Определение Верховного Суда РФ от 15 августа 2018 г. N 305-ЭС16-20779
Судья Верховного Суда Российской Федерации Букина И.А.,
изучив с материалами истребованного дела кассационные жалобы обществ с ограниченной ответственностью "Азия Моторс" (и присоединившиеся к нему 213 лиц), "НЕО Инжиниринг", "ВЭЙ М" и "Автокомбинат N 36" на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2017 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 29.03.2018 по делу N А40-154909/2015 Арбитражного суда города Москвы о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества акционерного коммерческого банка "Пробизнесбанк" (далее - должник, Пробизнесбанк),
по обособленному спору об исключении из реестра требований кредиторов должника требования акционерного общества "ВУЗ-Банк" (далее - ВУЗ-Банк) в общем размере 4 717 545 865,61 руб., установил:
определением суда первой инстанции от 17.10.2017 заявление удовлетворено, из реестра требований кредиторов исключены требования ВУЗ-Банка на заявленную сумму.
Постановлением суда апелляционной инстанции от 15.12.2017, оставленным без изменения постановлением суда округа от 29.03.2018, названное определение отменено, в удовлетворении заявленных требований отказано.
В кассационных жалобах, поданных в Верховный Суд Российской Федерации, заявители просят обжалуемые судебные акты отменить.
По смыслу части 1 статьи 291.1, части 7 статьи 291.6, статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если изложенные в ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.
Между тем таких оснований по результатам изучения материалов обособленного спора, состоявшихся по нему судебных актов и доводов кассационных жалоб не установлено.
Отменяя определение от 17.10.2017, суд апелляционной инстанции, повторно оценив представленные доказательства по правилам статей 65, 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и руководствуясь положениями статей 16, 71, 100, 189.85 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", исходил из доказанности наличия и размера задолженности Пробизнесбанка перед ВУЗ-Банком в том размере, в котором требование последнего было включено в реестр конкурсным управляющим. При этом суд указал, что задолженность носит реальный характер и имеет два основания возникновения: соглашения по межбанковскому кредитованию (МБК) и остатки денежных средств кредитора на корреспондентских счетах должника (ЛОРО/НОСТРО).
Впоследствии с выводом об отсутствии оснований для исключения требований кредитора из реестра согласился суд округа, который дополнительно отметил, что суд первой инстанции допустил процессуальные нарушения, рассмотрев заявления об исключении требований из реестра без учета особенностей норм, применяемых при банкротстве кредитных организаций. Однако суд счел, что данные нарушения исходя из конкретных фактических обстоятельств спора, необходимости соблюдения баланса интересов кредиторов и значительного количества участвующих в деле заинтересованных лиц не привели к принятию неправильного судебного акта.
Доводы заявителей кассационных жалоб в своей основе по преимуществу имеют два основных мотива:
- фиктивный характер долга Пробизнесбанка перед банком-кредитором;
- необходимость осуществления субординации требования аффилированного с должником лица в случае реальности долга.
Однако после изучения материалов дела суд не может согласиться с позицией заявителей о нереальном характере задолженности. Даже если не принимать во внимание скорректированную отчетность должника, представленную в суд апелляционной инстанции, при рассмотрении спора в суде первой инстанции заявители фактически не опровергали наличие у Пробизнесбанка обязательств на суммы, покрывающие те, которые предъявлены ко включению в реестр. В частности, они подтверждали, что из первоначальной отчетности действительно следует наличие исходящих остатков обязательств по счету 47422 ("Обязательства по прочим операциям") на сумму почти 53 млрд. руб. Заявители лишь ссылались на неотражение задолженности по соответствующим счетам в публичной отчетности, а также на нарушения, допущенные при формировании резервов, и несоблюдение обязательных нормативов текущей ликвидности и нормативов достаточности капитала. Однако неправильное отнесение, например, задолженности по МБК на счет 47422 и искажение валюты долга, а также неформирование необходимых резервов свидетельствует о внутренних организационных нарушениях должника, которые не должны противопоставляться кредитору, заявляющему о включении долга в реестр. В обратном случае при принятии позиции заявителей неотражение любого долга в финансовой отчетности банкрота может влечь отказ во включении требований кредитора в реестр. Однако очевидно, что это не соответствует целям законодательного регулирования отношений несостоятельности. К тому же заявители жалоб не опровергают имеющиеся в деле пояснения Банка России, который указывал на то, что ошибки при классификации обязательств не влияют на их природу и не свидетельствуют об их нереальности; движение денежных средств по счетам ЛОРО и НОСТРО может у Банка России как у независимого регулятора не отражаться.
Доводы о необходимости субординации требований аффилированного с Пробизнесбанком кредитора отклоняются. Судебная практика, на которую ссылаются заявители, в большинстве случаев касается переквалификации заемных отношений в отношения по увеличению уставного капитала материнской компанией. В рассматриваемом же случае требование предъявлено дочерней компанией, а потому отсутствуют основания полагать, что долг опосредовал исполнение обязанности по наделению капиталом.
Ссылка же на необходимость понижения любых требований, образовавшихся в результате перераспределения денежных средств внутри группы, в данном случае также отклоняется. Согласно истребованным материалам дела долг п
