|
город Ростов-на-Дону |
|
|
21 сентября 2026 г. |
дело N А32-52667/2018 |
Резолютивная часть постановления объявлена 07 сентября 2026 года.
Полный текст постановления изготовлен 21 сентября 2026 года.
Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Николаева Д.В.,
судей Долговой М.Ю., Сулименко Н.В.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания
Будановым-Лукьяновым Д.И.,
при участии:
от конкурсного управляющего публичного акционерного общества "Банк "Первомайский" Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов": представитель Ткачева И.А. по доверенности от 25.12.2025;
посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:
от Чаплыгина Алексея Викторовича: представитель Акимов Т.М. по доверенности от 14.11.2024,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего публичного акционерного общества "Банк "Первомайский" Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 09.04.2026 по делу N А32-52667/2018 о включении требований в реестр требований кредиторов по заявлению Чаплыгина Алексея Викторовича в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного акционерного общества "Банк "Первомайский" (ИНН 2310050140, ОГРН 1022300001063),
УСТАНОВИЛ:
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного акционерного общества Банк "Первомайский" (далее - Банка "Первомайский", банк, должник) Чаплыгин Алексей Викторович (далее - Чаплыгин А.В., заявитель, кредитор) обратился в суд с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника в размере 178 596 026,02 руб. капитализированных процентов; о включении требований в реестр требований кредиторов должника в размере 61 199 315,37 руб. неустойки, 159 205 430,42 руб. штрафа, 30 000 руб. морального вреда. (с учетом уточнений заявленных требований, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 09.04.2026 требование Чаплыгина А.В. в размере 178 596 026,02 руб. капитализированных процентов признано подлежащим удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами первой очереди Банка "Первомайский", предъявившими свои требования в установленный срок. Требование Чаплыгина А.В. в размере 61 199 315,37 руб. неустойки, 159 205 430,42 руб. штрафа, 30 000 руб. морального вреда признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества Банка "Первомайский" (ПАО), оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, предъявленных в установленный срок и включенных в реестр требований кредиторов должника. Государственную пошлину в размере 1 235 077 руб. за рассмотрение настоящего обособленного спора, исходя из размера требований заявителя, признана подлежащей уплате Банком "Первомайский" (ПАО) в бюджет Российской Федерации в порядке пункта 3 статьи 137 Федеральным Законом от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).
Конкурсный управляющий публичного акционерного общества "Банк "Первомайский" Государственная корпорация "Агентство по страхованию вкладов" обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), и просил отменить судебный акт, принять новый.
В ходе рассмотрения апелляционной жалобы кредитором заявлен отказ от требований к публичному акционерному обществу "Банк "Первомайский" в размере 61 199 315,37 руб. - неустойки, 159 205 430,42 руб. - штрафа и 30 000 руб. - морального вреда.
В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника оставил разрешение ходатайства на усмотрение суда.
Частью 2 статьи 49 АПК РФ предусмотрено, что истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде любой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в суде соответствующей инстанции, отказаться от иска полностью или частично.
Арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этих случаях суд рассматривает дело по существу (часть 5 статьи 49 АПК РФ).
В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 150 АПК РФ суд прекращает производство по делу, если истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом.
Поскольку частичный отказ от требований заявлен Чаплыгин А.В., не противоречит закону и не нарушает права других лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции принимает отказ от требований в части 61 199 315,37 руб. - неустойки, 159 205 430,42 руб. - штрафа, 30 000 руб. - морального вреда, за счет имущества Банка "Первомайский".
С учетом изложенного суд принимает отказ Чаплыгина Алексея Викторовича от требования к публичному акционерному обществу "Банк "Первомайский" в размере 61 199 315,37 руб. - неустойки, 159 205 430,42 руб. - штрафа и 30 000 руб. - морального вреда. Определение Арбитражного суда Краснодарского края от 09.04.2026 по делу N А32-52667/2018 следует отменить в части признания требования Чаплыгина Алексея Викторовича в размере 61 199 315,37 руб. неустойки, 159 205 430,42 руб. штрафа, 30 000 руб. морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества Банка "Первомайский" (ПАО), оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, предъявленных в установленный срок и включенных в реестр требований кредиторов должника. Производство по обособленному спору в указанной части прекратить.
Суд огласил, что от Чаплыгина Алексея Викторовича через канцелярию суда поступили дополнения к отзыву на апелляционную жалобу.
Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить дополнения к отзыву на апелляционную жалобу к материалам обособленного спора.
Представитель Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение отменить.
Представитель Чаплыгина Алексея Викторовича возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.
Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.
Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 АПК РФ, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.
Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, письменных пояснений, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что в остальной части определение суда следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, Банк России на основании статьи 189.61. Закона о банкротстве обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) кредитной организации Банк "Первомайский".
Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 31.01.2019 (резолютивная часть решения от 28.01.2019) должник признан банкротом, конкурсным управляющим утверждена Государственная корпорация "Агентство по страхованию вкладов".
Сообщение о введении процедуры опубликовано на официальном источнике (газета "КоммерсантЪ") от 09.02.2019 N 24, в ЕФРСБ - 09.02.2019.
В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Банка "Первомайский" кредитор обратились в суд с заявлениями о включении требований в реестр требований кредиторов должника в размере 178 596 026,02 руб. капитализированных процентов.
При принятии обжалуемого судебного акта суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.
В соответствии со статьей 60 Закона о банкротстве, в рамках дела о банкротстве рассматриваются заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами.
Согласно пункту 1 статьи 189.85 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявлять свои требования к кредитной организации в любой момент в ходе конкурсного производства, а также в порядке, установленном статьей 189.32 настоящего Федерального закона, в период деятельности в кредитной организации временной администрации по управлению кредитной организацией. Указанные требования предъявляются конкурсному управляющему наряду с приложением вступивших в силу решений суда, арбитражного суда, определений о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решений третейского суда или иных судебных актов, а также подлинных документов либо их надлежащим образом заверенных копий, подтверждающих обоснованность этих требований.
В пункте 5 статьи 189.85 Закона о банкротстве указано, что возражения по результатам рассмотрения конкурсным управляющим требования кредитора могут быть заявлены в арбитражный суд кредитором не позднее чем в течение пятнадцати календарных дней со дня получения кредитором уведомления конкурсного управляющего о результатах рассмотрения этого требования. К указанным возражениям должны быть приложены уведомление о вручении конкурсному управляющему копии таких возражений или иные документы, подтверждающие направление конкурсному управляющему копии возражений и приложенных к возражениям документов.
Согласно пункту 7 статьи 189.85 Закона о банкротстве требования кредиторов, по которым заявлены возражения, рассматриваются арбитражным судом в порядке, установленном статьей 60 настоящего Федерального закона. По результатам такого рассмотрения выносится определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении таких требований в реестр требований кредиторов указываются размер и очередность удовлетворения этих требований. Определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано.
Требование кредитора, установленное соответствующим определением арбитражного суда, включается конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов не позднее дня, следующего за днем получения копии указанного определения конкурсным управляющим, о чем кредитор уведомляется конкурсным управляющим в течение трех дней со дня внесения соответствующей записи в реестр требований кредиторов.
Согласно пункту 10 статьи 189.85 Закона о банкротстве требование кредитора, предъявленное кредитной организации в период деятельности в ней временной администрации по управлению кредитной организацией и внесенное в реестр требований кредиторов в порядке, установленном статьей 189.32 настоящего Федерального закона, считается установленным в размере, составе и очередности удовлетворения, которые определены временной администрацией по управлению кредитной организацией, если в течение шестидесяти рабочих дней со дня опубликования сообщения о признании кредитной организации банкротом и об открытии конкурсного производства конкурсный управляющий с учетом положений подпункта 1 пункта 3 настоящей статьи не направит кредитору уведомление о полном или частичном исключении указанного требования из реестра требований кредиторов.
Возражения по содержанию уведомления, указанного в пункте 10 настоящей статьи, могут быть заявлены кредиторами, а также рассмотрены арбитражным судом в порядке, установленном настоящей статьей. Требования кредиторов, по которым не заявлены указанные возражения в срок, предусмотренный пунктом 5 настоящей статьи, считаются установленными в размере, составе и очередности удовлетворения, которые определены конкурсным управляющим.
Согласно пункту 11 статьи 189.96 Закона о банкротстве требования кредиторов, предъявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет имущества кредитной организации, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, предъявленных в установленный срок и включенных в реестр требований кредиторов.
Расчеты с кредиторами по указанным требованиям производятся конкурсным управляющим в порядке, установленном настоящей статьей.
Согласно пункту 12 статьи 189.96 Закона о банкротстве требования кредиторов первой очереди, предъявленные после закрытия реестра требований кредиторов, но до завершения расчетов со всеми кредиторами, после завершения расчетов с кредиторами первой очереди, предъявившими свои требования в установленный срок, подлежат удовлетворению до удовлетворения требований кредиторов последующей очереди. До полного удовлетворения указанных требований кредиторов первой очереди удовлетворение требований кредиторов последующей очереди приостанавливается.
В случае, если указанные требования были предъявлены до завершения расчетов с кредиторами первой очереди, они подлежат удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами первой очереди, предъявившими свои требования в установленный срок, при наличии денежных средств на их удовлетворение.
Как следует из материалов дела, заявителем и должником в лице дополнительного офиса "Геленджикский" заключен договор о срочном банковском вкладе "Универсальный-VIP" (доллар) от 06.08.2009 N 098-000019814/17.
Совокупный анализ обстоятельств спора свидетельствует о том, что спорной валютой являлся доллар США.
Договор заключен на сумму 316 800 долларов США под 11,5 % годовых на срок с 06.08.2009 по 07.02.2010. Из материалов дела следует, что к договору неоднократно заключались дополнительные соглашения. Последним дополнительным соглашением к договору от 13.08.2012 установлена сумма вклада в размере 871 425 долларов США под 14,5 % годовых на срок с 11.08.2012 по 11.08.2013.
Также кредитором и должником в лице дополнительного офиса "Геленджикский" заключен договор о срочном банковском вкладе "Индивидуальный" от 18.02.2010 N 132-000020695/17 на сумму 7 500 000 руб. под 17,2% годовых на срок с 18.02.2010 по 18.05.2010.
Из материалов дела следует, что к договору неоднократно заключались дополнительные соглашения. Последним дополнительным соглашением к договору от 06.03.2013 установлена сумма вклада в размере 100 185 618,73 руб. под 19,5 % годовых на срок с 21.11.2012 по 21.11.2013.
Кроме того, заявителем и должником в лице дополнительного офиса "Геленджикский" заключен договор о срочном банковском вкладе "Универсальный-VIP" (евро) от 23.09.2011 N 098-000018925/17 на сумму 398 500 евро под 11,5 % годовых на срок с 23.09.2011 по 23.09.2012.
По истечении срока действия указанного договора (евро) заявителем и должником в лице дополнительного офиса "Геленджикский" заключен договор о срочном банковском вкладе (евро) от 24.09.2012 N 098-000018925/17 на сумму 444 327 евро под 14,5 % годовых на срок с 24.09.2012 по 24.09.2013.
Требования Чаплыгина А.В. основаны на вступившем в законную силу приговоре Геленджикского городского суда Краснодарского края от 30.05.2018 по делу N 1-1/18, согласно которого установлен размер ущерба, причиненного Чаплыгину Алексею Викторовичу, на сумму 638 510 долларов США (страница 74 приговора), 69 514 588 руб. (страница 75 приговора), 398 500 евро (страница 75 приговора).
Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23 марта 2021 года по настоящему делу, признаны требования Чаплыгина Алексея Викторовича в размере 139 814 834,82 руб. задолженности подлежащими удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами первой очереди Банка "Первомайский", предъявившими свои требования в установленный срок.
В обоснование своих требований заявитель указывал на наличие задолженности 178 596 026,02 руб. капитализированных процентов (без учета страхового возмещения в размере 1 400 000 руб.).
В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 27.10.2015 N 28-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан И.С. Билера, П.А. Гурьянова, Н.А. Гурьяновой, С.И. Каминской, А.М. Савенкова, Л.И. Савенковой и И.П. Степанюгиной" указано следующее.
Исходя из того, что пункт 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) допускает подтверждение соблюдения письменной формы договора банковского вклада выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, установленным банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, т.е. перечень документов, которые могут удостоверять факт заключения договора банковского вклада, не является исчерпывающим, внесение денежных средств на счет банка гражданином-вкладчиком, действующим при заключении договора банковского вклада разумно и добросовестно, может доказываться любыми выданными ему банком документами.
Что касается неблагоприятных последствий несоблюдения требований к форме договора банковского вклада и процедуры его заключения, то их несение возлагается на банк, поскольку как составление проекта такого договора, так и оформление принятия денежных средств от гражданина во вклад осуществляются именно банком, который, будучи коммерческой организацией, самостоятельно, на свой риск занимается предпринимательской деятельностью, направленной на систематическое получение прибыли (абзац третий пункта 1 статьи 2 и статья 50 ГК РФ), обладает специальной правоспособностью и является, в отличие от гражданина-вкладчика, не знакомого с банковскими правилами и обычаями делового оборота, профессионалом в банковской сфере, требующей специальных познаний.
В частности, если из обстоятельств дела следует, что договор банковского вклада, одной из сторон которого является гражданин, был заключен от имени банка неуполномоченным лицом, необходимо учитывать, что для гражданина, проявляющего при заключении договора необходимые разумность и добросовестность, соответствующее полномочие представителя может явствовать из обстановки, в которой он действует (абзац второй пункта 1 статьи 182 ГК РФ). Например, когда договор оформляется в кабинете руководителя подразделения банка, то у гражданина имеются основания полагать, что лицо, заключающее этот договор от имени банка, наделено соответствующими полномочиями. Подобная ситуация имеет место и в случае, когда договор банковского вклада заключается уполномоченным работником банка, но вопреки интересам своего работодателя, т.е. без зачисления на счет по вкладу поступившей от гражданина-вкладчика денежной суммы, притом что для самого гражданина из сложившейся обстановки определенно явствует, что этот работник действует от имени и в интересах банка.
Соответственно, суды, которые при рассмотрении споров между гражданами и кредитными организациями по поводу банковских вкладов самостоятельно осуществляют гражданско-правовую квалификацию отношений сторон, в том числе определяют, могут ли эти правоотношения считаться установленными, какова их природа, юридические факты, их порождающие, должны учитывать различный уровень профессионализма сторон в данной сфере правоотношений, отсутствие у присоединившейся стороны - гражданина реальной возможности настаивать на изменении формы договора и на проверке полномочий лица, действующего от имени банка, и т.д.
Определяя пределы осуществления гражданских прав, статья 10 ГК РФ устанавливает, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5). Разъясняя это законоположение, Верховный Суд Российской Федерации указал, что при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
С учетом неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации позиции, согласно которой суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным, это означает, что суд не вправе квалифицировать, руководствуясь пунктом 2 статьи 836 ГК РФ во взаимосвязи с его статьей 166, как ничтожный или незаключенный договор банковского вклада с гражданином на том лишь основании, что он заключен неуполномоченным работником банка и в банке отсутствуют сведения о вкладе (об открытии вкладчику счета для принятия вклада и начисления на него процентов, а также о зачислении на данный счет денежных средств), в тех случаях, когда -принимая во внимание особенности договора банковского вклада с гражданином как публичного договора и договора присоединения - разумность и добросовестность действий вкладчика (в том числе применительно к оценке предлагаемых условий банковского вклада) при заключении договора и передаче денег неуполномоченному работнику банка не опровергнуты. В таких случаях бремя негативных последствий должен нести банк, в частности создавший условия для неправомерного поведения своего работника или предоставивший неуправомоченному лицу, несмотря на повышенные требования к экономической безопасности банковской деятельности, доступ в служебные помещения банка, не осуществивший должный контроль за действиями своих работников или наделивший полномочиями лицо, которое воспользовалось положением работника банка в личных целях, без надлежащей проверки.
Действия банков, работники которых принимали у вкладчиков дополнительные денежные суммы для внесения во вклад (со ссылкой на подписанный договор) и выдавали денежные суммы в качестве процентов по вкладу, в силу статьи 402 ГК РФ, согласно которой действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника, должны расцениваться с учетом предписаний пункта 5 статьи 166 ГК РФ устанавливающего, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действовало недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. Приведенное правило, по сути, лишь нормативно подтверждает необходимость добросовестного поведения участников регулируемых гражданским правом отношений (в том числе возникших до его формальной имплементации в текст ГК РФ), которое должно отвечать критерию определенности, однозначности и точности.
При этом на гражданина-вкладчика, не обладающего профессиональными знаниями в сфере банковской деятельности и не имеющего реальной возможности изменить содержание предлагаемого от имени банка набора документов, необходимых для заключения данного договора, возлагается лишь обязанность проявить обычную в таких условиях осмотрительность при совершении соответствующих действий (
Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.