборудование для нефтеперерабатывающей промышленности) покупателям ООО "Балтик Ойл" и ООО "ЛУКОЙЛ-Ухтанефтепереработка", а также агентские услуги, направленные на приобретение для должника поставщика платинового катализатора изомеризации I-82 у поставщика ЗАО "ТП "ДРАГЦВЕТМЕТ". Вознаграждение ответчика за оказанные услуги составило 128 000 000 руб.
2) агентский договор N 508 от 05.08.2015 и приложение N 1 к нему от 09.11.2015, в соответствии с которым ответчиком были оказаны агентские услуги, направленные на приобретение должником согласованного товара (химическая продукция для нефтеперерабатывающей промышленности) у поставщика UOP СН Sarl (Швейцария) и его дальнейшую реализацию должником покупателю ООО "ЛУКОЙЛ-Нижегороднефтеоргсинтез". Вознаграждение ответчика за оказанные услуги составило 1 090 000 руб.
Оспариваемые сделки с Прокопцовой И.С. являются одними из аналогичных сделок должника, объединенных общими признаками, и оспариваемых в настоящее время в рамках отдельных споров.
Так, конкурсным управляющим предъявлены соответствующие требования к Багиеву Е.Г. (N А56-67039/2018/сд.17), Калине Р.В. (N А56-67039/2018/сд.11), Калине Е.Г. (N А56-67039/2018/сд.14), Прокопцову В.Е. (N А56-67039/2018/сд.15), Шаленко М.В. (N А56-67039/2018/сд.13), Терентьеву А.В. (N А56-67039/2018/сд.5).
В конце 2013 года должник принял единое хозяйственное решение, согласно которому ООО "БЭК" стало заключать контракты с контрагентами, абсолютное большинство которых было ему известно ранее, привлекая для поиска таких контрагентов топ-менеджеров должника и их родственников в качестве агентов. Размер агентских вознаграждений был сопоставим с чистой прибылью должника и даже превышал ее показатели.
Данные сделки объединяет тот факт, что регистрацией привлекаемых агентов в качестве индивидуальных предпринимателей занимался заместитель начальника юридической службы должника Шабанов-Иванов Р.А., а бухгалтерский учет их деятельности вела главный бухгалтер должника Сморщок Ж.В.
Как следует из показаний генерального директора ООО "ПРОКАМИ" Калины Р.В. на допросе по уголовному делу, в качестве индивидуальных предпринимателей были зарегистрированы жены Калины Р.В. и Прокопцова В.Е., поскольку обороты их ИП превышали допустимые для упрощенной системы налогообложения пределы. От имени ИП жен Калины Р.В. и Прокопцова В.Е. выступали они сами как их генеральные директора, бухгалтерию по указанию Терентьева А.В. вела главный бухгалтер должника Сморщок Ж.В.
При этом, как усматривается из решения Управления ФНС России по Ленинградской области от 12.03.2019 N 13/01-3, в период совершения спорных сделок должником также была разработана и применена схема уклонения от уплаты налогов, при которой должник создал фиктивный документооборот с поставщиками продукции, уклонившись от уплаты налогов на сумму свыше 600 000 000 руб.
Из материалов дела следует, что Терентьев А.В. является единственным участником ООО "БЭК". За период осуществления деятельности должника неоднократно сменялись его генеральные директоры. Прокопцов В.Е. являлся работником ООО "БЭК" с 04.04.1998 по 05.12.2005 в должности заместителя генерального директора.
ООО "БЭК" (принципал) и индивидуальный предприниматель Прокопцова И.С. (агент) заключили агентский договор от 23.09.2014 N 2309, согласно пункту 1.1 которого принципал поручил, а агент принял обязательство за вознаграждение от имени и за счет принципала осуществлять юридические и иные действия, направленные на приобретение ООО "БЭК" (в том числе импорт) и/или реализацию (в том числе экспорт) товаров рынка нефтеперерабатывающей и нефтехимической областей промышленности (далее - Товар), в том числе: найти поставщика и/или покупателя Товара; согласовать с поставщиком и/или покупателем Товара условия договора купли-продажи Товара на наиболее выгодных для ООО "БЭК" условиях; организовать заключение договора купли-продажи Товара с поставщиком и/или покупателем; осуществить иные действия по отдельным поручениям ООО "БЭК".
В пункте 1.2 стороны указали, что на каждую партию Товара составляется согласованное сторонами приложение, в котором определяется наименование Товара, количество, срок и цены Товара, а также иные условия.
Пунктом 4.1 указанного договора предусмотрено, что размер вознаграждения агента и сроки его выплаты согласовываются сторонами в приложениях к договору.
Согласно приложению N 1 от 23.09.2014 к договору агент обязался совершить от имени и за счет ООО "БЭК" действия, направленные на реализацию ООО "БЭК" товаров на общую сумму не менее 438 199 000 руб. В пункте 3 названного приложения размер вознаграждения агента определен в сумме 128 000 000 руб.
Дополнением к приложению N 1 к агентскому договору N 2309 от 23.09.2014 согласован перечень товара, подлежащего реализации по 312 позициям.
ООО "БЭК" (поставщик) и ООО "Балтик Ойл" (покупатель) заключили договор поставки оборудования от 05.11.2014 N 511.
Агентом был составлен отчет от 30.11.2014 об исполнении договора и приложения N 1 от 23.09.2014 к нему. В отчете агент указал, что за период с 23.09.2014 по 31.11.2014 агентом была найдена компания, заинтересованная в приобретении товара, заявленного принципалом, - ООО "Балтик Ойл", проверены ее статус, полномочия лиц, ее представляющих, исследованы сфера ее деятельности, опыт работы и репутация; проведены предварительные переговоры по вопросам заключения контракта на поставку товара на общую сумму 438 199 000 руб.; организовано подписание контракта между ООО "БЭК" и ООО "Балтик Ойл" и приложений к нему под номерами - 1, 87, 94, 95, 88, по которому ООО "Балтик Ойл" приобрело у должника товар, указанный в приложении N1 к агентскому договор N2309 от 23.09.2014 в общей стоимости 491 807 689,70 руб., что дороже на 53 608 689,70 руб., чем было поручено агенту.
В соответствии с приложением N 88 от 20.02.2015 к договору поставки N 511 от 05.11.2014 должник реализовал покупателю ООО "Балтик Ойл" товар - катализатор I-82 в количестве 12 600 кг на общую стоимость 191 629 191, 60 руб.
Между ООО "Балтик Ойл" и ООО "БЭК" 11.09.2015 было подписано дополнительное соглашение N 1 к договору поставки N 511 от 05.11.2014, в соответствии с которым стороны пришли к соглашению расторгнуть приложение N88 от 20.02.2015 к договору поставки N 511 от 05.11.2014.
Как указал ответчик, расторжение обозначенного соглашения было вызвано введением в действие Постановления Правительства РФ от 01.10.2015 N 1052 "О ведении специального учета юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, осуществляющих операции с драгоценными металлами и драгоценными камнями", согласно которому юридические лица и индивидуальные предприниматели, осуществляющие операции с драгоценными металлами и драгоценными камнями, подлежат постановке на специальный учет в Российской государственной пробирной палате при Министерстве финансов РФ. В катализаторах, передаваемых по приложению N88 к договору N 511, содержались драгоценные металлы, ООО "Балтик Ойл" на специальном учете не состояло. Стороны приняли решение расторгнуть указанное приложение.
Между должником (принципалом) и ответчиком (агентом) 01.07.2015 было заключено дополнение N 1 к приложению N 1 к агентскому договору N2309 от 23.09.2014, в соответствии с которым принципал поручил Прокопцовой И.С. без изменения стоимости вознаграждения произвести повторный подбор покупателя на катализатор I-82 в количестве не менее 12 000 кг по цене не ниже 12 000 руб. за 1 кг и продавца с условием обратного выкупа отработанного катализатора, содержащего драгоценный металл.
Агентом 06.08.2015 составлено дополнение N 1 к отчету агента к приложению N 1 к агентскому договору N 2309 от 23.09.2014, в котором агент указал, что потребовалась замена подобранной им согласно отчету от 30.11.2014 компании покупателя катализатора, а также подбор компании-продавца, осуществляющей продажу принципалу катализатора изомеризации I-82 и приемку отработанного катализатора; что агентом проведены предварительные переговоры по вопросам заключения ООО "БЭК" контракта на поставку товара с ООО "ЛУКОЙЛ-Ухтанефтепереработка" и на передачу отработанного катализатора - с ЗАО ТПГ "ДРАГЦВЕТМЕТ"; организовано подписание названных контрактов.
Таким образом, агентом (в лице своего представителя по нотариальной доверенности Прокопцова В.Е.) была найдена компания ООО "ЛУКОЙЛ-Ухтанефтепереработка". В результате действий агента организовано подписание контракта N 236-15-2015 от 13.07.2015 между ООО "БЭК" и ООО "ЛУКОЙЛ-Ухтанефтепереработка", согласно которому ООО "ЛУКОЙЛ-Ухтанефтепереработка" обязалось приобрести товар катализатор I-82 в количестве 12 600 кг на общую стоимость 191 629 191, 60 руб.
Также агентом организовано подписание между должником и ЗАО ТПК "ДРАГЦВЕТМЕТ" контракта N 01/2015/Д-Б от 13.07.2015, в соответствии с которым ЗАО ТПК "ДРАГЦВЕТМЕТ" обязалось поставить в адрес ООО "БЭК" товар катализатор I-82 в количестве 12 600 кг по общей стоимости 172 393 716, 60 руб.
Таким образом, в части совершения агентом действий, направленных на реализацию катализатора I-82 в количестве 12 600 кг, должником была получена выгода от перепродажи товара в размере 19 255 067,40 руб.
В счет оплаты агентского вознаграждения по договору ООО "БЭК" в период с 25.09.2014 по 13.10.2015 перечислило предпринимателю 128 000 000 руб., что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями.
В дальнейшем ООО "Балтик Ойл" поставило приобретенный у должника товар в компанию ООО "ТД КАТОЙЛ", в том числе, на основании следующих договоров поставки с приложениями к ним: N 14 от 31.12.2013, N 12000/87 от 15.05.2014, N 12000/94 от 04.08.2014, N 12000/95 от 04.08.2014.
ООО "БЭК" (принципал) и индивидуальный предприниматель Прокопцова И.С. (агент) заключили агентский договор N 508 от 05.08.2015, согласно пункту 1.1 которого принципал поручил, а агент принял обязательство за вознаграждение от имени и за счет принципала осуществлять юридические и иные действия, направленные на приобретение ООО "БЭК" (в том числе импорт) и/или реализацию (в том числе экспорт) товаров рынка нефтеперерабатывающей и нефтехимической областей промышленности (далее - Товар), в том числе: найти поставщика и/или покупателя Товара; согласовать с поставщиком и/или покупателем Товара условия договора купли-продажи Товара на наиболее выгодных для ООО "БЭК" условиях; организовать заключение договора купли-продажи Товара с поставщиком и/или покупателем; осуществить иные действия по отдельным поручениям ООО "БЭК".
В пункте 1.2 стороны указали, что на каждую партию Товара составляется согласованное сторонами приложение, в котором определяется наименование Товара, количество, срок и цены Товара, а также иные условия.
Пунктом 4.1 указанного договора предусмотрено, что размер вознаграждения агента и сроки его выплаты согласовываются сторонами в приложениях к договору.
Согласно приложению N 1 от 09.11.2015 к договору агент обязался совершить от имени и за счет ООО "БЭК" действия, направленные на приобретение ООО "БЭК" следующего товара и на следующих условиях:
- слой защитный CatTrap-10 в общем количестве не менее чем 243 кг,
- слой защитный CatTrap-30 в общем количестве не менее чем 486 кг.
Общая сумма приобретения должна быть не более 45 000 долларов США без НДС.
В пункте 3 названного приложения размер вознаграждения агента определен в сумме 1 090 000 руб.
Агентом был составлен отчет N 1 от 21.01.2016 об исполнении договора N 508 от 05.08.2015 и приложения N 1 к нему. В отчете агент указал, что за период с 09.11.2015 по 21.01.2016 агентом была найдена компания UOP СН Sarl, заинтересованная в реализации товара (защитный слой CatTrap-10, защитный слой CatTrap-30), отвечающего условиям, заявленным принципалом, проверены ее юридический статус, полномочия лиц, ее представляющих, исследованы сфера ее деятельности, опыт работы и репутация; проведены предварительные переговоры по вопросам заключения контракта на поставку товара, а также по согласованию условий приобретения товара; организовано подписание договора на поставку товара N 301115 от 30.11.2015 между UOP СН Sarl и ООО "БЭК".
В свою очередь, из пояснений ответчика усматривается, что в соответствии с приложением N 1 к агентскому договору N 508 от 05.08.2015, ответчиком (в лице своего представителя по нотариальной доверенности Прокопцова В.Е.) был совершен комплекс действий, направленных на заключение должником:
- договора на поставку товара N 301115 от 30.11.2015 с компанией ЮОП СХ Сарл (Швейцария) на приобретение материалов защитных слоев CatTrap-10 (243 кг), CatTrap-30 (486 кг), общей стоимостью 38 700 долларов США на условиях поставки FCA Антверпен, Бельгия. Итого общая стоимость закупки товара составила 38 700 долларов США,
- договора на поставку товаров с ООО "ЛУКОЙЛ-Нижегороднефтеоргсинтез" N ННОС141232 от 31.10.2014, в соответствии с которым должник реализовал товар CatTrap-10 (243 кг), CatTrap-30 (486 кг) по стоимости 61 907, 17 долларов США на условиях поставки товара в г. Кстово, промзона, склад ООО "ЛУКОЙЛ-Нижегороднефтеоргсинтез".
Выгода должника от заключения соответствующих договоров составила 23 207,17 долларов США, т.е. 1 844 074,22 руб. Из отзыва ответчика следует, что при указанных обстоятельствах установление размера вознаграждения агента в размере 1 090 000 руб. не свидетельствует о причинении вреда кредиторам, так как в результате действий агента должник с учетом выплаты агенту вознаграждения получил выгоду в размере 754 074,22 руб.
Требование о признании недействительными самих агентских договоров конкурсным управляющим в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора не заявлялось (заявлено только требование о признании недействительными произведенных должником платежей по договорам в пользу ответчика).
Доводы заявления конкурсного управляющего по существу сводятся к тому, что целью заключения агентских договоров с ответчиком и перечисления сумм вознаграждений по ним, которую осознавали и желали достичь обе стороны, являлся вывод активов ООО "БЭК" посредством заключения заведомо притворных сделок в ущерб кредиторам ООО "БЭК". Притворность заключалась в том, что договоры заключались с женой Прокопцова В.Е., не имеющей необходимых знаний и опыта для ведения переговоров и заключения договоров, и выступающей лишь "прикрытием" деятельности Прокопцова В.Е., в то время как действительный экономический смысл схемы работы должника через агента, заключался лишь в создании условий для вывода денежных средств, прикрывая тем самым распределение прибыли в обществе в пользу Прокопцовой И.С, приходящейся супругой контролирующему должника лицу Прокопцову В.Е., входящему с должником в одну группу лиц.
Все документы, обосновывающие перечисление денежных средств ответчику, выполнены формально при отсутствии реальной необходимости в привлечении агента. Фактически спорные сделки были направлены на создание искусственной задолженности должника с целью вывода активов общества под предлогом оплаты агентских услуг. При этом, суммы вознаграждений агента очевидно превышали рыночную стоимость агентских услуг. По утверждению конкурсного управляющего, лицами, контролирующими должника, фактически была создана схема искусственного выведения денежных средств из общества путем фиктивного оформления документов об оказании агентских услуг, которая хотя и объективно причинила вред интересам кредиторов, однако причиняла вред должнику и носила противоправный характер, что привело к последующему банкротству должника, что свидетельствует о необходимости квалификаций сделок и по статьям 10, 168 ГК РФ. Таким образом, конкурсным управляющим указаны обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки.
В пункте 1 статьи 10 ГК РФ закреплена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ" разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.
Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными и признаются злоупотреблением правом. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.
Таким образом, по смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.
Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
Исходя из смысла приведенных правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.
Судом апелляционной инстанции из материалов дела установлено, что лично Прокопцова В.Е., указанная в качестве агента в агентских договорах N 508 и N 2309, агентских услуг должнику не оказывала, что признается ею в апелляционной жалобе и дополнениях к ней.
Фактически все действия по оказанию агентских услуг в рамках исполнения агентских договоров осуществлялись супругом Прокопцовой И.С. - Прокопцовым В.Е., который, в свою очередь, имел аналогичные договоры с должником, а именно агентские договоры от 02.12.2013 N 212 и от 11.10.2015 N 1110.
Пояснений относительно необходимости заключения агентских договоров с супругой Прокопцова В.Е., учитывая их фактическое исполнение самим Прокопцовым В.Е. при наличии действующих с ним аналогичных договоров на оказание агентских услуг с должником, ответчиком не представлено.
Согласно отчету агента от 30.11.2014 к Приложению N 1 к агентскому договору N 2309 от 23.09.2014, агент (Прокопцова И.С.) выполнил условия договора в полном объеме путем привлечения в качестве единственного покупателя товара ООО "Балтик Ойл", с которым 05.11.2014 должником был заключен договор N511.
Агентское вознаграждение Прокопцовой И.С. было установлено в размере 128 000 000 руб.
Однако, необходимость поиска контрагента ООО "Балтик Ойл" материалами настоящего дела не подтверждена, исходя из следующего.
Согласно данным из ЕГРЮЛ 100% участником ООО "Балтик Ойл" (в настоящее время ликвидировано) являлось ООО "Балтийская энергетическая компания" (в настоящее время ликвидировано), 100 % участником которого являлся Прокопцов Виктор Евгеньевич - супруг Прокопцовой И.С.
Кроме того, правоотношения между ООО "Балтик Ойл" (фактический выгодоприобретатель от деятельности общества - Прокопцов В.Е.) и ООО "Балтийская экспедиторская компания" (фактический выгодоприобретатель от деятельности общества - Терентьев А.В.) сложились ранее даты заключения агентского договора от 23.09.2014 N 2309 в форме совершения следующих сделок: договор поставки N1007 от 10.07.2014, договор ТЭ от 23.05.2008.
Помимо изложенного, статус единой группы компаний ООО "БЭК" подтвержден и заключенными с ОАО "Сбербанк России" кредитными договорами (N 0095-1-101713 от 11.04.2013, N 0095-1-100713 от 21.02.2013, N 0095-1-102113 от 22.04.2013, N 0095-1-100914 от 03.03.2014, N 0095-1-101014 от 03.03.2014, N 0095-1-101914 от 21.03.2014), по которым должником выступало ООО "БЭК", а поручителем - ООО "Балтик Ойл", что указывает на фактическую деятельность группы компаний (холдинга).
Согласно приложению N 1 к каждому из кредитных договоров указан перечень предприятий, входящих в Группу компаний ООО "БЭК", действующих в целях достижения единственного хозяйственного результата:
- ООО "Балтийская экспедиторская компания" (ОГРН 1037821002064),
- ООО "Балтик Ойл" (ОГРН 1047833014448),
- ЗАО "Петербургские Отели" (ОГРН 1037851035848),
- ООО "Балтик Клуб Отель" (ОГРН 1107847067789).
Согласно статье 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 (ред. от 26.07.2006) "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" аффилированными лицами являются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, при этом аффилированными лицами юридического лица, в том числе, являются лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.
Понятие юридической аффилированности не требует доказывания того, что участники одной группы формализовали свою деятельность как осуществляемую от имени "единого хозяйствующего
