Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19 апреля 2022 г. N 15АП-3624/22 по делу N А32-52667/2018
|
19 апреля 2022 г.
|
дело N А32-52667/2018
|
Резолютивная часть постановления объявлена 12 апреля 2022 года.
Полный текст постановления изготовлен 19 апреля 2022 года.
Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,
судей Емельянова Д.В., Николаева Д.В.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Бадаевой Е.А.,
при участии:
от Амашукели Татьяны Алексеевны: представитель по доверенности от 26.06.2021 Григорянц А.А.;
от Усович Дениса Владиславовича: представитель по доверенности от 26.06.2021 Григорянц А.А.;
от конкурсного управляющего государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов": представитель по доверенности от 01.10.2021 Мосейчук О.Н.,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов", Усовича Дениса Владиславовича, Амашукели Татьяны Алексеевны на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 31.01.2022 по делу N А32-52667/2018 по заявлению Соболевой Анны Александровны, Усовича Дениса Владиславовича, Амашукели Татьяны Алексеевны о признании требований подлежащими удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами первой очереди должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного акционерного общества Банк "Первомайский"
УСТАНОВИЛ:
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Банка "Первомайский" (ПАО) (далее также - должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратились Соболева Анна Александровна, Усович Денис Владиславович, Амашукели Татьяна Алексеевна (далее - заявители) с заявлениями о признании соответственно требований в размере 2 172 561,31 руб. (без учета страхового возмещения в размере 1 400 000 руб.), 2 006 487, 50 руб. (без учета страхового возмещения в размере 1 400 000 руб.), 26 534, 90 руб. (без учета страхового возмещения в размере 1 400 000 руб.), подлежащими удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами первой очереди должника, предъявившими свои требования в установленный срок (с учетом уточнения заявленных требований, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 31.01.2022 по настоящему делу уточнения требований приняты. Разрешены разногласия. В удовлетворении требований Соболевой Анны Александровны отказано. Требования Усовича Дениса Владиславовича в размере 1 593 222,94 руб. задолженности признаны подлежащими удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами первой очереди Банка "Первомайский", предъявившими свои требования в установленный срок. В остальной части требований отказано. В удовлетворении требований Амашукели Татьяны Алексеевны отказано.
Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов", Усович Денис Владиславович, Амашукели Татьяна Алексеевна обжаловали определение суда первой инстанции от 31.01.2022 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просили обжалуемый судебный акт отменить.
Апелляционные жалобы конкурсного управляющего мотивированы тем, что обжалуемый судебный акт является незаконным и необоснованным в части установления требования Усович Д.В. и Соболевой А.А. При расчетах судом первой инстанции применен принцип ежемесячной капитализации процентов, однако применения указанного принципа в рассматриваемом случае не имелось оснований. Расчет обязательств банка перед Соболевой А.А. составляет 471 489, 76 руб. В отношении Усович Д.В. - сумма, подлежащая удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами первой очереди составляет 934 658, 37 руб. Усович Д.В., не признан потерпевшим в рамках уголовного дела, не представил доказательств передачи денежных средств Голодновой Л.И. либо в кассу.
Апелляционная жалоба Усович Д.В., Амашукели Т.А. мотивирована следующим. В отношении требований Усович Д.В. заявитель настаивал, что представленные в материалы обособленного спора копии расходных кассовых ордеров являются ненадлежащими доказательствами, в отсутствии подлинников не могут свидетельствовать о снятии денежных средств в заявленной сумме. В отношении требований Амашукели Т.А. судом первой инстанции не приняты во внимание условия заключенного между должником и кредитором договора, в частности, об установлении процентов по вкладу в размере 17,2 %. Заявителем в рамках рассмотрения дела в суде первой инстанции были представлены письменные доказательства, подтверждающие тот факт, что Амашукели Т.А. в марте 2013 года просила вернуть денежные средства, тем самым исключив основания для применения ставки 0,01 % по вкладу "до востребования".
Отзыв на апелляционные жалобы в материалы дела не представлен.
В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору по доводам, отраженным в апелляционных жалобах, просили отменить определение суда первой инстанции - каждый в соответствующей части.
В судебном заседании, состоявшемся 12.04.2022, в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв в течение дня судебного заседания до 17 час. 40 мин.
После перерыва судебное заседание продолжено в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.
После окончания судебного заседания 14.04.2022 в суд апелляционной инстанции посредством системы "Мой арбитр" поступило ходатайство Амашукели Т.А. о приобщении дополнительных доказательств.
В соответствии с частью 1 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, имеют право представлять доказательства до начала судебного разбирательства, заявлять ходатайства.
Поскольку суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам.
Ходатайство о принятии новых доказательств в силу требований части 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно быть заявлено лицами, участвующими в деле, до начала рассмотрения апелляционной жалобы по существу.
В абзаце шестом пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" ходатайство о принятии новых доказательств с учетом требований части 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно быть заявлено лицами, участвующими в деле, до начала рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Данное ходатайство должно соответствовать требованиям части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, то есть содержать обоснование невозможности представления данных доказательств в суд первой инстанции, и подлежит рассмотрению арбитражным судом апелляционной инстанции до начала рассмотрения апелляционной жалобы по существу.
Мотивированное принятие дополнительных доказательств арбитражным судом апелляционной инстанции в случае, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными, а также если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, не может служить основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции; в то же время немотивированное принятие или непринятие арбитражным судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, может в силу части 3 статьи 288 названного Кодекса являться основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к принятию неправильного постановления.
Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.
Согласно части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.
По смыслу части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и абзаца 5 пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 12 от 30.06.2020 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", разрешение вопроса о принятии дополнительных доказательств находится в пределах усмотрения суда апелляционной инстанции, в связи с чем, представленные Амашукели Т.А. доказательства не подлежат приобщению судом апелляционной инстанции к материалам дела. Кредитором не обоснована невозможность представления соответствующих доказательств при рассмотрении обособленного спора судом первой инстанции, кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что дополнения поступили после окончания судебного заседания, в виде незаверенных копий, подлинники названных доказательств в материалы дела и на обозрение суда представлены не были.
Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.
Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, Банк России (ИНН 7702235133, ОГРН 1037700013020) на основании статьи 189.61. Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).
Определением суда от 24.12.2018 заявление принято к рассмотрению.
Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 31.01.2019 (резолютивная часть от 28.01.2019) должник признан банкротом, конкурсным управляющим утверждена Государственная корпорация "Агентство по страхованию вкладов" (далее -управляющий).
Сообщение о введении процедуры опубликовано на официальном источнике (газета "КоммерсантЪ") от 09.02.2019 N 24, в ЕФРСБ - 09.02.2019.
В Арбитражный суд Краснодарского края обратились обратились Соболева Анна Александровна, Усович Денис Владимирович, Амашукели Татьяна Алексеевна (далее - заявители) с заявлениями о признании соответственно требований в размере 2 172 561,31 руб. (без учета страхового возмещения в размере 1 400 000 руб.), 2 006 487, 50 руб. (без учета страхового возмещения в размере 1 400 000 руб.), 26 534, 90 руб. (без учета страхового возмещения в размере 1 400 000 руб.), подлежащими удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами первой очереди должника, предъявившими свои требования в установленный срок.
Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
В соответствии со статьей 60 Закона о банкротстве, в рамках дела о банкротстве рассматриваются заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами.
В соответствии с пунктом 1 статьи 189.85 Закона о банкротстве, кредиторы вправе предъявлять свои требования к кредитной организации в любой момент в ходе конкурсного производства, а также в порядке, установленном статьей 189.32 названного Федерального закона, в период деятельности в кредитной организации временной администрации по управлению кредитной организацией.
При предъявлении требований кредитор обязан указать наряду с существом предъявляемых требований сведения о себе, в том числе фамилию, имя, отчество, дату рождения, реквизиты документа, удостоверяющего его личность, и почтовый адрес для направления корреспонденции (для физического лица), наименование, место нахождения (для юридического лица), а также банковские реквизиты (при их наличии).
Указанные требования предъявляются конкурсному управляющему наряду с приложением вступивших в силу решений суда, арбитражного суда, определений о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решений третейского суда или иных судебных актов, а также подлинных документов либо их надлежащим образом заверенных копий, подтверждающих обоснованность этих требований.
В пункте 5 статьи 189.85 Закона о банкротстве указано, что возражения по результатам рассмотрения конкурсным управляющим требования кредитора могут быть заявлены в арбитражный суд кредитором не позднее, чем в течение пятнадцати календарных дней со дня получения кредитором уведомления конкурсного управляющего о результатах рассмотрения этого требования. К указанным возражениям должны быть приложены уведомление о вручении конкурсному управляющему копии таких возражений или иные документы, подтверждающие направление конкурсному управляющему копии возражений и приложенных к возражениям документов.
Согласно пункту 7 статьи 189.85 Закона о банкротстве, требования кредиторов, по которым заявлены возражения, рассматриваются арбитражным судом в порядке, установленном статьей 60 названного Федерального закона. По результатам такого рассмотрения выносится определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении таких требований в реестр требований кредиторов указываются размер и очередность удовлетворения этих требований.
Определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано.
Требование кредитора, установленное соответствующим определением арбитражного суда, включается конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов не позднее дня, следующего за днем получения копии указанного определения конкурсным управляющим, о чем кредитор уведомляется конкурсным управляющим в течение трех дней со дня внесения соответствующей записи в реестр требований кредиторов.
Согласно пункту 10 статьи 189.85 Закона о банкротстве требование кредитора, предъявленное кредитной организации в период деятельности в ней временной администрации по управлению кредитной организацией и внесенное в реестр требований кредиторов в порядке, установленном статьей 189.32 названного Федерального закона, считается установленным в размере, составе и очередности удовлетворения, которые определены временной администрацией по управлению кредитной организацией, если в течение шестидесяти рабочих дней со дня опубликования сообщения о признании кредитной организации банкротом и об открытии конкурсного производства конкурсный управляющий с учетом положений подпункта 1 пункта 3 названной статьи не направит кредитору уведомление о полном или частичном исключении указанного требования из реестра требований кредиторов.
Возражения по содержанию уведомления, указанного в пункте 10 названной статьи, могут быть заявлены кредиторами, а также рассмотрены арбитражным судом в порядке, установленном названной статьей.
Требования кредиторов, по которым не заявлены указанные возражения в срок, предусмотренный пунктом 5 названной статьи, считаются установленными в размере, составе и очередности удовлетворения, которые определены конкурсным управляющим.
Согласно пункту 11 статьи 189.96 Закона о банкротстве требования кредиторов, предъявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет имущества кредитной организации, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, предъявленных в установленный срок и включенных в реестр требований кредиторов.
Расчеты с кредиторами по указанным требованиям производятся конкурсным управляющим в порядке, установленном названной статьей.
Согласно пункту 12 статьи 189.96 Закона о банкротстве требования кредиторов первой очереди, предъявленные после закрытия реестра требований кредиторов, но до завершения расчетов со всеми кредиторами, после завершения расчетов с кредиторами первой очереди, предъявившими свои требования в установленный срок, подлежат удовлетворению до удовлетворения требований кредиторов последующей очереди. До полного удовлетворения указанных требований кредиторов первой очереди удовлетворение требований кредиторов последующей очереди приостанавливается. В случае, если указанные требования были предъявлены до завершения расчетов с кредиторами первой очереди, они подлежат удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами первой очереди, предъявившими свои требования в установленный срок, при наличии денежных средств на их удовлетворение.
Заявитель указал суду, что разногласия между конкурсным управляющим и заявителем заключаются в том, что требования заявителя не включены в реестр требований кредиторов должника.
Управляющий возражал против удовлетворения требований заявителей.
В частности, возражая против установления требований Усович Д.В., конкурсный управляющий указывает, что кредитор не признан потерпевшим в рамках уголовных дел, по итогам которых приговорами судов признана виновной Голоднова Л.И., следовательно, факт передачи денежных средств банку Усовичем Д.В. не установлен, что лишает возможности заявителя ссылаться на указанные судебные акты; в рамках рассматриваемого спора доказательств, подтверждающих факт передачи денежных средств Банку Усовичем Д.В. не представлено.
Отклоняя доводы управляющего, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.
Президиум Краснодарского краевого суда от 06.02.2019 по делу N 44у-133/2019, удовлетворяя представление прокурора и жалобы потерпевших граждан, изменил приговор суда и апелляционное определение суда, в своем постановлении сослался на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27.10.2015 N 28-П, на положения статьи 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что вред, причиненный потерпевшим, был связан с исполнением Голодновой Л.И. своей трудовой деятельности и ответственность за причиненный работником вред должен нести работодатель, то есть Банк "Первомайский", по этим же основаниям признал подлежащим удовлетворению гражданский иск потерпевших к банку
В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 27.10.2015 N 28-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан И.С. Билера, П.А. Гурьянова, Н.А. Гурьяновой, С.И. Каминской, А.М. Савенкова, Л.И. Савенковой и И.П. Степанюгиной" указано следующее.
Исходя из того, что пункт 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации допускает подтверждение соблюдения письменной формы договора банковского вклада выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, установленным банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, то есть перечень документов, которые могут удостоверять факт заключения договора банковского вклада, не является исчерпывающим, внесение денежных средств на счет банка гражданином-вкладчиком, действующим при заключении договора банковского вклада разумно и добросовестно, может доказываться любыми выданными ему банком документами.
Суд первой инстанции верно отметил, что ответственность за несоблюдения требований к форме договора банковского вклада и процедуры его заключения, возлагается на банк, поскольку как составление проекта такого договора, так и оформление принятия денежных средств от гражданина во вклад осуществляются именно банком, который, будучи коммерческой организацией, самостоятельно, на свой риск занимается предпринимательской деятельностью, направленной на систематическое получение прибыли (абзац третий пункта 1 статьи 2 и статья 50 Гражданского кодекса Российской Федерации), обладает специальной правоспособностью и является - в отличие от гражданина-вкладчика, не знакомого с банковскими правилами и обычаями делового оборота - профессионалом в банковской сфере, требующей специальных познаний.
В частности, если из обстоятельств дела следует, что договор банковского вклада, одной из сторон которого является гражданин, был заключен от имени банка неуполномоченным лицом, необходимо учитывать, что для гражданина, проявляющего при заключении договора необходимые разумность и добросовестность, соответствующее полномочие представителя может явствовать из обстановки, в которой он действует (абзац второй пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Например, когда договор оформляется в кабинете руководителя подразделения банка, то у гражданина имеются основания полагать, что лицо, заключающее этот договор от имени банка, наделено соответствующими полномочиями.
Подобная ситуация имеет место и в случае, когда договор банковского вклада заключается уполномоченным работником банка, но вопреки интересам своего работодателя, то есть без зачисления на счет по вкладу поступившей от гражданина-вкладчика денежной суммы, притом что для самого 6 гражданина из сложившейся обстановки определенно явствует, что этот работник действует от имени и в интересах банка.
Соответственно, суды, которые при рассмотрении споров между гражданами и кредитными организациями по поводу банковских вкладов самостоятельно осуществляют гражданско-правовую квалификацию отношений сторон, в том числе определяют, могут ли эти правоотношения считаться установленными, какова их природа, юридические факты, их порождающие, должны учитывать различный уровень профессионализма сторон в данной сфере правоотношений, отсутствие у присоединившейся стороны - гражданина реальной возможности настаивать на изменении формы договора и на проверке полномочий лица, действующего от имени банка и т.д.
Определяя пределы осуществления гражданских прав, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5).
Разъясняя это законоположение, Верховный Суд Российской Федерации указал, что при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
С учетом неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации позиции, согласно которой суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным, это означает, что суд не вправе квалифицировать, руководствуясь пунктом 2 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с его статьей 166, как ничтожный или незаключенный договор банковского вклада с гражданином на том лишь основании, что он заключен неуполномоченным работником банка и в банке отсутствуют сведения о вкладе (об открытии вкладчику счета для принятия вклада и начисления на него процентов, а также о зачислении на данный счет денежных средств), в тех случаях, когда - принимая во внимание особенности договора банковского вклада с гражданином как публичного договора и договора присоединения - разумность и добросовестность действий вкладчика (в том числе применительно к оценке предлагаемых условий банковского вклада) при заключении договора и передаче денег неуполномоченному работнику банка не опровергнуты.
В таких случаях бремя негативных последствий должен нести банк, в частности создавший условия для неправомерного поведения своего работника или предоставивший неуправомоченному лицу, несмотря на повышенные требования к экономической безопасности банковской деятельности, доступ в служебные помещения банка, не осуществивший должный контроль за действиями своих работников или наделивший полномочиями лицо, которое воспользовалось положением работника банка в личных целях, без надлежащей проверки.
Действия банков, работники которых принимали у вкладчиков дополнительные денежные суммы для внесения во вклад (со ссылкой на подписанный договор) и выдавали денежные суммы в качестве процентов по вкладу, в силу статьи 402 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника, должны расцениваться с учетом предписаний пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливающего, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действовало недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. Приведенное правило, по сути, лишь нормативно подтверждает необходимость добросовестного поведения участников регулируемых гражданским правом отношений (в том числе возникших до его формальной имплементации в текст Гражданского кодекса Российской Федерации), которое должно отвечать критерию определенности, однозначности и точности.
При этом на гражданина-вкладчика, не обладающего профессиональными знаниями в сфере банковской деятельности и не имеющего реальной возможности изменить содержание предлагаемого от имени банка набора документов, необходимых для заключения данного договора, возлагается лишь обязанность проявить обычную в таких условиях осмотрительность при совершении соответствующих действий (заключить договор в здании банка, передать денежные суммы работникам банка, получить в подтверждение совершения операции, опосредующей их передачу, удостоверяющий этот факт документ).
Поэтому с точки зрения конституционных гарантий равенства, справедливости и обеспечения эффективной судебной защиты необходимо исходить из того, что гражданин-вкладчик, учитывая обстановку, в которой действовали работники 8 банка, имел все основания считать, что полученные им в банке документы, в которых указывается на факт внесения им денежных сумм, подтверждают заключение договора банковского вклада и одновременно удостоверяют факт внесения им вклада.
Иное означало бы существенное нарушение прав граждан-вкладчиков как добросовестных и разумных участников гражданского оборота.
Таким образом, пункт 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации в части, позволяющей подтверждать соблюдение письменной формы договора "иным выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, предусмотренным для таких документов законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота", не противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку в этой части его положения, закрепляющие требования к форме договора банковского вклада, по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не препятствуют суду на основании анализа фактических обстоятельств конкретного дела признать требования к форме договора банковского вклада соблюденными, а договор - заключенным, если будет установлено, что прием от гражданина денежных средств для внесения во вклад подтверждается документами, которые были выданы ему банком (лицом, которое, исходя из обстановки заключения договора, воспринималось гражданином как действующее от имени банка) и в тексте которых отражен факт внесения соответствующих денежных средств, и что поведение гражданина являлось разумным и добросовестным.
В силу положений части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.
Правовая оценка обстоятельств судом общей юрисдикции не может рассматриваться в качестве обстоятельства, имеющего преюдициальное значение для арбитражного суда, рассматривающего дело (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 N 309-ЭС16-1553, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2019 по делу N А32-29118/2017).
Конкурсный управляющий не учитывает, что в отличие от случая с КБ "МастерБанк" (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 305-ЭС14-5119) заявитель являлся обычным гражданином, особенностей обслуживания VIP-клиентов не знал (недобросовестности и неразумности в действиях гражданина не усматривается), размер вклада значителен только для гражданина, но является обычным и не значительным при сравнении с вкладами VIP-клиентов (например, случай с КБ "Мастер-Банк").
Конкурсный управляющий не учитывает, что гражданско-правовые отношения (заявитель - банк) не прекращаются.
Неправомерные действия банка по отказу в компенсации вкладчикам денежных средств привели к существенному нарушению их прав, длящемуся более шести лет (ссылки на пункт 5 статьи 189.85 Закона о банкротстве подлежат отклонению).
Данное нарушение также имело место и со стороны конкурсного управляющего банком, так как отказ во включении требования заявителя в реестр со ссылкой его неосторожности и неосмотрительность при заключении договора о банковском вкладе, не может быть признан правомерным.
Учитывая, что вопрос о законности требований вкладчика к банку был предметом продолжительных судебных разбирательств в суде общей юрисдикции, конкурсный управляющий банком не мог не знать об обязанности компенсировать вкладчикам денежные средства.
Заявители не являются профессиональным участником в спорных правоотношениях, в свою очередь, банком допущены существенные нарушения прав и интересов потребителя.
В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.
На основании части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.
При обращении с настоящим требованием, Соболева Анна Александровна указывает на следующее.
Заявителем и должником в лице дополнительного офиса "Геленджикский" заключен договор банковского вклада "Индивидуальный" от 05.03.2011 N 098-00002361/17 на сумму 1 060 000 руб. с уплатой процентов на сумму вклада в размере 14% годовых на срок с 05.03.2011 по 06.09.2011. В материалы дела представлен приходный кассовый ордер от 05.03.2011 N 039291 на сумму 1 060 000 руб.
Дополнительным соглашением от 10.05.2011 сумма вклада была увеличена до 1 120 000 руб.
В материалы дела представлены дополнительное соглашение к договору, приходный кассовый ордер от 10.05.2011 N 044629.
Суд учитывает, что дополнительное соглашение содержит указание на начисленные проценты по договору, которые увеличили сумму вклада.
Дополнительным соглашением от 07.09.2011 сумма вклада была увеличена до 1 220 000 руб., срок договора продлен до 07.12.2011.
В материалы дела представлены дополнительное соглашение к договору, приходный кассовый ордер от 07.09.2011 N 05964.
Суд учитывает, что дополнительное соглашение содержит указание на начисленные проценты по договору, которые увеличили сумму вклада.
Дополнительным соглашением от 06.12.2011 сумма вклада была увеличена до 1 330 000 руб., срок договора продлен до 07.03.2012.
В материалы дела представлены дополнительное соглашение к договору, приходный кассовый ордер от 06.12.2011 N 09826.
Суд учитывает, что дополнительное соглашение содержит указание на начисленные проценты по договору, которые увеличили сумму вклада.
Дополнительным соглашением от 14.03.2012 сумма вклада была увеличена до 1 400 000 руб., срок договора продлен до 07.09.2013.
В материалы дела представлены дополнительное соглашение к договору, приходный кассовый ордер от 14.03.2012 N 0958.
Суд учитывает, что дополнительное соглашение содержит указание на начисленные проценты по договору, которые увеличили сумму вклада.
Также в материалы дела представлены приходные кассовые ордеры от 08.11.2012 N 1264 на сумму 30 000 руб
