|
22 июня 2023 г.
|
Дело N А56-67039/2018/
|
Резолютивная часть постановления объявлена 14 июня 2023 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 22 июня 2023 года.
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
в составе:
председательствующего Бурденкова Д.В.
судей Аносовой Н.В., Юркова И.В.
при ведении протокола судебного заседания: Лысаком В.В.
при участии:
от конкурсного управляющего ООО "Балтийская экспедиторская компания": Тулумов А.Э. (доверенность от 01.05.2023), от Багиева Е.Г.: Вершинина Е. (доверенность от 24.01.2023), Панов А.С. (доверенность от 07.06.2022)
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-6653/2023) конкурсного управляющего ООО "Балтийская экспедиторская компания" Тарасевича Анны Валерьевны на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.02.2023 по делу N А56-67039/2018/сд.17 (судья Ильенко Ю.В.), принятое по результатам рассмотрения заявления Багиева Евгения Георгиевича о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельства в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО "Балтийская экспедиторская компания",
УСТАНОВИЛ:
ООО "Проками" обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО "Балтийская экспедиторская компания" (далее - должник, ООО "БЭК") несостоятельным (банкротом).
Определением арбитражного суда от 16.07.2018 заявление ООО "Проками" признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена Ванюшкина Елизавета Владиславовна.
Решением от 19.02.2019 ООО "БЭК" признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего временно возложено на Ванюшкину Е.В.
Определением арбитражного суда от 02.04.2019 конкурсным управляющим утвержден Назаров Евгений Константинович.
Определением арбитражного суда от 11.09.2020 конкурсный управляющий Назаров Е.К. освобожден от исполнения обязанностей, конкурсным управляющим должником утверждена Тарасевич Анна Валерьевна.
В рамках процедуры конкурсного производства 15.05.2019 от конкурсного управляющего ООО "БЭК" поступило заявление, в котором просил признать недействительными взаимосвязанные сделки по перечислению ООО "БЭК" денежных средств за период с 29.04.2014 по 29.02.2016 в пользу Багиева Евгения Георгиевича на сумму 193 865 000 руб. 69 коп., а также уступке денежных средств в размере 216 764 966 руб. 69 коп.
Просил применить последствия недействительности сделки взыскать с ответчика в конкурсную массу должника 410 629 996 руб. 69 коп.
Определением арбитражного суда от 30.12.2019 заявление конкурсного управляющего ООО "БЭК" удовлетворено частично; признаны недействительными сделки ООО "БЭК" по перечислению денежных средств в пользу Багиева Е.Г. на сумму 70 595 000 руб., применены последствия недействительности сделок в виде возврата денежных средств в размере 70 595 000 руб. в конкурсную массу ООО "БЭК".
Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2020 определение от 30.12.2019 в части удовлетворения заявления конкурсного управляющего отменено; в указанной части принят новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.
Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 02.02.2021 постановление от 21.08.2020 в части отмены определения от 30.12.2019 отменено. В указанной части определение от 30.12.2019 по тому же спору оставлено в силе. В остальной части определение от 30.12.2019 и постановление от 21.08.2020 оставлены без изменения.
Багиев Е.Г. обратился в арбитражный суд с заявлением о пересмотре определения по вновь открывшимся обстоятельствам в части удовлетворенных требований конкурсного управляющего.
Определением арбитражного суда от 07.02.2023 определение от 30.12.2019 отменено; в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО "БЭК" о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств в пользу Багиева Е.Г. в сумме 70 595 000 руб.отказано.
Конкурсный управляющий ООО "БЭК" обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, оставить в силе определение от 30.12.2019, ссылается на необоснованность пересмотра судебного акта на основании новых доказательств в отношении обстоятельств, которые были исследованы судами в ходе рассмотрения настоящего спора, поскольку при первоначальном рассмотрении обособленного спора Багиев Е.Г., возражая против доводов конкурсного управляющего, указывал на отсутствие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения спорных платежей и отсутствие по отношению к должнику заинтересованности, предполагающей осведомленность о финансовом положении должника.
Податель жалобы считает, что обстоятельства, заявленные в качестве вновь открывшихся, были известны ответчику ранее и не являются существенными, в связи с тем, что его позиция основана на ином обособленном споре, где ответчику удалось доказать обстоятельства, которые не были доказаны при рассмотрении настоящего спора. Кроме того, при первоначальном рассмотрении спора и признании платежей недействительными судами сделан вывод о недоказанности реальности исполнения агентских договоров, однако при новом рассмотрении судом первой инстанции сделан противоположный вывод, который, по мнению конкурсного управляющего, является неправомерным.
Багиев Е.Г. представлен отзыв, в котором считает определение суда первой инстанции законным и обоснованным.
Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.
Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы в совокупности и взаимосвязи с собранными по делу доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.
В соответствии со статьей 309 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) арбитражный суд может пересмотреть принятый им и вступивший в законную силу судебный акт по новым или вновь открывшимся обстоятельствам по основаниям и в порядке, предусмотренным в главе 37 АПК РФ.
Основаниями пересмотра судебных актов по правилам главы 37 АПК РФ являются: вновь открывшиеся обстоятельства, указанные в части 2 статьи 311 АПК РФ и существовавшие на момент принятия судебного акта обстоятельства по делу; новые обстоятельства, указанные в части 3 статьи 311 АПК РФ, возникшие после принятия судебного акта, но имеющие существенное значение для правильного разрешения дела обстоятельства.
В части 2 статьи 311 АПК РФ содержится перечень оснований для пересмотра судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам, который является исчерпывающим и не подлежит расширительному толкованию.
В силу пункта 1 части 2 статьи 311 АПК РФ основанием пересмотра судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам являются существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю.
По смыслу указанной нормы вновь открывшимися обстоятельствами являются юридические факты, которые объективно существовали на момент рассмотрения дела, имеют существенное значение для разрешения спора, однако не были и не могли быть известны лицу, заявившему о них впоследствии.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 N 52 "О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам" (далее - Постановление N 52), судебный акт не может быть пересмотрен по новым или вновь открывшимся обстоятельствам в случаях, если обстоятельства, определенные статьей 311 АПК РФ, отсутствуют, а имеются основания для пересмотра судебного акта в порядке кассационного производства или в порядке надзора, либо если обстоятельства, установленные статьей 311 АПК РФ, были известны или могли быть известны заявителю при рассмотрении данного дела.
Обстоятельства, которые в соответствии с пунктом 1 статьи 311 АПК РФ являются основаниями для пересмотра судебного акта, должны быть существенными, то есть способными повлиять на выводы суда при принятии судебного акта. При рассмотрении заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам суд должен установить, свидетельствуют ли факты, приведенные заявителем, о наличии существенных для дела обстоятельств, которые не были предметом судебного разбирательства по данному делу (пункт 4 Постановления N 52).
Таким образом, вновь открывшимися обстоятельствами признаются юридические факты, обладающие совокупностью трех признаков: они должны быть существенными, то есть такими, которые могли бы привести к принятию иного решения суда; они должны были существовать на момент принятия того судебного акта, о пересмотре которого заявлено, и не только не были известны заявителю, но и не могли быть ему известны в силу объективных причин.
Пересмотр судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам является процедурой, применение которой в целях обеспечения принципа стабильности судебных решений допустимо только в исключительных случаях в целях защиты прав лица, ссылающегося на вновь открывшиеся обстоятельства, обусловленные неизвестностью лицам, участвующим в деле, и суду обстоятельств, имеющих существенное значение для принятия правильного решения по существу спора, и не должно нарушать баланс интересов сторон, основанный на этих актах. Иное будет направлено на нарушение принципов общеобязательности, правовой определенности и стабильности судебного акта.
Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 11.03.2021 N 306-ЭС20-16785(1,2), институт пересмотра судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам является чрезвычайным средством возобновления производства по делу и необходим для того, чтобы прекратить существование объективно ошибочных судебных актов в ситуации, когда об обстоятельствах, позволяющих сделать вывод о допущенной ошибке, стало известно после вынесения этих судебных актов.
В рассматриваемом случае, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что приведенные заявителем обстоятельства, установленные в ходе рассмотрения обособленного спора А56-67039/2018/сд.15, обладают признаками вновь открывшихся обстоятельств, предусмотренных в статье 311 АПК РФ, так как могли повлиять на выводы судов при принятии судебного акта о признании сделок должника недействительными.
Из содержания принятых по обособленному спору судебных актов следует, что сделки должника в отношении Багиева Е.Г. были признаны недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, основания для применения положений статей 10,168 ГК РФ отсутствуют.
Указанный вывод следует из постановления Арбитражного суда Северо-Западного округа от 30.10.2020 по настоящему обособленному спору, а также прямо содержится в постановлении Арбитражного Суда Северо-Западного округа от 01.09.2022 по обособленному спору N А56-67039/2018/тр9.
При рассмотрении настоящего спора также было установлено, что перечисление должником в период с 29.04.2014 по 29.02.2016 ответчику денежных средств в качестве вознаграждения по агентским договорам совершено с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и при причинении такого вреда, поскольку на момент совершения спорных платежей ООО "БЭК" отвечало признаку неплатежеспособности (недостаточности имущества), поскольку у него имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, чьи задолженности включены в реестр, а также по результатам выездной налоговой проверки было выявлено уклонение от уплаты налогов, которое скрыло действительные признаки неплатежеспособности.
При этом судами сделан вывод о том, что ответчик был осведомлен о цели причинения вреда кредиторам должника в связи с наличием аффилированности с Прокопцовым В.Е., который совместно с единственным участником должника Терентьевым А.В. на момент совершения оспариваемых сделок участвовал в ряде хозяйственных обществ, образующих группу компаний "БЭК".
Судами было установлено, что Терентьев А.В. и Прокопцов В.Е. посредством совместного участия в уставных капиталах ряда организаций образуют группу лиц, в которую входит также ответчик. Соответственно, осведомленность ответчика о налоговой недоимке должника была принята в качестве доказанной на основании презумпции, предусмотренной пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
В обоснование заявления о пересмотре судебного акта от 30.12.2019 Багиева Е.Г. указал, что 13.04.2022 Тринадцатым арбитражным апелляционным судом принято постановление по спору А56-67039/2018/сд.15 по заявлению конкурсного управляющего об оспаривании сделок с Прокопцовым В.Е. за аналогичный период, которым установлено, что Прокопцов В.Е. не был осведомлен о налоговой недоимке должника и признаках его неплатежеспособности.
В то же время осведомленность Багиева Е.Г. о признаках неплатежеспособности должника при первоначальном рассмотрении спора была установлена только посредством презумпции осведомленности через аффилированность с Прокопцовым В.Е. Соответственно, факт неосведомленности Прокопцова В.Е. о признаках неплатежеспособности исключает и факт осведомленности ответчика об указанных обстоятельствах.
Кроме того, указанным судебным актом, на основе представленного конкурсным управляющим заключения эксперта Северо-Западного РЦСЭ Минюста России N 3131/10 от 20.11.2020, ранее не представляемого в настоящий обособленный спор, установлено отсутствие у должника признаков неплатежеспособности в 2015-2016 годах даже с учетом налоговой недоимки за 2014-2015 годы в размере 540 091 139 руб.
При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает, что с учетом предмета доказывания в споре о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, указанные обстоятельства являются существенными, так как наличие у должника признаков неплатежеспособности и презумпция осведомленности о них другой стороны сделки приняты судами в качестве элементов состава для признания сделки недействительной.
В рассматриваемом случае суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что опровержение презумпции осведомленности Прокопцова В.Е., установленное постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2022 по спору А56-67039/2018/сд.15, имеет существенное значение для настоящего дела, так как напрямую влияет на выводы о факте осведомленности Багиева Е.Г. о финансовом состоянии должника, притом, что аффилированность ответчика к должнику установлена только через аффилированность по отношению к Прокопцову В.Е., осведомленность которого о влиянии налоговой недоимки за 2014-2015 годы на наличие признаков неплатежеспособности должника в период совершения оспариваемых платежей не являлась очевидной, и не являлась предметом судебного разбирательства при первоначальном рассмотрении настоящего спора.
Таким образом, вопреки доводам конкурсного управляющего, вновь открывшимся обстоятельством для настоящего спора явился не факт отсутствия аффилированности ответчика по отношению к должнику, а опровержение презумпции осведомленности Прокопцова В.Е., посредством которой презюмировалась и осведомленность самого ответчика.
Судом первой инстанции также обоснованно учтено, что именно неисследованность судами вопроса осведомленности Прокопцова В.Е. о наличии у должника налоговой недоимки за 2014-2015 годов, и, соответственно, её влияния на наличие признаков неплатежеспособности должника в период совершения оспариваемых платежей в обособленном споре N А5б-67039/18/сд.15 стала основанием для направления данного спора постановлением от 14.09.2020 на новое рассмотрение, по результатам которого и было установлено отсутствие такой осведомленности и отсутствие у должника признаков неплатежеспособности в период совершения оспариваемых платежей.
Факт отсутствия у ООО "БЭК" признаков неплатежеспособности в 2015-2016 годах, даже с учетом наличия налоговой недоимки за 2014-2015 годы в размере 540 091 139 руб., установлен судом, в том числе на основании выводов заключения эксперта Северо-Западного РЦСЭ Минюста России N 3131/10 от 20.11.2020, которое было выполнено по заданию конкурсного управляющего и представлено им в материалы спора А56-67039/2018/сд.15.
При этом факт отсутствия у ООО "БЭК" признаков неплатежеспособности в указанный период не был известен и объективно не мог быть достоверно известен заявителю в силу отсутствия у него документации должника в том объеме, в котором она имеется у конкурсного управляющего.
В ходе рассмотрения настоящего спора от конкурсного управляющего не поступили пояснения, по какой причине исследование по вопросу о влиянии налоговой недоимки на признаки неплатежеспособности должника в 2015-2016 годах не могло быть выполнено ранее окончания рассмотрения заявления об оспаривании сделок в отношении Багиева Е.Г. и представлено в материалы настоящего обособленного спора.
При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего о том, что приведенные ответчиком основания являются новыми доводами и доказательствами применительно к уже исследованным судом обстоятельствам, а также не являются существенными для настоящего обособленного спора, являются ошибочными.
Таким образом, апелляционная коллегия считает правильным вывод суда первой инстанции о том, что о наличии вышеуказанных обстоятельств, имеющих существенное значение для настоящего спора, заявителю стало известно только из текста постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2022 по спору А56-67039/2018/сд.15. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.
Исходя из положений статей 309, 310, 311 АПК РФ, с учетом предмета доказывания недействительности сделок на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, приведенные заявителем обстоятельства не были предметом судебного разбирательства по настоящему спору, однако являются существенными, поскольку наличие у должника признаков неплатежеспособности и презумпция осведомленности о них другой стороной сделки при первоначальном рассмотрении обособленного спора приняты судами в качестве элементов состава для признания платежей недействительными. В этой связи определение арбитражного суда от 30.12.2019 пересмотрено по новым обстоятельствам применительно к пункту 1 части 2 статьи 311 АПК РФ правомерно.
Как следует из материалов дела и установлено судами, Обществом (принципалом) и Багиевым Е.Г. (агентом) заключены агентские договоры от 04.03.2014 N 403, от 23.06.2014 N 2306 (далее - договоры), согласно которым агент принимает на себя обязательство осуществлять от имени и за счет принципала поиск и привлечение организаций и индивидуальных предпринимателей - потенциальных заказчиков услуг принципала, имеющих намерение заключить договор на услуги, аналогичные, оказываемым принципалом, в целях реализации услуг принципала неограниченному кругу лиц. Агент заявляет и гарантирует, что осуществит поиск и обеспечит заключение потенциальными заказчиками договоров с принципалом на общую сумму стоимости услуги принципала не менее 500 000 000 руб. и 300 000 000 руб. соответственно.
В соответствии с дополнительным соглашением от 02.04.2014 N 1 к договору от 04.03.2014 N 403 размер вознаграждения агента за привлечение закрытого акционерного общества "Нефтехимпроект" (далее - ЗАО "Нефтехимпроект") составляет 60 000 000 руб.
В соответствии с дополнительными соглашениями от 09.10.2014 N 1, от 01.07.2014 б/н к договору от 23.06.2014 N 2306 размер вознаграждения агента составляет 60 000 000 руб. - за привлечение компании "CHEVRON LUMMUS GLOBAL LLC", 73 865 000 руб. - за оказание услуг по сопровождению договора подряда от 14.03.2014 N 1403, заключенного с ЗАО "Нефтехимпроект" с учетом соглашения от 10.08.2015 к дополнительному соглашению от 01.07.2014. Общество и Багиев Е.Г. в соответствии с условиями договоров подписали приложения и отчеты к ним: отчет агента от 02.04.2014 по договору N 403, в соответствии с которым Багиев Е.Г. привлек в качестве клиента ЗАО "Нефтехимпроект", с которым впоследствии Общество заключило договор от 14.03.2014 N 1403, а также отчет агента от 09.10.2014 по договору N 2306, в соответствии с которым Багиев Е.Г. привлек в качестве клиента компанию "CHEVRON LUMMUS GLOBAL LLC", с которой впоследствии Общество заключило договоры от 07.10.2014 N RN 1 и N RN 2.
Согласно представленным в материалы дела платежным поручениям в период с 29.04.2014 по 23.12.2014 Общество перечислило Багиеву Е.Г. вознаграждение агента по агентскому договору от 04.03.2014 N 403 в размере 69 040 000 руб., а в период с 22.01.2015 по 29.02.2016 - вознаграждение по агентскому договору от 23.06.2014 N 2306 в размере 124 825 000 руб.
На основании договора уступки права требования (цессии) от 04.10.2016 Общество уступило Багиеву Е.Г. права требования по возмещению убытков, состоящих из суммы излишне взысканных таможенных платежей и пеней в размере 216 754 966 руб. 69 коп.
Конкурсный управляющий, полагая, что названные платежи являются единой сделкой, которая содержит признаки недействительности сделки, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статьями 10, 168 ГК РФ, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.
В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).
В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.
В силу статьи 61.9 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником, в том числе по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 названного Закона.
В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
Как следует из пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.
Если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления N 63).
Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
В пунктах 5, 6 и 7 Постановления N 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств:
- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;
- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;
- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.
В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При этом предусмотренные нормой презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.
При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под таковым понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.
Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.
Исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ, имеющиеся в деле доказательства, суд первой инстанции, пришел к верному выводу об отсутствии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и причинении такого вреда, поскольку на момент совершения оспариваемых платежей должник не отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.
Из материалов дела следует, что обязательства должника перед конкурсными кредиторами ОАО "Мурманское морское пароходство", ООО "Проками", ЗАО "Нефтехимпроект" возникли, соответственно, не ранее 16.03.2016, 29.07.2016, 26.01.2016 (при этом требование перед ЗАО "Нефтехимпроект" до 03.08.2017 было предметом судебного разбирательства по делу N А19-21138/2015), то есть на момент совершения оспариваемых платежей (с 29.04.2014 по 29.02.2016) у должника имелись неисполненные обязательства лишь перед ОАО "Мурманское морское пароходство".
Согласно заключению эксперта Северо-Западного РЦСЭ Минюста России N 3131/10 от 20.11.2020, представленному при рассмотрении обособленного спора А56-67039/2018/сд.15, по заданию конкурсного управляющего на основании полного исследования документации должника сделан вывод об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности в 2015 - 2016 годах даже с учетом налоговой недоимки 2014-2015 годов в размере 540 091 139 руб.
Аналогичные выводы содержатся в представленных в материалы дела заключениях специалистов ООО "Центр налоговых экспертиз и аудита" и ООО "Юридический консультационный центр", согласно которым, с учетом проведенной реконструкции бухгалтерской отчетности должника, в случае отражения в составе показателей бухгалтерского баланса налоговых обязательств и пени по налогам, стоимость чистых активов должника по состоянию на 31.12.2014 составляла 1 911 971 000 руб., по состоянию на 31.12.2015 - 1 518 795 000 руб., по состоянию на 31.12.2016 - 1 313 384 руб., то есть в период совершения оспариваемых платежей в любом случае отсутствовали признаки неплатежеспособности, поскольку величина активов должника стабильно превышала величину его обязательств.
Согласно представленной в материалы дела бухгалтерской отчетности чистая прибыль за 2014-2015 годы составила 898 540 000 ру
